30 нояб. 2019 г.

“Братья Карамазовы”. Балет. Stage Russia представляет


В программе четвертого сезона международного проекта Stage Russia HD (продюсер - Эдди Аронофф) - фильм-балет “Братья Карамазовы” (“The Brothers Karamazov”, Россия, 2019, 85 мин.) Санкт-Петербургского государственного академического театра балета. Хореограф и художник по свету - Борис Эйфман. Сценография и костюмы - Вячеслав Окунев. В главных партиях: Дмитрий Фишер, Олег Габышев, Сергей Волобуев, Мария Абашова, Игорь Поляков.



Впервые Борис Эйфман обратился к роману Достоевского в 1995 году. Спустя почти двадцать пять лет хореограф решил кардинально переработать балет и предложил новую версию. Почему? Эйфман отвечает на этот вопрос так: “Роман “Братья Карамазовы” - итог творческого пути Достоевского. На протяжении двух десятилетий, наблюдая за ходом новейшей истории нашей страны, я не переставал убеждаться в вечной актуальности произведения, ставшего духовным завещанием писателя. Спектакль не только развивает традиции психологического балетного искусства, но и стремится выполнить другую, не менее сложную творческую задачу - создать пластический эквивалент гениально раскрытой Достоевским темы мучительного бремени разрушительных страстей, дурной порочной наследственности. “Братья Карамазовы” - попытка исследования истоков нравственной катастрофы Карамазовых, обращение к глубинной сущности “широкой” человеческой натуры, к тайнам жизни людских сердец, где “дьявол с Богом борется”. Принципиально отказавшись от переноса на балетную сцену ряда сюжетных линий романа, я сосредоточился на погружении в раздираемые противоречиями души главных героев. В “Братьях Карамазовых” звучит важнейшая идея: если Бога нет, то “все дозволено”. Современная эпоха могла бы быть исчерпывающе описана с помощью иных слов: “И Бог есть, и все дозволено”. Именно поэтому настало время вновь обратиться к вопросам, терзавшим Достоевского и его персонажей. Поиск путей к всеобщему счастью и цена такой гармонии, власть порока над человеком, природа подлинной веры - размышляя на эти темы, никто не вправе надеяться на постижение абсолютной истины. Но, затрагивая их, мы шаг за шагом приближаемся к обретению самих себя в несовершенном меняющемся мире”.


Продюсер проекта Stage Russia Эдди Аронофф обращает внимание на еще одну особенность спектакля. Борис Эйфман создал не просто новую версию спектакля - он придумал фильм-балет. Это более глубокое погружение в материал, чем просто съемки спектакля несколькими камерами. Новые “Братья Карамазовы” - больше кинофильм, чем балетный спектакль.

Эйфман называет фильмы-балеты новым творческим направлением - “пластическим киноискусством”: “Лучшие и самые востребованные спектакли нашего репертуара, снятые во время исполнения в студии с применением современных кинотехнологий, обретают новую художественную ценность. Создание фильмов-балетов позволяет приобщить к нашему искусству ту часть аудитории, которая по ряду причин не имеет возможности видеть спектакли в театре. Соединяя кинематограф и танец, мы обретаем новую визуальную форму выражения философского и эмоционального состояния наших спектаклей. Одним из успешных результатов подобного содружества балета и кино является фильм “Братья Карамазовы”. Он снят по мотивам спектакля “По ту сторону греха”, основанного на великом романе Достоевского. Сочиняя свой спектакль, я стремился не пересказывать книгу, а обнаружить в ней то, что может быть выражено лишь на языке танца. Именно такое открытие неизвестного в известном позволило мне по-настоящему приблизиться к пониманию бессмертной мудрости Достоевского”.

Несколько лет назад в беседе со мной Борис Эйфман рассказал о начале творческого пути. Перед вами - фрагмент интервью с прославленным балетмейстером.



