6 августа 2008 года на музыкальном фестивале “Грант-парк-2008” выступит скрипач Вадим Глузман. С оркестром Грант-парка под управлением канадского дирижера Жана-Мари Зитони он исполнит Скрипичный концерт Феликса Мендельсона.
...Все началось давным-давно, когда прадедушка Вадима Глузмана, живший в крохотном еврейском местечке, сделал для себя маленькую скрипку. Он не хотел становиться скрипачом – он просто хотел играть на скрипке. Свою любовь к музыке он передал детям. Они учились играть на скрипке, но скрипачами не стали: бабушка Вадима – врач, ее брат – археолог. Зато родители Вадима – профессиональные музыканты.
Вадим Глузман родился в 1973 году в Житомире. Он говорит: “Я вышел из романов Шолом Алейхема и Антуана де Сент-Экзюпери, Михаила Булгакова и Эли Визеля. Я вышел из клейзмерской музыки, Брамса, Чайковского, Шостаковича и Бернстайна. Я вышел из записей Ойстраха и Шеринга, Рубинштейна и Хассида, Горовица и Гульда... Я должен был стать скрипачом, это было моей судьбой”. Со скрипкой Вадим не расстается с семи лет. Учеба в Риге, в Тель-Авивской академии музыки, в Джульярдской музыкальной школе, победы на многочисленных международных скрипичных конкурсах, сольные концерты, камерные ансамбли, выступления с оркестрами, записи... Житомир – Рига – Тель-Авив – Нью-Йорк – Чикаго – далее везде... – география маршрутов Вадима Глузмана простирается по всем континентам. Он умен, начитан, доброжелателен, остроумен, открыт для общения и, подобно своему прадедушке, обожает играть на скрипке. Моя беседа с Вадимом вышла далеко за рамки предстоящего концерта.
- Готовясь к интервью, я прочитал о вас много материалов в интернете. Особенно интересным мне показался ваш сайт www.vadimgluzman.com. Многие вопросы отпали сами собой – вы просто на них уже ответили. Тем не менее некоторые любопытные события вашей жизни прошли незамеченными. Вот о них мне хотелось бы с вами поговорить. В 1990 году вы играли для Исаака Стерна. Как это произошло? Почему вам было предоставлено это право? Если можно, расскажите, пожалуйста, подробнее об этом эпизоде вашей жизни.
- В 1990 году из Риги мы репатриировались в Израиль. В Тель-Авиве я услышал о том, что Айзек Стерн прослушивает молодых скрипачей в Музыкальном центре в Иерусалиме. Я поехал к нему. За исключением записей, которые были у меня в Союзе, я не знал о том, кто такой Стерн. Не знал о его поддержке государства Израиль, не знал об истории с Карнеги-холл, не знал, что Айзек Стерн больше, чем просто скрипач. Я приехал в Иерусалим, зашел в Музыкальный центр и сообщил секретарю, что хочу поиграть Стерну. Секретарь ответил, что идея сама по себе замечательна, но придется подождать пару лет. На мое счастье, в этот момент дверь отворилась и в Центр вошел Стерн. Показав на меня, музыкант спросил: “Кто это?” Секретарь сказал: “Мальчик приехал поиграть вам на скрипке”. Реакция Стерна оказалась неожиданной: “Хорошо. Готовься. Пять минут у меня найдется”. Можно сказать, что мне просто повезло. Пять минут вылились в полтора часа, и с тех пор я имел счастье общаться со Стерном с большей или меньшей регулярностью в Израиле, а потом и в Нью-Йорке. Айзек Стерн сыграл огромную роль в моей музыкальной жизни.
- Можно ли назвать ваши отношения дружбой?
- Я бы не осмелился назвать это дружбой. Дружба – это очень красивое определение, но не думаю, что оно правильно в данном случае. Я был молодой скрипач, и он для меня был Мастером. На первых порах Стерн мне очень помог. Он мне дал рекомендации в Американо-израильский культурный фонд, выделил скрипку... Айзек Стерн навсегда останется для меня примером невероятной честности в музыке и в жизни.
В 1992 году по рекомендации маэстро Стерна Вадим Глузман получил скрипку работы Гварнери. В 1994 году он стал обладателем Приза Фонда Генриха Шеринга и в 1996 году получил смычок из коллекции Шеринга. Сейчас Глузман играет на скрипке 1690 года работы Страдивари. Эта скрипка, предоставленная музыканту Обществом Страдивари в Чикаго, принадлежала основателю русской скрипичной школы, одному из величайших скрипичных педагогов Леопольду Ауэру. В интервью журналу “The Chicago Tribune Magazine” Вадим Глузман сказал: “Словами не описать, как восхитителен этот инструмент. Он заставляет меня бежать в пятнадцать раз быстрее и нырять в пятнадцать раз глубже. Когда я впервые взял в руки эту скрипку, я понял, что жизнь моя изменилась”. Но вернемся к нашей беседе.
- В Израиле вы жили в музыкальном киббуце “Кешет-Эйлон”. Откуда вдруг в горах возле ливанской границы возникло это чудо, куда стекались лучшие преподаватели, где проводили мастер-классы лучшие педагоги?..
- Я с удовольствием расскажу об этом, тем более, что в русской прессе мало информации об этом киббуце, хотя там работают педагоги из России и учатся много русскоязычных студентов. Киббуц называется Эйлон, по географическому названию этого удивительного места. А слово “кешет” в переводе с иврита означает “смычок“ или “радуга”. Киббуц был организован для помощи молодым музыкантам – новым репатриантам, которые к этому времени только приехали в Израиль. В 1990 году я был в числе первых студентов. Моя учеба началась в дни Хануки 1990 года, прямо перед войной в Персидском заливе. Прошло несколько лет, и я вернулся в киббуц в качестве преподавателя. Буквально через две недели я вновь еду туда преподавать. (Наша беседа состоялась 16 июля 2008 года. – Прим. автора.) Киббуц “Кешет-Эйлон” стал частью меня самого. Сегодня этот киббуц – международная организация с громадным количеством педагогов и студентов. Каждый год на международный трехнедельный курс мы приглашаем около пятидесяти студентов. При этом заявок на участие в курсе приходит как минимум от двухсот до четырехсот. Я, к счастью, этим не занимаюсь, но всегда болезненный процесс, когда кому-то приходится отказывать. Хотелось бы принять всех, но, к сожалению, такое невозможно. Курс в Эйлоне - это ежедневные индивидуальные занятия, мастер-классы, концерты учеников и преподавателей и заключительный гала-концерт. Кроме этого, ежегодно на Хануку и Пейсах мы проводим два семинара для молодых израильских скрипачей и педагогов.
- Сколько лет вы прожили в Израиле?
- А я продолжаю жить в Израиле. Я учился в Джульярдской школе и семь лет прожил в Нью-Йорке. Сегодня у меня два места жительства: Тель-Авив и Чикаго. Но мой дом в Израиле. Израиль – то место, куда я возвращаюсь. В иные точки земного шара я приезжаю.
- Кем вы себя ощущаете? Русским евреем? Израильтянином? Американцем? Или, может быть, гражданином мира?
- Я себя ощущаю израильтянином, родившимся в бывшем Советском Союзе и иногда живущим в Америке.
- Но сейчас вы живете в Чикаго, рядом с нами.
- Я для интереса посчитал, что в это лето в Чикаго я проведу ровно пять дней, включая дни подготовки к концерту в Грант-парке.