- Борис Яковлевич, свой первый хореографический номер вы сочинили в тринадцать лет. Говорят, вы даже завели специальную тетрадь под названием “Мои первые спектакли”. На первой странице было написано следующее: “Я начинаю эти заметки для того, чтобы в будущем помочь специалистам разобраться в истоках моего творчества”. Неужели в тринадцать лет вы уже точно знали, что вы станете балетмейстером?

- В тринадцать лет я начал сочинять хореографию и параллельно стал вести дневник. Этот дневник у меня сохранился. В нем я действительно написал: “...чтобы в будущем мои критики...”, но далее было написано: “...разобрались в моей гениальности”... В тринадцать лет амбиции превышают самоконтроль.

- Прозвучало пророчески!..

- В общем, да. Если убрать провинциальный пафос молодого человека, то сейчас можно говорить о том, что всю мою жизнь меня ведет Божий дар. Он, с одной стороны, сделал всю мою жизнь невероятно счастливой, потому что я действительно чувствую себя избранным, как любой человек, одаренный Божим даром. С другой стороны, Божий дар создает жизнь особую, жертвенную. Вся моя жизнь подчинена реализации этого дара и созданию того уникального пластического рисунка, ради которого я и пришел в этот мир. Это путь миссионерский и очень непростой.

- Вы помните, как репетировали в трех разных точках Ленинграда?.. Думали ли вы тогда, что может все измениться и вам будут рукоплескать лучшие залы?..

- Знаете, если бы у меня не было надежды, я бы, наверно, эмигрировал из России. Но у меня была не только надежда - была уверенность в том, что в один прекрасный момент все как-то благополучно изменится и я получу возможность свободно сочинять. Если бы не было этой веры, не было бы и театра.

- Можно ли назвать Чайковского одним из любимых ваших композиторов? В своих балетах вы часто используете его музыку.

- Да, безусловно.


- Кто еще из композиторов вам близок?

- Мне трудно сказать, потому что всякий раз, когда я ставлю новый балет, я выбираю себе гениального соавтора-композитора. В тот момент, когда я делаю балет на музыку Бетховена или Малера, или Моцарта, я искренне влюбляюсь в эту музыку, живу этой музыкой, эта музыка становится музыкой моей души. Я могу сказать, что являюсь поклонником классической музыки, которую я заново пытаюсь открыть для себя и своего зрителя. Пластика тела подчеркивает неведомые моменты музыки.

- Вы заговорили о пластике. Не секрет, что, придя к вам, артисты сталкиваются с другими принципами владения телом и координации движений: другой ритм работы, другой темп движений, кажется, что и другие мышцы задействованы. Как вы работаете с труппой?

- Безусловно, существует особая система координации движений, хотя особого тренинга у нас нет. Мы просто много репетируем, и сам наш репертуар создает систему, при которой артист, попадаюший к нам в труппу, постепенно, с трудом для себя, в течение не менее года становится способным выразить нашу хореографию, нашу специфику. Я не могу сказать, почему у меня возникает то или иное движение. Это моя фантазия, которая свободно выражает мои идеи. Моя индивидуальная способность выражать себя через хореографию реализуется через моих актеров, которые являются идеальными интерпретаторами моих идей.

- Не возникает ли у вас ощущения, что Борис Эйфман – это своего рода брэнд, раскрученное имя? Не думаете ли вы, что часть публики идет на ваши спектакли не потому, что их глубоко интересует балет, а потому, что это стало модно, престижно – ходить на спектакли Эйфмана?

- Конечно, нет дыма без огня. Часть публики, которая далека от балета, идет на спектакль потому, что это и модно, и престижно. Но как возникла эта мода? Имидж нашего театра создался благодаря “сарафановому радио”, когда люди передавали информацию из уст в уста. На протяжении предшествующих приездов в Чикаго мы постепенно обретали ту популярность, тот живой интерес и восторг публики, который создал потребность у людей посетить наши спектакли. Это - живое признание народа. Это дорогого стоит.

- Как-то балетный критик Анна Кисельгоф из “Нью-Йорк таймс” назвала вас балетмейстером номер один в мире. Теперь от вас каждый раз ждут шедевра. Вы чувствуете ответственность перед зрителем?

- В чем вы абсолютно правы - это ответственность. Всякий раз, создавая новый спектакль, я думаю о том, чтобы не разочаровать моего зрителя, а вновь и вновь очаровать его. Моя жизнь - короткие передышки в моменты успеха и длинные погружения в бездну страдания, самопожертвования во имя того, чтобы создать то, что должно снова соединить нас со зрителем в счастливом мгновении катарсиса.



В планах проекта Stage Russia - показ других спектаклей Бориса Эйфмана и его театра.

Но это будет в следующих сезонах. А в декабре в рамках четвертого сезона мы увидим документальный фильм “Сила природы” (“Force of Nature”, Великобритания, 2019, 82 мин.) Джеральда Фокса о творчестве замечательной балерины Натальи Осиповой - балетная тема продолжается!; в феврале 2020 года - спектакль “Дети солнца” (“Children of the Sun”) Новосибирского театра “Красный факел” по пьесе М.Горького в постановке Тимофея Кулябина. Все подробности - в ближайших выпусках Театрального обозрения.



Nota bene! В “большом” Чикаго фильм-балет “Братья Карамазовы” будет демонстрироваться в декабре в кинотеатре “Regal Lincolnshire” (300 Parkway Drive, Lincolnshire, IL 60069, https://www.regmovies.com/theatres/regal-lincolnshire-imax/0345#/buy-tickets-by-cinema?in-cinema=0345&at=2019-11-23&view-mode=list). Билеты поступят в продажу совсем скоро. Не пропустите! Все новости о проекте Stage Russia HD - на сайте https://www.stagerussia.com/. 



Фотографии к статье:

Фото 1. Кадр из фильма-балета “Братья Карамазовы”. Фото - Евгений Матвеев

Фото 2. Кадр из фильма-балета “Братья Карамазовы”. Фото - Катерина Кравцова

Фото 3. Кадр из фильма-балета “Братья Карамазовы”. Фото - Катерина Кравцова

Фото 4. Кадр из фильма-балета “Братья Карамазовы”. Фото - Майкл Хори

Фото 5. Кадр из фильма-балета “Братья Карамазовы”. Фото - Юлия Кондрашова

“Автор текстов” Александр Цыпкин. Интервью перед встречей


1 декабря в Чикаго и 5 декабря в Нью-Йорке пройдет шоу (так называет программу сам автор) Александра Цыпкина и Константина Хабенского The Best и новые рассказы. В эксклюзивном интервью вашему корреспонденту Александр Цыпкин вспоминает о том, с чего начинался проект БеспринцЫпные чтения”, делится впечатлениями о работе с актерами и рассуждает, почему “роман в постах - наше будущее”.



- Александр, как вас только не называют: публицист, писатель, пиарщик, литератор, журналист, драматург, продюсер... Кем вы сами себя считаете в первую очередь?

- В первую очередь я, конечно, авантюрист, потому что все, что происходит со мной с точки зрения творчества, было изначально авантюрой. Я не предполагал такого результата, не думал, что у меня будет около трехсот концертов по всему миру, что появятся кино, театр... Более того, я профессионально не занимался ни писательской, ни актерской, ни продюсерской деятельностью. Все это некий дилетантизм, так что я еще и профессиональный дилетант... Если говорить более предметно, то я - автор текстов для чтения со сцены. На сегодняшний день я уже могу ответственно сказать, что делаю это достаточно хорошо просто в силу того, что у меня есть цифровые доказательства: более ста тысяч зрителей... А вот определенный успех книг еще совершенно не означает, что я - хороший писатель. Книги покупают в подарок, потому что модно... У меня много вопросов к моим текстам с точки зрения литературы. Здесь еще есть над чем работать. И уж тем более не могу назвать себя профессиональным сценаристом. Я всегда работаю вместе с режиссерами и пока только учусь этому искусству и ремеслу, хотя фильмы по моим сценариям пользуются определенной популярностью. Так что я - автор текстов.

- Как возник в вашей жизни проект БеспринцЫпные чтения?