- Вадим, что сегодня происходит в мире скрипичной музыки? Пишут ли для скрипки новые произведения?
- Без сомнения, есть современная скрипичная музыка и масса молодых интересных композиторов. Ответственность музыкантов состоит в том, чтобы ее исполнять. Надо дать публике шанс ее услышать. Если мы этого делать не будем, на нас закончится наш вид искусства как таковой. Вспомним историю музыки, например, взаимоотношения Йоахима с Брамсом. Представляете, если бы не Йоахим, у нас бы сегодня не было Скрипичного концерта Брамса. Какая была бы трагедия для музыки! Но Йоахим был тем скрипачом, который играл много современной музыки, в том числе своего современника Брамса. То же самое происходит сегодня. Я очень тесно сотрудничаю с Лерой Ауэрбах. Она родилась в бывшем Советском Союзе, но уже много лет живет в Нью-Йорке. На мой взгляд, Лера – совершенно феноменальное дарование. Она написала для меня много произведений, я много записывал и буду записывать ее музыку.
Лера Ауэрбах родилась в 1973 году в Челябинске. В возрасте шести лет впервые появилась перед публикой как пианистка, два года спустя выступила вместе с оркестром, в возрасте двенадцати лет сочинила свою первую оперу. Участвовала в международных фортепианных конкурсах, получила множество призов. В 1991 году во время гастролей в США приняла решение не возвращаться в СССР. Училась по классу композиции и фортепиано в Джульярдской школе музыки в Нью-Йорке, изучала литературу в Колумбийском университете. Закончила Музыкальную академию в Ганновере. Вадим Глузман принимал участие в премьере нового балета Джона Ноймайера “Двадцать четыре прелюдии” на музыку Леры Ауэрбах в Гамбургской опере. А еще Лера Ауэрбах пишет стихи. Однажды в Нью-Йорке после поэтического вечера Сергея Юрского она подошла к артисту и вручила ему книгу своих стихов. Юрский говорит: “Стихи были необычные. Не просто хорошие - таких сейчас немало - это были стихи мудрые и ясные, стихи человека, много знающего, много думающего и пришедшего к твердым убеждениям”. И вот уже в течение многих лет Юрский читает на своих вечерах стихи Леры, включает их в свои спектакли, в свои диски. Лера бесконечно благодарна ему за это: “Юрский - важная литературная ниточка, связывающая меня сегодня с Россией”.
- Так значит, в отличие от мрачных пророчеств Нормана Лебрехта, классическая музыка еще не умирает? Он пишет о засилье коммерции, о смерти настоящего искусства, об алчных менеджерах, звукозаписывающих студиях... После его книжек становится как-то не по себе.
- Я с громадным уважением отношусь к Лебрехту. Он, конечно, большой знаток музыки и потрясающий журналист, но в данном случае я совершенно не согласен с тем, что он пишет. Мне кажется, им движут какие-то свои, немузыкальные причины. Классическая музыка не умирает, а, как любой вид искусства, изменяется. Она постоянно находится в движении. Может быть, то, что происходит сегодня, - это возврат в прошлое, в эпоху, когда классическая музыка была элитарной. Никто не ожидал, что когда-нибудь на сольный концерт скрипача или пианиста смогут прийти три с половиной тысячи человек. Раньше приходили триста пятьдесят, и ничего в этом плохого не было. Господин Сарасате, господа Казальс и Йоахим прекрасно играли, и все были счастливы. Может быть, сегодня происходит сужение аудитории, но я не считаю, что мы умираем.
- Ну что ж, это вселяет надежду. А в Израиле исполняется современная музыка? Есть поле для экспериментов?
- Конечно, новая музыка всегда исполняется. У нас есть масса очень интересных композиторов. Например, Менахем Визенберг. (Композитор, аранжировщик, пианист и педагог Менахем Визенберг - один из наиболее одаренных музыкантов Израиля. Окончил Джульярдскую школу в Нью-Йорке. Преподает в Иерусалимской академии музыки и танца, руководит группой молодых музыкантов при Иерусалимском музыкальном центре, дает мастер-классы по композиции, читает лекции во многих университетах США и Великобритании, выступает в качестве пианиста-солиста и участника камерных ансамблей в Израиле, Европе и США. – Прим. автора.) Может быть, новая музыка исполняется не в таких количествах, как в концертных залах Голландии, Дании, Германии или Швеции. Но с другой стороны, мы также не видим ее в таком количестве в Америке. Израильскую публику я могу сравнить с американской. Это публика очень консервативная. Что делать – со вкусами публики нужно считаться, их надо уважать. В конце концов, то, что мы делаем, мы делаем для тех, кто сидит в зале.
- Так это же приводит к тому, что кроме узкой группы композиторов-классиков XIX и начала XX века не исполняется ровным счетом ничего!
- Это правда. Но, вы знаете, я бы не хотел сказать, что это к сожалению. Публика на сегодняшний день такая, и таковы ее вкусы. Музыкант, который чувствует, что ему необходимо играть современную музыку и хочет заниматься только этим, должен найти для себя другую географическую точку или воспитывать публику вокруг себя, как это делает Стивен Бернс в Чикаго. (Трубач и композитор Стивен Бернс регулярно организовывает в Чикаго концерты серии “Fulcrum Point New Music Project”, на которых исполняется только современная музыка. – Прим. автора.) Та же Лера Ауэрбах последние три года прожила в Бремене, являясь “Komponist der Stadt” - так называемым городским композитором. Бремен регулярно заказывал ей новые произведения, Лера участвовала в фестивалях... Она вернулась в Америку буквально полгода назад и продолжает работать здесь. Только что были премьеры ее новых произведений на фестивале в Нью-Йорке. Я не думаю, что все так трагично... После того, как я имел счастье поработать вместе с современными композиторами над их новыми произведениями, я увидел, что любое произведение – живая изменяющаяся стихия. Два года назад я работал с Софьей Асгатовной Губайдулиной над ее концертом “Offertorium” - много раз сыгранным и записанным произведением. В процессе работы она сама брала ручку, что-то вычеркивала, что-то дописывала, меняла динамику и даже ноты. Я сделал для себя вывод, что нет ничего высеченного на камне. Естественно, я никогда не позволю себе поменять написанное композитором без его или ее согласия. Процитирую ту же Губайдулину. Она считает, что для успешного концерта необходим триумвират трех талантов: композитора, исполнителя и публики. Так же, как без композитора нет музыки, так же и без исполнителя, и без публики нет музыки.
- Кто для вас наиболее значимые фигуры в скрипичной музыке? Вы уже упомянули Исаака Стерна. Кто еще стоит в этом ряду?
- Первый в этом ряду - Давид Ойстрах. Ничего лучшего в искусстве скрипичной игры, на мой взгляд, не происходило. Ойстрах – это явление в музыке. Такие люди рождаются очень редко. Мне невероятно близко и дорого его искусство.
- Можно ли сказать, что ваша карьера состоялась, или об этом еще рано говорить?
- Конечно, рано говорить. Если когда-нибудь я скажу, что состоялся, то в этот же момент можно спокойно закрыть футляр и больше его не открывать.
- Расскажите, пожалуйста, о вашей семье.