- БеспринцЫпные чтения” возникли в тот момент, когда я собрал несколько своих рассказов, написанных исключительно для раскрутки собственных социальных сетей -  необходимого инструмента работы любого пиарщика. Я работал и продолжаю работать в этой отрасли. Мне нравится то, чем я занимаюсь, хотя сейчас практически на это не осталось времени... Появилась первая книжка, и я хотел сделать по этому поводу какое-то мероприятие. Пригласил друзей в Москве, Петербурге и решил почитать свои рассказы. Мне показалось, что это хороший способ для презентации. Прочел, был в полном от себя восторге. Подходят друзья и говорят: “Какие хорошие рассказы, и как ты ужасно читаешь”. Меня это не остановило, но я понял, что нужно привлекать профессионалов как исполнителей, так и продюсера. К счастью, практически все актеры, с которыми мне удалось связаться, согласились.


- Почему такое название?

- С моей фамилией особенно не повыпендриваешься. Пришлось из нее сделать бренд. Изначально слово “беспринцЫпный” (даже с большой буквой “Ы”) с очевидной негативной коннотацией вызывало вопросы. Если мне удастся изменить отношение к нему и превратить его в слово, обозначающее яркие чтения интересной прозы, будет здорово.

- Вы помните первую реакцию Хабенского, когда вы предложили ему принять участие в проекте?

- С Константином Юрьевичем Хабенским была замечательная история. Один крупный строительный холдинг хотел провести благотворительное мероприятие для своих клиентов и спросил, не могу ли я прочитать рассказы. Я предложил позвать Хабенского. У него большой Фонд, который помогает детям с онкологическими заболеваниями головного мозга. Он согласился. С тех пор у нас было уже почти сорок совместных выступлений.

- Вы приглашаете к сотрудничеству многих известных актеров. Каков критерий выбора?

- Все, что я делаю в творчестве, - абсолютный фан. В этом нет никакой системы или как таковой РАБОТЫ. Все контакты строятся на человеческих, приятельских отношениях. Познакомились в кино, давайте вместе почитаем... Безусловно наш проект финансово интересен и создан очень профессионально, но внутри сохраняется первостепенность дружеских отношений. У меня никогда не было задачи обязательно найти того или иного актера. Это всегда совпадало с их желаниями и возможностями. Например, давно у меня была мысль, чтобы рассказ Томатный сок прочла актриса другого поколения, нежели те, с которыми я работаю сейчас. Раз - и в моей жизни появилась Марина Мстиславовна Неелова. Моя идея будет реализована с ней. Также в моей жизни появлялись другие актеры. Все всегда происходит случайно.

- Были ли у вас случаи, когда актеры, читающие ваши тексты, заставили вас переосмыслить написанное или взглянуть на это под другим углом?

- Не просто переосмыслить - иногда актеры переписывают то, что я пишу. Вот в чем беда и боль. Они же считают, что если я живой, со мной можно делать все что угодно, я выдержу и перетерплю. Поэтому рассказы в редакции Ингеборги Дапкунайте или Константина Хабенского несколько могут отличаться. Или вот Женя Стычкин прямо перед выходом на сцену предложил другой финал, и я с ним согласился. Я всегда готов выслушать и могу сказать, что в девяноста процентах случаев советы актеров правильны. Они делают мои рассказы лучше.

- Ваша биография начиналась вполне академично. Родились в семье врачей, закончили факультет международных отношений Санкт-Петербургского университета, стали успешным журналистом... Что вам нравилось в журналистской работе?

- Журналистская работа всегда была для меня дополнительным видом деятельности. Этим я занимался параллельно с основной работой, что, возможно, было важно моим гостям, так как я для них являлся просто собеседником, который не ставит задачи вытянуть какую-то горячую новость. В этом и мой недостаток как журналиста. Я не очень люблю задавать неприятные вопросы, которые поставят собеседника в неудобное положение, хотя журналист обязан это сделать. Я не люблю заглядывать в личную жизнь. Мои интервью достаточно мирные и комфортные для участников. Люблю разговаривать не о профессии, а о самом человеке, о его мыслях, поступках, взглядах. Мои интервью - всегда разговор будущих потенциальных друзей.

- Среди ваших журналистских жертв был и Константин Хабенский. Вы помните ваше первое впечатление о нем?

- Он мне очень тогда понравился, произвел колоссальное впечатление. Я подумал, что хотел бы с этим человеком дружить. Это самое главное. Из этого все сложилось. Если вся моя литературная деятельность была нужна, чтобы познакомиться и подружиться с такими людьми, как Костя, Ингеборга Дапкунайте, Анна Михалкова... - я могу перечислить всех актеров, с кем работал, - то все сделано не зря. Я уже получил за это очень много.

- Как в вашей жизни появилась литература?

- Вообще литература в моей жизни появилась в детстве. Я много читал, я из хорошей семьи. Был начитанный ребенок класса до шестого-седьмого. Потом мне это надоело, и я читать бросил. С тех пор никак не могу начать заново... Я, конечно, читаю какие-то книжки, но, честно говоря, это надо делать в десять раз больше, чем делаю я. Просто в силу определенной образованности я могу успешно делать вид, что много читал. Я знаю содержание большинства классических произведений, но это не значит, что я их открывал. В этом, конечно, беда. А литература в смысле собственных сочинений появилась пять лет назад, когда мне понадобилось создать презентацию себя. Так появилась моя литература. Побочный эффект.

- Ваша первая книга называется Женщины непреклонного возраста”. Непреклонный возраст - это какой?

- Книга не про возраст. Понятно, что изначально это игра слов - яркая и привлекающая внимание. Женщины непреклонного возраста - те, для которых чувство собственного достоинства остается самым важным критерием, и ради того, чтобы это чувство не нарушать, женщины готовы на жертвы. Может быть, потерять что-то в качестве жизни, потерять людей, с которыми они общаются, если люди эти нарушают их личные границы... Для таких людей достоинство - это очень важно.

- У этой книги есть продолжение?

- Уже есть и вторая, и третья книги. К счастью, все они стали бестселлерами. Это сборник рассказов, каждая следующая книга является органическим продолжением предыдущей...

- В последнее время модно говорить о том, что Нобелевская премия изжила себя, что Алексиевич - это не литература, Боб Дилан - не литература, и т.д. Каково ваше мнение об этом? Считаете ли вы докупрозу, рок-поэзию, рэп и - шире - любое написанное слово - литературой?

- Все гораздо хуже. Дискуссией не являются такие глыбы, как Боб Дилан или Светлана Алексиевич, - сегодня каждый автор поста в социальных сетях может претендовать на то, что это - литература, и иногда вполне обоснованно. В конце концов, если пост читают миллионы человек, то кто докажет, что это не литература? Где критерии? Их больше не существует. Хуже того, больше не существует фильтров, которые были раньше. Я уверен, что мои рассказы, если бы я попытался пробиться с ними в семидесятые-восьмидесятые годы, не были бы напечатаны. Не в силу цензуры - ни в коем случае, - а в силу того, что у них большое количество литературных огрехов. Я сейчас читаю свою первую книжку и понимаю, что, хоть написана она была весело и задорно, никакой приличный редактор в XX веке не выпустил бы ее в свет, а послал бы меня исправлять и корректировать. Хорошо это или плохо - другой вопрос... Сегодня факт остается фактом: все пишут для всех. Если раньше единицы-писатели создавали свои произведения для миллионов, то сегодня миллионы пишут для миллионов. Повторюсь, ваш вопрос с Бобом Диланом уже не совсем актуален. Вот когда Нобелевскую премию дадут за серию постов, тогда можно будет побеседовать о том, куда мы катимся. Но очень возможно, что посты будут лучшим, что будет написано в том году. Просто автор не захочет тратить время на книгу, а все сделает в постах. Роман в постах - наше будущее.

- В одном интервью вы сформулировали ваш принцип: Если книга - то бестселлер, если спектакль - то аншлаг! Принцип работает: книги стали бестселлерами, представления проходят с аншлагами по всему миру. Надеюсь, американские гастроли не станут исключением. Вы себя считаете успешным человеком?