- Моя жена – пианистка Анжела Йоффе. Мы с ней учились в одной школе в Риге. Потом наши семьи репатриировались в Израиль. Мы начали играть вместе в Риге, продолжили в Израиле, а потом решили, что можно не только играть вместе. Нашей дочери четыре с половиной года. Она родилась в Чикаго.
- На каком языке вы разговариваете дома?
- Мы говорим по-русски. До недавнего времени дочка была уверена, что по-русски разговаривают все!
- У вас замечательный русский язык. Такое впечатление, что вы находитесь в Москве, а не в Америке.
- Московского произношения у меня, по-моему, нет, а язык... Книги не дают забывать русский язык.
- Где вы находите время на чтение?
- А самолет для чего? Я вам могу привести пример. Полет из города Берген в Норвегии в город Аделаида в Австралии занимает сорок два часа. Можно много чего успеть прочесть!
- Вадим, так получилось, что сегодня мы с вами говорили больше о современной музыке, а 6 августа в вашем исполнении мы услышим одно из величайших классических скрипичных произведений – Концерт Феликса Мендельсона. С чем связан выбор этого концерта? Это было ваше желание, или таков был заказ фестиваля?
- В данном случае наши желания совпали. В Грант-парке давно не исполняли Мендельсона, а я очень люблю его Скрипичный концерт. Я еще не встречал человека, который бы его не любил.
- Да, концерт замечательный. А как вы относитесь к тому, что это концерт на открытом воздухе? Рядом проезжают машины, пролетают самолеты... Вас это не смущает?
- Нет. Я буду играть точно так же, как я бы играл в концертном зале или на улице. Я не вижу никакой разницы. Передо мной сидят люди, которые хотят услышать концерт Мендельсона, и я им благодарен за то, что они пришли.
- Ну что ж, большое спасибо за интересную беседу. Надеюсь, наши встречи станут традиционными. Хоть на несколько дней, но в Чикаго вы все же появляетесь. Желаю вам успеха на фестивале. До встречи 6 августа!
27 июля 2008 года
27 июл. 2008 г.
2 июл. 2008 г.
Равиния. Лето 2008
Хорошо в Равинии в июне. Еще нет испепеляющей жары, еще вечера приносят прохладу, еще цикады не чувствуют себя хозяевами парка... И концерты в июне под стать погоде – бодрые, динамичные, живые. Концертная программа этого года выдалась в Равинии особенно насыщенной. Что ни вечер, то событие, пропустить которое невозможно. Вот лишь некоторые из них: те, на которых удалось побывать вашему корреспонденту.
Уже несколько лет в рамках музыкального фестиваля в Равинии проходят концерты серии “Джаз в Равинии”. Организатор программы – джазовый композитор и пианист Рэмси Льюис. Он родился в Чикаго, и с Чикаго связана вся его жизнь. Рэмси Льюис начал заниматься фортепиано с четырех лет. Этюды, гаммы... - стандартный классический путь к карьере концертирующего пианиста. Первое знакомство с джазом у Льюиса произошло, когда ему было пятнадцать лет. Его педагог Уоллас Бартон предложил юноше присоединиться к джазовому ансамблю, и на смену Бетховену и Шопену пришли Эллингтон и Татум. В 1948 году Льюис окончил чикагский музыкальный колледж и устроился работать продавцом в магазине грампластинок, по вечерам играя и сочиняя музыку в свое удовольствие. На публике он появился лишь спустя восемь лет. В 1956 году трио Льюиса кочевало по чикагским барам и клубам, быстро завоевывая популярность. В том же году музыкант выпустил свой первый альбом “Рэмси Льюис - господин Свинг” и стал знаменитым. В общей сложности трехкратный лауреат премии “Грэмми” Льюис записал более восьмидесяти альбомов, из них семь стали золотыми. В свободное от музыки время, если таковое есть, Льюис нянчится с внуками. У него большая семья: семеро детей, четырнадцать внуков, а недавно родился первый правнук.
Впервые Рэмси Льюис выступил в Равинии в далеком 1966 году. Его нынешний концерт был необычным. В исполнении трио Льюиса мы услышали мировую премьеру нового сочинения композитора “Музы и удовольствия”. Не могу сказать, что я являюсь таким уж большим поклонником музыки Льюиса. Он играет так называемый “smooth jazz” – мягкую, ненавязчивую, приятную, мелодичную, но однообразную, “приглаженную”, “отполированную” музыку. Такую музыку хорошо слушать в качестве фона в длинных путешествиях в машине. В больших количествах она несколько надоедает. В этой музыке не хватает импровизации, не хватает здоровой “аритмии”, того самого “драйва”, без которого невозможен джаз. Однако личность Рэмси Льюиса вызывает большое уважение. Он активно популяризирует джаз, выступает с лекциями по телевидению, ведет ежедневную программу “Утреннее шоу Рэмси Льюиса” на волне WNUA-FM в Чикаго и программу “Легенды джаза с Рэмси Льюисом”. Музыкант говорит: “Проблема школ в нашей стране состоит в том, что музыка и искусство в их учебных программах занимают очень мало места, если вообще присутствуют. Так что ребята совершенно не приучены к музыке”. Рэмси Льюис пытается восполнить этот пробел. Он работает со школами, поддерживает руководителей школьных оркестров, учителей музыки, рассказывает детям об истории джаза, о джазовой теории, учит детей играть джаз. И, самое главное, музыкант приглашает в Равинию лучших исполнителей!
На фестивале вновь выступил Дэйв Брубек и его великолепные музыканты:
альт-саксофонист Бобби Милителло, контрабасист Майкл Мур, ударник Ренди Джонс. Как и в случае с Рэмси Льюисом, квартет Брубека тоже подготовил зрителям сюрприз. На этот раз он выступил с целым оркестром “The Ravinia Jazz Festival Band”. Мы услышали композиции Брубека в новом, оригинальном исполнении. А в конце вечера “старички” порадовали нас бессмертными мелодиями, ставшими “визитной карточкой” квартета, - “Blue Rondo a la Turk”, “Everybody's Jumpin'“ и “Take Five”.
В Равинии выступила блестящая американская джазовая певица Дайана Ривс. Вот уж кто в музыке умеет все! Огромный диапазон, великолепное чувство стиля, красивый, бархатный голос – одним словом, на сцену вышла Королева. На концерте в Равинии Ривс исполняла композиции ритм-энд-блюза и классического джаза. А ведь мы знаем, что с тем же успехом она работает и с симфоническими оркестрами, исполняя академический репертуар, а также экспериментирует с поп-музыкой. Многие помнят ее концерты в Чикаго с Чикагским симфоническим оркестром под управлением Даниэля Баренбойма; она записывалась с оркестром Берлинской филармонии под управлением Саймона Рэттла; ее голос звучал на торжественной церемонии закрытия XIX Олимпийских игр в Солк-Лейк-Сити. А о ее последней работе - пятнадцати песнях, записанных к фильму Джорджа Клуни “Доброй ночи и удачи”, - говорят как о лучшем джазовом саунд-треке последних десятилетий. За этот альбом Дайана Ривс получила премию “Грэмми”.