- Чего кокетничать и заниматься таким постыдным делом, как ложная скромность? Конечно, проект успешный. Конечно, я считаю себя успешным человеком в той области, в которой занимаюсь. Все равно это так или иначе развлечение людей. Несмотря на то, что у меня есть несколько серьезных рассказов, я не отношусь к своему творчеству серьезно, не считаю, что кого-то должен учить жить и наставлять на путь истинный. Скорее, на другой путь могу нечаянно наставить... Я отношусь к творчеству легко, но в том, что я делаю, успех есть, и у этого успеха много родителей. Я сам, коллеги, коллеги-писатели, мой партнер-продюсер, ее продюсерская команда, актеры... - все сыграли огромную роль в том, что проект зашагал уверенно по России и за ее пределами... Но я совершенно спокойно смотрю на то, что успех может закончиться не менее стремительно. Пройдет мода или что-то еще случится, и тогда я займусь другим делом. Я по этому поводу не переживаю.

- В последние несколько лет вы стали плодотворно сотрудничать с режиссерами. Мне больше всего запомнилась снятая по вашему сценарию чудная короткометражка Анны Меликян Нежность с Викторией Исаковой. Мне кажется, все ваши рассказы насквозь кинематографичны, и если на них пока “не накинулись режиссеры, то это только вопрос времени...

- Моей творческой активности всего четыре года, и кино было с самого начала. Первый короткометражный фильм Вдовушки Резо Гигинеишвили вышел в 2016 году. Премьера состоялась на благотворительном фестивале-аукционе Action! Потом там же, но годом позже была представлена девятиминутная картина Прощай, любимый, которая сейчас, наконец, есть на YouTube. За нее мы даже получили приз Гильдии на Кинотавре. В то же время я познакомился с Аней Меликян и появился фильм Про любовь. Только для взрослых, в котором одна из новелл - там, где играет Джон Малкович, - написана вместе с ней... Сейчас есть уже порядка десяти короткометражек. Ещн будут два сериала. Надеюсь, они дойдут до зрителя... Вы правы, мои рассказы - готовые театральные и киносцены. Они для этого и пишутся. Мне очень нравится кино. Здорово, что режиссеры выбирают мои сценарии. Мне очень лестно, я стараюсь их не подвести.

- Предположим, нашелся идеальный продюсер, предложил вам для экранизации любой ваш текст и дал вам полный карт-бланш. Кто вошел бы в вашу dream team?

- У меня уже все есть - dream cast и dream team. Например, последняя реализованная мечта визуализировать песню Бориса Гребенщикова сбылась - получился фильм Темная как ночь. Каренина 2019 режиссера Радды Новиковой с прекрасным актерским составом: Ингеборга Дапкунайте, Константин Хабенский, Максим Суханов, Юлия Пересильд, Матвей Лыков... Переписать Толстого - наглость, но мне терять уже нечего. Получилась современная “...Каренина с совершенно неожиданным финалом. Я рад, что мне удалось сделать этот фильм таким, какой он есть. Сейчас мы с Резо Гигинеишвили закончили снимать Ксению Раппопорт в фильме Это не важно. Там есть просто душераздирающий монолог Ксении про женскую старость. Выйдет фильм, надеюсь, 1 декабря. Так что у меня все движется в сторону ежедневной реализации кинематографических мечт.

- Назад в будущее, или Возвращаемся к декабрьским американским гастролям. Как вы определяете для себя жанр представления The Best и новые рассказы? Спектакль?

- Это все-таки не спектакль. Зрители видят не актера в роли, а человека, который читает рассказы. Приходя на спектакль “Контрабас” с Константином Хабенским, вы увидите героя Хабенского, и только на аплодисментах он сбросит роль и станет самим собой. В нашем случае на сцену выходят два человека. Мы общаемся между собой и начинаем читать рассказы, которые в процессе чтения становятся маленькими пьесами. Таких рассказов пять-шесть, в каждом рассказе три-четыре роли. Соответственно, за один вечер вы увидите пятнадцать-двадцать различных образов... Мне кажется, это интересное занятие - наблюдать, как меняется прочтение рассказа автором и актером. После чтения я всегда спускаюсь в зал, подписываю книги, общаюсь со зрителями... Наверно, все-таки это некое шоу.