В один вечер с Дайаной Ривс в Равинии выступала американская вокальная джаз-группа “Манхэттен трансфер”. В этом году группа отмечает свой тридцатипятилетний юбилей. По легенде, идея образования группы родилась у нью-йоркского таксиста Тима Хаузера за рулем, когда он с тоской думал о том, как оплачивать счета за жилье. При этом он ни в коем случае не хотел подражать кому бы то ни было. Хаузер задумал соединить в своем творчестве все жанры и направления современной музыки и завоевать уникальное место на музыкальном Олимпе. Идея Хаузера с блеском осуществилась. Группа “Манхэттен трансфер”, официально существующая с 1969 года, поет все: джаз, блюз, рок-энд-блюз, рок-н-ролл, поп-музыку. В 1981 году “Манхэттен трансфер” впервые удостоилась премии “Грэмми” сразу в двух категориях – по разряду поп- и джаз-музыки. Это достижение до сих пор никто не повторил. А всего за тридцать пять лет существования группа завоевала десять премий “Грэмми”. В составе группы – великолепная четверка: вокалистки Дженис Сигель и Черил Бентайн, их коллеги-мужчины Тим Хаузер и Алан Пол. В Равинии зрители услышали песни из нового альбома группы “The Definitive Pop Collection”, но наибольший успех ожидал беспроигрышный набор супер-шлягеров семидесятых. Легкость выстроенных ансамблевых звучаний, пластичная ритмика, бесконечный свинг и море обаяния – таков остающийся неизменным фирменный стиль группы!
В компании с джазовыми музыкантами прекрасно смотрелась американская оперная дива Деннис Грейвс, выступившая с сольным концертом в театре “Мартин” в Равинии. В 1992 году Грейвс принимала участие в концертном исполнении оперы Сен-Санса “Самсон и Далила” в Равинии. Она пела Далилу, а в партии Самсона блистал Пласидо Доминго. Партия Далилы – одна из любимейших в богатом репертуаре Грейвс, арию “Mon Coeur s’ouvre a ta voix” она с блеском исполняет в каждом сольном концерте. Не стал исключением и этот вечер. Грейвс исполнила еще один свой коронный номер - Хабанеру “L amour est un oiseau rebelled” из оперы Бизе “Кармен”. Высокая, красивая, стройная, эмоциональная, она как будто создана для роли Кармен. У певицы прекрасный голос - сильный, густой, низкий, идеально выровненный во всех регистрах. И программа концерта была выстроена таким образом, чтобы зрители услышали все богатство технических возможностей певицы: от Генделя до Копланда, от Брамса до Монтсальвадже.
Музыкальная жизнь в городе и пригородах продолжается. Впереди нас ждут интереснейшие концерты, встречи, выступления!
2 июля 2008 года
Уже несколько лет в рамках музыкального фестиваля в Равинии проходят концерты серии “Джаз в Равинии”. Организатор программы – джазовый композитор и пианист Рэмси Льюис. Он родился в Чикаго, и с Чикаго связана вся его жизнь. Рэмси Льюис начал заниматься фортепиано с четырех лет. Этюды, гаммы... - стандартный классический путь к карьере концертирующего пианиста. Первое знакомство с джазом у Льюиса произошло, когда ему было пятнадцать лет. Его педагог Уоллас Бартон предложил юноше присоединиться к джазовому ансамблю, и на смену Бетховену и Шопену пришли Эллингтон и Татум. В 1948 году Льюис окончил чикагский музыкальный колледж и устроился работать продавцом в магазине грампластинок, по вечерам играя и сочиняя музыку в свое удовольствие. На публике он появился лишь спустя восемь лет. В 1956 году трио Льюиса кочевало по чикагским барам и клубам, быстро завоевывая популярность. В том же году музыкант выпустил свой первый альбом “Рэмси Льюис - господин Свинг” и стал знаменитым. В общей сложности трехкратный лауреат премии “Грэмми” Льюис записал более восьмидесяти альбомов, из них семь стали золотыми. В свободное от музыки время, если таковое есть, Льюис нянчится с внуками. У него большая семья: семеро детей, четырнадцать внуков, а недавно родился первый правнук.
Впервые Рэмси Льюис выступил в Равинии в далеком 1966 году. Его нынешний концерт был необычным. В исполнении трио Льюиса мы услышали мировую премьеру нового сочинения композитора “Музы и удовольствия”. Не могу сказать, что я являюсь таким уж большим поклонником музыки Льюиса. Он играет так называемый “smooth jazz” – мягкую, ненавязчивую, приятную, мелодичную, но однообразную, “приглаженную”, “отполированную” музыку. Такую музыку хорошо слушать в качестве фона в длинных путешествиях в машине. В больших количествах она несколько надоедает. В этой музыке не хватает импровизации, не хватает здоровой “аритмии”, того самого “драйва”, без которого невозможен джаз. Однако личность Рэмси Льюиса вызывает большое уважение. Он активно популяризирует джаз, выступает с лекциями по телевидению, ведет ежедневную программу “Утреннее шоу Рэмси Льюиса” на волне WNUA-FM в Чикаго и программу “Легенды джаза с Рэмси Льюисом”. Музыкант говорит: “Проблема школ в нашей стране состоит в том, что музыка и искусство в их учебных программах занимают очень мало места, если вообще присутствуют. Так что ребята совершенно не приучены к музыке”. Рэмси Льюис пытается восполнить этот пробел. Он работает со школами, поддерживает руководителей школьных оркестров, учителей музыки, рассказывает детям об истории джаза, о джазовой теории, учит детей играть джаз. И, самое главное, музыкант приглашает в Равинию лучших исполнителей!
На фестивале вновь выступил Дэйв Брубек и его великолепные музыканты:
альт-саксофонист Бобби Милителло, контрабасист Майкл Мур, ударник Ренди Джонс. Как и в случае с Рэмси Льюисом, квартет Брубека тоже подготовил зрителям сюрприз. На этот раз он выступил с целым оркестром “The Ravinia Jazz Festival Band”. Мы услышали композиции Брубека в новом, оригинальном исполнении. А в конце вечера “старички” порадовали нас бессмертными мелодиями, ставшими “визитной карточкой” квартета, - “Blue Rondo a la Turk”, “Everybody's Jumpin'“ и “Take Five”.
В Равинии выступила блестящая американская джазовая певица Дайана Ривс. Вот уж кто в музыке умеет все! Огромный диапазон, великолепное чувство стиля, красивый, бархатный голос – одним словом, на сцену вышла Королева. На концерте в Равинии Ривс исполняла композиции ритм-энд-блюза и классического джаза. А ведь мы знаем, что с тем же успехом она работает и с симфоническими оркестрами, исполняя академический репертуар, а также экспериментирует с поп-музыкой. Многие помнят ее концерты в Чикаго с Чикагским симфоническим оркестром под управлением Даниэля Баренбойма; она записывалась с оркестром Берлинской филармонии под управлением Саймона Рэттла; ее голос звучал на торжественной церемонии закрытия XIX Олимпийских игр в Солк-Лейк-Сити. А о ее последней работе - пятнадцати песнях, записанных к фильму Джорджа Клуни “Доброй ночи и удачи”, - говорят как о лучшем джазовом саунд-треке последних десятилетий. За этот альбом Дайана Ривс получила премию “Грэмми”.
В один вечер с Дайаной Ривс в Равинии выступала американская вокальная джаз-группа “Манхэттен трансфер”. В этом году группа отмечает свой тридцатипятилетний юбилей. По легенде, идея образования группы родилась у нью-йоркского таксиста Тима Хаузера за рулем, когда он с тоской думал о том, как оплачивать счета за жилье. При этом он ни в коем случае не хотел подражать кому бы то ни было. Хаузер задумал соединить в своем творчестве все жанры и направления современной музыки и завоевать уникальное место на музыкальном Олимпе. Идея Хаузера с блеском осуществилась. Группа “Манхэттен трансфер”, официально существующая с 1969 года, поет все: джаз, блюз, рок-энд-блюз, рок-н-ролл, поп-музыку. В 1981 году “Манхэттен трансфер” впервые удостоилась премии “Грэмми” сразу в двух категориях – по разряду поп- и джаз-музыки. Это достижение до сих пор никто не повторил. А всего за тридцать пять лет существования группа завоевала десять премий “Грэмми”. В составе группы – великолепная четверка: вокалистки Дженис Сигель и Черил Бентайн, их коллеги-мужчины Тим Хаузер и Алан Пол. В Равинии зрители услышали песни из нового альбома группы “The Definitive Pop Collection”, но наибольший успех ожидал беспроигрышный набор супер-шлягеров семидесятых. Легкость выстроенных ансамблевых звучаний, пластичная ритмика, бесконечный свинг и море обаяния – таков остающийся неизменным фирменный стиль группы!
В компании с джазовыми музыкантами прекрасно смотрелась американская оперная дива Деннис Грейвс, выступившая с сольным концертом в театре “Мартин” в Равинии. В 1992 году Грейвс принимала участие в концертном исполнении оперы Сен-Санса “Самсон и Далила” в Равинии. Она пела Далилу, а в партии Самсона блистал Пласидо Доминго. Партия Далилы – одна из любимейших в богатом репертуаре Грейвс, арию “Mon Coeur s’ouvre a ta voix” она с блеском исполняет в каждом сольном концерте. Не стал исключением и этот вечер. Грейвс исполнила еще один свой коронный номер - Хабанеру “L amour est un oiseau rebelled” из оперы Бизе “Кармен”. Высокая, красивая, стройная, эмоциональная, она как будто создана для роли Кармен. У певицы прекрасный голос - сильный, густой, низкий, идеально выровненный во всех регистрах. И программа концерта была выстроена таким образом, чтобы зрители услышали все богатство технических возможностей певицы: от Генделя до Копланда, от Брамса до Монтсальвадже.
Музыкальная жизнь в городе и пригородах продолжается. Впереди нас ждут интереснейшие концерты, встречи, выступления!
2 июля 2008 года
Денис Мацуев на сцене и в жизни
Пианист-виртуоз, “сибирский принц”, победитель конкурса имени П.И.Чайковского, один из самых блистательных музыкантов нашего времени. Молодой, высокий, элегантный, красивый; остроумный, живой, веселый; открытый, искренний, доброжелательный - это все он, пианист Денис Мацуев. Его концерты расписаны на годы вперед, его искусству рукоплещут лучшие залы планеты. Совсем скоро, на фестивале в Равинии состоится его долгожданный дебют в Чикаго. 10 июля 2008 года Денис Мацуев впервые выступит с Чикагским симфоническим оркестром. В исполнении пианиста и ЧСО под управлением Леонарда Слаткина прозвучит Третий концерт С.Рахманинова для фортепиано с оркестром. Спустя неделю, 17 июля, в театре “Мартин” в Равинии состоится сольный концерт Мацуева. В программе “Неизвестный Рахманинов” впервые в Америке прозвучат два неизвестных сочинения композитора - Фуга ре-минор и Сюита ре-минор в переложении для фортепиано. Несмотря на огромную занятость, Денис согласился побеседовать со мной перед дебютным концертом в Чикаго и ответить на вопросы. Предлагаю вашему вниманию фрагменты интервью с пианистом.
- Готовясь к интервью, я прочел много материалов о вас в Рунете. Мне кажется, журналисты сами придумали красивую сказку: сибирский красавец приезжает в Москву, покоряет столицу, становится лауреатом конкурса Чайковского, подписывает контракты на годы вперед...
- “Золушка” с Байкала... (Смеется.)
- ...идущая по ковровой дорожке, усыпанной розами. Это действительно ваш путь или все было совсем не так красиво, как это выглядит на бумаге?
- Чудес, конечно, на самом деле не бывает. Бог миловал, особых черных историй и спадов не было и, надеюсь, не будет.
- Расскажите, пожалуйста, о вашей семье.
- Мои родители – замечательные музыканты. Папа – композитор, педагог и пианист. Мама - тоже пианистка. Родители пожертвовали всем, что было у них в Иркутске, и переехали ради меня в Москву.
- Родившись в такой музыкальной семье, мучительных раздумий, кем быть, у вас не было? Сразу все было определено?
- Да, я был обречен на музыку. Но мои родители – мудрые люди. Если бы я не проявлял никаких способностей, они бы меня не отдали в этот “ужас”.
- Сколько вам было лет, когда вы впервые познакомились с фортепиано?
- Легенда гласит, что я подошел к пианино и, не глядя, целиком и полностью повторил мелодию, под которую шел прогноз погоды в программе “Время”. Родители услышали и поняли, что мальчик “попал”! (Смеется.) Но при этом занятия музыкой никогда не были насильственными. Я никогда особенно много не занимался, хотя вся атмосфера в доме и разговоры были только о музыке. Все шло постепенно. Я разрушил стереотип, что вундеркинд должен быть замкнутым мальчиком, который весь в себе и думает только о музыке. Я был абсолютно не таким. Я был нормальным ребенком: играл в футбол, хоккей, ломал руки, дрался. Хотя при этом я считался домашним ребенком с домашним воспитанием. На меня вся семья работала, если можно так сказать. Бабушка с дедушкой специально ушли с работы, чтобы воспитывать меня. Были свои гувернантки, частные педагоги по английскому языку. Когда в школе я вырвался на свободу, я понял: вот оно, счастье. Сразу начал целовать всех девочек. У меня было даже прозвище “Мацуйка-поцелуйка”. (Смеется.)
- У вас и сейчас отбоя от поклонниц нет.
- Я благодарен родителям, что они меня в детстве правильно ориентировали. (Смеется.) Женская энергия, которая присутствует в зале на каждом концерте, очень сильно передается мне. В первую очередь я играю для женщин. Без них мне было бы скучно.
- Расскажите, пожалуйста, о вашем педагоге в Московской консерватории Сергее Доренском. Я с завидной регулярностью встречаю его учеников в числе победителей международных конкурсов. Такое впечатление, что Доренский - просто кузница по выращиванию лауреатов. В чем состоит феномен его школы?
- Действительно, профессора Доренского можно занести в книгу рекордов Гиннесса. Он вырастил сто двадцать лауреатов международных конкурсов. Недосягаемый результат! Феномен Доренского заключается в том, что он в новом времени сохранил старые принципы и традиции. У него - хорошая, здоровая, конкурентоспособная обстановка. На его уроках царит искрометный юмор, постоянно звучат шутки, все общаются друг с другом, играют друг другу. На сцене все мы – конкуренты, а в жизни – друзья. Есть такое понятие, как команда Доренского, клан Доренского в хорошем смысле слова. К нему приходят уже сложившиеся ученики, музыканты, и он делает последнюю огранку, а потом пускает тебя в большое одиночное плавание, то бишь на сцену. В прошлом году мы отметили его семидесятипятилетний юбилей. Дай Бог ему здоровья! Я участвовал в подготовке его юбилея. Гала-концерт состоялся в Большом зале Московской консерватории. Участвовал Российский национальный оркестр, играли лауреаты, была прямая трансляция по телевидению. Все прошло на высоком уровне.