- Как меняется реакция на ваши рассказы по мере пересечения российской границы, как принимают их в разных странах мира?

- На какие-то вещи реакция однотипная: одинаково смеются, одинаково плачут... Понятно, что рассказ “Кавычки особенно остро воспринимается эмигрантской средой, а рассказ про бесконечный сексуальный разгул, творящийся в России (как выбрать между женой и тремя любовницами, чтобы они не пересеклись на похоронах), далек от проблем американского общества - чуть более, как мне кажется, патриархального. Люди просто не очень верят в подобную ситуацию. Эзотерический рассказ Мадо про Латинскую Америку понятен людям, которые там бывали, а в России иногда вызывает недоумение... В общем и целом я не вижу большой разницы в восприятии зрителей. Пишу я все равно про человеческие чувства, отношения, любовь, дружбу, предательство. Если это комедия, то комедия положений, и всем понятны герои и те коллизии, которые с ними происходят. Скорее, наверно, можно сказать, что в ряде случаев зарубежный зритель чуть скептичнее относится к тому, как я описываю сегодняшнюю Россию. Я описываю ее, как страну веселую, бесшабашную, разбитную, яркую с точки зрения жизни, в которой можно очень много такого, чего нельзя в европейских странах и Америке без получения обвинения во всех возможных грехах. Как это ни странно, при всей демократичности западного общества иногда в России в меньшей степени ты будешь подвержен травле и гонению за какие-то проявления самых тривиальных человеческих страстей.



Nota bene! Шоу The Best и новые рассказыпройдет 1 декабря 2019 года в 8.00 pm в Скоки (пригород Чикаго) в помещении North Shore Center for the Performing Arts (9501 Skokie Blvd, Skokie, IL 60077,

http://www.northshorecenter.org/event/the-best/?fbclid=IwAR0jLyOobhbxeeV80snqA5-F3mD4cSd2n9vkuCE24ova59DufQn3fiNbeUc) и 5 декабря 2019 года в 8.00 pm в Нью-Йорке в помещении Tribeca Performing Arts Center (199 Chambers St. NYC 10007,

http://tickets.tribecapac.org/ticket/seating-chart/index/schedule/4avUS8NBuhg).

Подробная информация - на сайтах Международного фестиваля искусств “Вишневый сад” http://www.cherryorchardfestival.org/ и компании Maestro Artist Management

(https://www.maestroartist.com/).



Фотографии к статье:

Фото 1. Александр Цыпкин. Фото из архива А.Цыпкина

Фото 2. Александр Цыпкин и Константин Хабенский. Фото из архива А.Цыпкина

Фото 3. Александр Цыпкин. Фото из архива А.Цыпкина

24 нояб. 2019 г.

Чикагский симфонический центр представляет... Концерты 29 ноября - 4 декабря 2019 года


29 и 30 ноября, 7.30 pm; 1 декабря, 3.00 pm. Популярная серия “CSO at the Movies” возвращается в Симфонический центр. На огромном, почти десятиметровом экране - фильм “Гарри Поттер и Кубок огня” (“Harry Potter and the Goblet of Fire”, 2005), на сцене - Чикагский симфонический оркестр (далее - ЧСО) под управлением Джастина Фрира с музыкой шотландского музыканта и композитора Патрика Дойля.

Фильм режиссера Майка Ньюэлла - четвертый из серии фильмов о Гарри Поттере.

29 ноября в 6.15 pm на втором этаже Симфонического центра (Armour Stage) состоится получасовая беседа о музыке в кино.



30 ноября, 2.00 pm. Один из старейших хоров мира, символ Австрии, Венский хор мальчиков - снова в Чикаго с традиционной ежегодной программой “Рождество в Вене”. Мы услышим классические и современные произведения, рождественские и австрийские народные песни.