- По каналу “Культура” транслировали этот концерт, и была передача о Доренском.
- В России на фоне криминала, ужасных новостей, крови, пошлого юмора, всего того ужаса, который происходит на всех каналах, “Культура” – единственная отдушина. Я все время говорю об этом, в том числе на Совете по культуре при президенте. У нас новое поколение воспитывается на сплошной “чернухе”. Это не значит, что каждый день по всем каналам должны играть Первый концерт Чайковского. Но у людей должен быть элементарный выбор. Слава Богу, что есть канал “Культура”!
- Денис, говоря о вашем творчестве, невозможно не спросить у вас о конкурсе Чайковского. В одном из интервью вы сказали, что победа на конкурсе никак не отразилась на вашей карьере. Неужели так? Неужели конкурс Чайковского потерял свой былой авторитет?
- Объясню. Моя победа в 1998 году пришлась на самую низкую точку влиятельности и престижности конкурса Чайковского. Девяностые годы дали о себе знать во всех сферах, в том числе в культуре. Дошло до того, что в 1994 году за неуплату какого-то взноса то ли в пятьсот, то ли в шестьсот долларов конкурс исключили из Ассоциации международных конкурсов. Это невозможно себе представить, однако такое было! Интерес в мире к конкурсу пропал. Но бренд “Конкурс Чайковского” остается и будет жить всегда. После конкурса я не получил ни одного предложения. Я делаю свою карьеру сам, исключительно своими силами, но бренд мне очень сильно помог. Где бы я не выступал, за мной тянется шлейф победителя конкурса Чайковского.
- Вы часто выступаете в Америке. Не возникало ли у вас желания остаться здесь, как сделали это многие ваши коллеги-пианисты?
- Я горжусь тем, что никуда не уехал. Я очень люблю быть дома, люблю спать в своей постели. Как в Москве, так и в своем родном Иркутске. Я не могу находиться на Западе долгое время. Я понимаю, что это часть моей профессии, я обожаю гастролировать, у меня сто пятьдесят концертов в год, я постоянно в самолете, но я так хочу возвратиться домой, так дорожу тем временем, когда я дома, с родителями, когда они мне готовят, когда я сплю... Спокойно в Москве все равно спать невозможно – тебя все время дергают. Но тем не менее дом есть дом. Я мог уехать в девяностые годы, как сделали это многие мои коллеги, студенты. Но вы не представляете, как мне не хотелось уезжать! И время показало, что я был прав. Сейчас, наоборот, растет поток музыкантов, которые хотят возвратиться на Родину. Сейчас в России идет подъем культуры. Музыканты в оркестрах получают до пяти тысяч долларов в месяц. Это просто неслыханный прорыв! Несколько лет назад - пятьдесят долларов, а сегодня – пять тысяч! Сегодня все тянутся домой. Многие, правда, лукавят. Не каждый русский человек может мгновенно переключиться и стать американцем, швейцарцем, англичанином и так далее.
- Мне кажется, это просто невозможно. Можно прожить двадцать лет на западе и остаться русским по духу, по мировоззрению, по культуре.
- Конечно. Мой самый любимый пример – Сергей Васильевич Рахманинов, уехавший “благодаря” революции на Запад. Как он тосковал по России! Он получал пять миллионов долларов в год – таковы были его доходы в тридцатые годы. Можете себе представить, какие это были деньги?! Половину он отправлял в Россию. Он участвовал во всех фондах, посылал деньги на фронт... У человека была такая тоска и ностальгия, и это проявляется в его музыке. Симфонические танцы, Симфония на темы Паганини... Он тосковал без своей родной Ивановки. Он купил имение в Швейцарии и назвал его “СЕНАР” – то есть Сережа и Наташа Рахманиновы. В этом имении, на рояле композитора я записал неизданные произведения Рахманинова. Рассказать, как это случилось?
- Обязательно. Но до этого расскажите, пожалуйста, каким образом сочинения Рахманинова оставались неизвестными широкой публике столько лет?
- История такова. Полтора года назад после моего сольного концерта в Париже в театре “Елисейские поля” ко мне подошел внук Рахманинова Александр Борисович и произнес такую фразу: “Денис, если вы бросите курить, я вам преподнесу большой подарок”. Я не могу сказать, что был страстным курильщиком. Иногда после концерта мог выкурить сигаретку. А для Александра Борисовича эта тема была очень щепетильная. Сергей Васильевич был заядлым курильщиком, он скончался от рака легких. Я сказал: “Все, считайте, что я курить бросил”. “Тогда я дарю вам “право первой ночи” на первую запись и первое исполнение двух абсолютно новых произведений Сергея Васильевича.” Я чуть со стула не упал. Сенсация! Нашлись две студенческие работы композитора. Обе написаны в 1891 году. Первая - Сюита для оркестра в четырех частях. Я играю ее в переложении для фортепиано. Вторая – виртуозная Фуга. Ноты были посланы Чайковскому на одобрение. Рахманинов очень дорожил мнением Петра Ильича. Легенда гласит, что секретарша Чайковского потеряла ноты, не передав их Чайковскому. С тех пор след этих нот был утерян. И только пять лет назад ноты были обнаружены в архивах музея Глинки. Я записал Сюиту и Фугу на рояле Рахманинова в его имении “СЕНАР” под Люцерной, где композитор жил с 1929 по 1943 годы. Это был для меня еще один удар в хорошем смысле слова - подарок судьбы! Когда я прикоснулся к рахманиновскому роялю – американскому “Стейнвею” 1929 года – я понял, что, к сожалению, таких инструментов сейчас нет. Это просто сказка, такое бывает раз в жизни! Помимо Сюиты и Фуги я записал Вторую сонату си-бемоль минор, Картины и Прелюдии. На запись я пригласил одного из лучших звукорежиссеров мира Филиппа Ниделя – лауреата нескольких “Гремми”. Наша запись была осуществлена буквально за день – все шло как по маслу. Рояль потрясающий, уникальный. Вы не представляете - он поет!.. Довоенные американские инструменты просто неповторимы. А звуки в басах абсолютно рахманиновские. Ныне этот звук утерян. Современные рояли не могут достичь такого звука. Раньше делали отдельно каждый инструмент. Это не современная мебельная индустрия! Сейчас рояли штампуют, а раньше делали... Премьера неизвестных произведений Рахманинова прошла 4 декабря 2007 года в Лондоне. Там же прошло представление новой пластинки. Так что для меня этот год чрезвычайно важен, он проходит под девизом “Рахманинов”.
- Очень приятно, что американская премьера неизвестных произведений Рахманинова состоится в Равинии. На концерт обещает приехать внук композитора.
- Александр Борисович Рахманинов является президентом фонда Рахманинова. Он проводит по всему миру огромное количество мероприятий. Концерт в Равинии тоже организует фонд Рахманинова. Александр Борисович сохраняет наследие своего великого деда и пропагандирует его музыку. Хотя Рахманинов в пропаганде не нуждается. По вкладу в культуру в XX веке Рахманинов - самый великий музыкант. Он был одинаково велик как абсолютно непревзойденный пианист, композитор и дирижер. Он был одинаково гениален в трех ипостасях.
- Денис, вы рассказали о рахманиновском рояле. Имеет ли для вас значение инструмент, на котором вы играете?
- Хороший вопрос. Рихтер говорил, что он очень не любил выбирать рояли. Что поставят, то поставят. Я тоже не сторонник выбора инструмента. Понятно, что лучше сыграть на прекрасном “Стейнвее” в Карнеги-холле, чем в плохом зале на ужасном рояле. С другой стороны, на плохом рояле тоже можно сыграть очень хороший концерт. Для меня даже интересен момент экстрима - укротить плохой рояль и добиться задуманного результата в зале с плохой акустикой. Иногда успех в таком зале имеет для меня даже больший эффект, нежели выступление на прославленной сцене.
- Помните, в каких ужасных залах выступал Рихтер во время сибирского тура? А Горовиц возил рояль с собой, не доверяя никаким инструментам, кроме собственного.
- Да, но последние пятнадцать лет жизни Рихтер играл на “Ямахе”, и этот инструмент за ним тоже возили. Я выиграл конкурс Чайковского, играя на “Ямахе”, и стал “лицом” “Ямахи”. Со мной ездили по всему миру те настройщики, которые ездили с Рихтером. Это был для меня еще один подарок судьбы, потому что они мне рассказали много нового и интересного по поводу специфики настройки.
- Я читал, что у Рихтера был совершенно гениальный настройщик.
- С Рихтером работал Казуто Осато – суперпрофессионал своего дела. Он может из любого рояля сделать конфетку, как говорится. Это очень важно, поскольку хороший звук зависит от многих составляющих, а именно: от расположения рояля, индивидуальной настройки под конкретный инструмент, под конкретный зал, под конкретную программу и под конкретного артиста.
- А в чем состоит разница в настройке инструмента, скажем, перед исполнением концерта Рахманинова и перед Ноктюрнами Шопена?
- Я не знаю технической стороны дела. Это страшный секрет, который никому не выдается. Но разница в настройке существует. Настройщики знают требования артиста к этому инструменту в случае Рахманинова или Шопена.
- В каких залах вам уютнее выступать?
- Смотря, какую программу я исполняю. Конечно же, я люблю играть в больших залах. Люблю “крупные полотна”, если можно так сказать. Но вместе с тем я люблю играть и в маленьких залах, на фестивалях. Летние фестивали, как правило, проходят в церквушках во Франции, в Италии, в Германии. Я люблю играть везде! Даже на открытом воздухе, как это будет в Равинии.
- Вы играете “на бис”?
- Мой следующий диск целиком будет посвящен “бисам”. “Бисы” – особая часть концерта, которую все ждут. Я получаю огромное удовольствие, завожусь и могу играть до десяти “бисов”.
- Вы чувствуете отличие западной публики от российской? Где лучше понимают музыку – на Родине или на Западе?
- Нигде не понимают классическую музыку глубже, чем в России. Я могу заявить это абсолютно открыто. Я выступал более чем в пятидесяти странах мира. Да, конечно, есть потрясающие города, столицы, есть чопорная публика, которая много чего повидала... Но в основной массе, если мы говорим о публике, российская публика уникальна. Я всегда оставляю для России пятнадцать-двадцать концертов в сезоне. Они у меня идут в качестве закалки перед западными гастролями. Я не могу сказать, что Карнеги-холл, Альберт-холл и так далее - это прогулка после России, но все равно на Западе я себя чувствую гораздо свободней, чем в России...
- Вы прекрасно играете джаз. А вы не пробовали соединить в одном концерте классические произведения с джазовыми?
- Я делал это много раз. Во-первых, я часто играл “на бис” разные джазовые произведения. У нас есть даже совместная программа с символом российского джаза Георгием Гараняном. Она называется “И классика, и джаз”. Это некие мои джазовые фантазии. Я люблю разные эксперименты. Джаз мне очень много дал в жизни. Мой папа был потрясающим джазменом. Он всегда играл джаз дома, а я слушал. Я сразу “подсел” на Питерсона, Гарнера, Майлза Дэвиса. Слушая их, сам стал импровизировать. Импровизация мне очень помогает в классической музыке. Импровизация и в жизни очень важна. Джаз – это моя вторая страсть. Джаз – это моя любовница.
- Подождите, а как же футбол? Насколько я знаю, вы были заядлым футболистом.
- Теперь футбол уже стал на место второй любовницы. А одно время он был у меня на первом месте. В Иркутске музыка была мне абсолютно “по барабану”. Все время занимал футбол.
- Вы играете джаз, но при этом мало исполняете современную музыку. Почему? Вы ее не любите?
- Особого романа с современной музыкой у меня не сложилось. Я - сторонник мелодии. Я глубоко убежден, что публика, которая приходит в зал на концерт, должна уйти, запомнив хотя бы одну мелодию. Романтическую музыку играть сложнее всего. Ее нужно проживать, ее нужно “брать” физически, кровью, пока ты молод. А что касается современной музыки... В плане игры она доступна каждому, ее можно играть в любом возрасте. Я играю концерт Щедрина, например, это один из моих любимых концертов. Я его записал с гениальным маэстро Марисом Янсонсом и оркестром Баварского радио. Сейчас учу новый концерт Кшиштофа Пендерецкого.
- Вот это сюрприз!
- Знаете, что удивительно? Пендерецкий вернулся к мелодии. Именно поэтому я начинаю работать над его концертом. Замечательная музыка, пронизанная тонкой романтикой.
- Но комфортней всего вы себя чувствуете в музыке композиторов-романтиков XIX века?
- Композиторов-романтиков, но не только XIX века. Рахманинова и Прокофьева я тоже называю романтиками.
- Известно, что многие талантливые инструменталисты переходят к дирижированию. У вас не было такого желания?
- Во-первых, я еще не наигрался, еще много чего не сыграл. Во-вторых, я считаю, что все наши беды от того, что мы лезем не в свое дело. Я пока не хочу повторить неудачные примеры переходов в эту профессию знаменитых инструменталистов. Я не могу сказать, когда начну этим “грешить”...
- ...и начнете ли вообще...
- Понимаете, в чем дело. Папа меня приучил с детства читать симфонические партитуры. Я этим искусством владею с десяти лет и иногда понимаю, что мне одного рояля маловато. Я понимаю, почему все стремятся взять в руки дирижерскую палочку. Но к этому нужно быть хорошо подготовленным. Нельзя вдруг резко бросить играть на виолончели и заиграть на флейте. Дирижирование – это абсолютно другая профессия, нежели игра на рояле, и совмещать это сложно, а, может быть, даже невозможно. Поэтому я пока к этому отношусь осторожно.
- Ну и хорошо, будем слушать вас как пианиста.
- Пока, по крайней мере, я буду играть на рояле.
- Денис, вас часто можно увидеть на светских мероприятиях, на светских “тусовках”, как сейчас говорят. Вам неудобно отказаться, или вы нормально относитесь к подобным мероприятиям?
- Нет, я не могу сказать, что я такой уж “тусовщик”, не могу сказать, что получаю от этого большое удовольствие. Если это касается компании близких друзей, безусловно, я люблю весело провести время. Я – абсолютно живой, нормальный, открытый человек. Правда, в последнее время стал сильно уставать и поэтому немного сокращать свои появления на светских мероприятиях.
- Вы же еще руководите двумя фестивалями!