В 1498 году по приказу императора Максимилиана Первого в составе Венской придворной капеллы появились шесть юношей. Этот год принято считать годом образования хора. До начала XX века разделения на взрослый и детский хоры не было. С Венской придворной капеллой работали Кристофер Виллибальд Глюк и Вольфганг Амадей Моцарт, Антонио Сальери и Антон Брукнер, в капелле пели Франц Шуберт и дирижер Ганс Рихтер. В своем нынешнем виде хор функционирует с 1921 года, когда по инициативе дирижера Йозефа Шнитта из общего состава хора Венской оперы была выделена капелла мальчиков. С 1926 года хор начинает гастролировать по всему миру. Уже в 1927 году состоялись первые гастроли коллектива в Берлине (дирижер – Эрик Кляйбер), Праге и Цюрихе, в следующем году хор отправился в Грецию и Латвию. Затем последовали первые гастроли в США (1932 год), Австралии (1934 год) и Южной Африке (1936).

Годы фашизма – позорная страница в истории хора. За свои антинацистские высказывания был уволен Шнитт, а новый руководитель коллектива, дирижер Фердинанд Гроссман заставил участников выступать с нацистской свастикой. В 1944 году хор был распущен, а после окончания войны в возрожденный хор вернулся Йозеф Шнитт.

Сегодня в составе хора - около ста мальчиков в возрасте от десяти до четырнадцати лет, разделенные на четыре группы. В течение года хор дает около трехсот концертов по всему миру. Аудитория хора составляет до полумиллиона человек ежегодно.

Участники хора выступают в разных оперных театрах мира, чаще всего - в Венской опере. Руководитель хора - доктор Юджин Джессер. Художественный руководитель - Джеральд Вирт.



2 декабря, 7.00 pm. Очередной концерт серии MusicNOW посвящен композитору Майклу Гордону. В программе вечера - его сочинение “Hyper” (премьера - 2014 год), а также произведения композиторов нового поколения: “obscure clues and shiny objects (именно так, с маленькой буквы, пишется название) Дэвида Литтла (премьера - 2018 год), “Vertical Fields” Эммы О’Халлоран (премьера - ноябрь 2014 года), “Shudder” Джеммы Пикок (премьера - 2015 год), “Chopsticks” Брендона Рандалл-Майерса (премьера - 2016 год). Исполнители: музыканты ЧСО и Юан-Кинг Ю, скрипка. Дирижер - Алан Пирсон. Куратор серии - композитор-резидент ЧСО Мисси Маццоли.

Обратите внимание! Концерт состоится в помещении The Harris Theater по адресу: 205 East Randolph Street, Chicago, IL 60601.



3 и 4 декабря, 7.30 pm. Знаменитый американский мужской хор “Шантеклер”

(Chanticleer) из Сан-Франциско девятнадцатый год подряд (!) представляет праздничную рождественскую программу, которая так и называется - “Рождество” (A Chanticleer Christmas).

“Шантеклер” часто называют “оркестром голосов”. Хор состоит из двух басов,

одного баритона, трех теноров и шести контртеноров (три альта и три сопрано). Хор

был создан в 1978 году усилиями тенора Луиса Ботто. В 2000 году был удостоен

премии “Грэмми” за лучший камерный ансамбль, в 2008 году журналом “Musical

America” был назван Ансамблем года. Музыкальный руководитель хора - Уильям Фред

Скотт.

Обратите внимание! Концерт состоится в помещении Fourth Presbyterian Church по адресу: 126 East Chestnut Street, Chicago, IL 60611.



Nota bene! Билеты на концерты Чикагского симфонического оркестра сезона 2019-20 годов - на сайте www.cso.org, по телефону 312-294-3000 и в кассе по адресу: 220 South Michigan Avenue, Chicago, Il 60604.



Фотографии к статье:

Фото 1. Постер к концертам “Гарри Поттер и Кубок огня”

Фото 2. Венский хор мальчиков. Фото - Лукас Бек 

Фото 3. ЛОГО серии MusicNOW

Фото 4. Хор “Шантеклер”. Фото - Лиза Колер