- Да, для меня дело чести – руководить двумя фестивалями. Один из них проходит в Иркутске и называется “Звезды на Байкале”. На нем выступали все наши мэтры: Темирканов, Спиваков, Башмет... Второй фестиваль называется “Крещендо”. Это – фестиваль молодого поколения, каждый год он проходит в разных городах России. В прошлом году мы посвятили фестиваль столетию Дягилевских сезонов и дали в Париже пять больших концертов с Темиркановым. Такие концерты требуют огромных затрат. Светские мероприятия становятся способом привлечь спонсоров и пропагандировать фестивали. Я хочу показать всем, что у нас есть достойная смена, что в России есть молодые талантливые музыканты, что русская музыкальная школа не умерла. Она существует! Я счастлив проводить эти фестивали и думаю, что у меня получается.
- Такое впечатление, что у вас не двадцать четыре часа в сутки, а гораздо больше. Как вы находите на все время?
- Стараюсь. Есть еще порох в пороховницах.
- Вы сказали, что у вас сто пятьдесят концертов в год. То есть вы выступаете практически через день?
- Я с трудом могу сказать слово “нет”. Не люблю отказывать людям. Вот и сейчас, через десять минут начинается репетиция, а я с вами еще разговариваю. (Смеется.)
- Все, не смею вас больше задерживать. Спасибо большое за интереснейшее интервью. Успехов вам на концертах!
28 июня 2008 года
- Готовясь к интервью, я прочел много материалов о вас в Рунете. Мне кажется, журналисты сами придумали красивую сказку: сибирский красавец приезжает в Москву, покоряет столицу, становится лауреатом конкурса Чайковского, подписывает контракты на годы вперед...
- “Золушка” с Байкала... (Смеется.)
- ...идущая по ковровой дорожке, усыпанной розами. Это действительно ваш путь или все было совсем не так красиво, как это выглядит на бумаге?
- Чудес, конечно, на самом деле не бывает. Бог миловал, особых черных историй и спадов не было и, надеюсь, не будет.
- Расскажите, пожалуйста, о вашей семье.
- Мои родители – замечательные музыканты. Папа – композитор, педагог и пианист. Мама - тоже пианистка. Родители пожертвовали всем, что было у них в Иркутске, и переехали ради меня в Москву.
- Родившись в такой музыкальной семье, мучительных раздумий, кем быть, у вас не было? Сразу все было определено?
- Да, я был обречен на музыку. Но мои родители – мудрые люди. Если бы я не проявлял никаких способностей, они бы меня не отдали в этот “ужас”.
- Сколько вам было лет, когда вы впервые познакомились с фортепиано?
- Легенда гласит, что я подошел к пианино и, не глядя, целиком и полностью повторил мелодию, под которую шел прогноз погоды в программе “Время”. Родители услышали и поняли, что мальчик “попал”! (Смеется.) Но при этом занятия музыкой никогда не были насильственными. Я никогда особенно много не занимался, хотя вся атмосфера в доме и разговоры были только о музыке. Все шло постепенно. Я разрушил стереотип, что вундеркинд должен быть замкнутым мальчиком, который весь в себе и думает только о музыке. Я был абсолютно не таким. Я был нормальным ребенком: играл в футбол, хоккей, ломал руки, дрался. Хотя при этом я считался домашним ребенком с домашним воспитанием. На меня вся семья работала, если можно так сказать. Бабушка с дедушкой специально ушли с работы, чтобы воспитывать меня. Были свои гувернантки, частные педагоги по английскому языку. Когда в школе я вырвался на свободу, я понял: вот оно, счастье. Сразу начал целовать всех девочек. У меня было даже прозвище “Мацуйка-поцелуйка”. (Смеется.)
- У вас и сейчас отбоя от поклонниц нет.
- Я благодарен родителям, что они меня в детстве правильно ориентировали. (Смеется.) Женская энергия, которая присутствует в зале на каждом концерте, очень сильно передается мне. В первую очередь я играю для женщин. Без них мне было бы скучно.
- Расскажите, пожалуйста, о вашем педагоге в Московской консерватории Сергее Доренском. Я с завидной регулярностью встречаю его учеников в числе победителей международных конкурсов. Такое впечатление, что Доренский - просто кузница по выращиванию лауреатов. В чем состоит феномен его школы?
- Действительно, профессора Доренского можно занести в книгу рекордов Гиннесса. Он вырастил сто двадцать лауреатов международных конкурсов. Недосягаемый результат! Феномен Доренского заключается в том, что он в новом времени сохранил старые принципы и традиции. У него - хорошая, здоровая, конкурентоспособная обстановка. На его уроках царит искрометный юмор, постоянно звучат шутки, все общаются друг с другом, играют друг другу. На сцене все мы – конкуренты, а в жизни – друзья. Есть такое понятие, как команда Доренского, клан Доренского в хорошем смысле слова. К нему приходят уже сложившиеся ученики, музыканты, и он делает последнюю огранку, а потом пускает тебя в большое одиночное плавание, то бишь на сцену. В прошлом году мы отметили его семидесятипятилетний юбилей. Дай Бог ему здоровья! Я участвовал в подготовке его юбилея. Гала-концерт состоялся в Большом зале Московской консерватории. Участвовал Российский национальный оркестр, играли лауреаты, была прямая трансляция по телевидению. Все прошло на высоком уровне.
- По каналу “Культура” транслировали этот концерт, и была передача о Доренском.
- В России на фоне криминала, ужасных новостей, крови, пошлого юмора, всего того ужаса, который происходит на всех каналах, “Культура” – единственная отдушина. Я все время говорю об этом, в том числе на Совете по культуре при президенте. У нас новое поколение воспитывается на сплошной “чернухе”. Это не значит, что каждый день по всем каналам должны играть Первый концерт Чайковского. Но у людей должен быть элементарный выбор. Слава Богу, что есть канал “Культура”!
- Денис, говоря о вашем творчестве, невозможно не спросить у вас о конкурсе Чайковского. В одном из интервью вы сказали, что победа на конкурсе никак не отразилась на вашей карьере. Неужели так? Неужели конкурс Чайковского потерял свой былой авторитет?
- Объясню. Моя победа в 1998 году пришлась на самую низкую точку влиятельности и престижности конкурса Чайковского. Девяностые годы дали о себе знать во всех сферах, в том числе в культуре. Дошло до того, что в 1994 году за неуплату какого-то взноса то ли в пятьсот, то ли в шестьсот долларов конкурс исключили из Ассоциации международных конкурсов. Это невозможно себе представить, однако такое было! Интерес в мире к конкурсу пропал. Но бренд “Конкурс Чайковского” остается и будет жить всегда. После конкурса я не получил ни одного предложения. Я делаю свою карьеру сам, исключительно своими силами, но бренд мне очень сильно помог. Где бы я не выступал, за мной тянется шлейф победителя конкурса Чайковского.
- Вы часто выступаете в Америке. Не возникало ли у вас желания остаться здесь, как сделали это многие ваши коллеги-пианисты?
- Я горжусь тем, что никуда не уехал. Я очень люблю быть дома, люблю спать в своей постели. Как в Москве, так и в своем родном Иркутске. Я не могу находиться на Западе долгое время. Я понимаю, что это часть моей профессии, я обожаю гастролировать, у меня сто пятьдесят концертов в год, я постоянно в самолете, но я так хочу возвратиться домой, так дорожу тем временем, когда я дома, с родителями, когда они мне готовят, когда я сплю... Спокойно в Москве все равно спать невозможно – тебя все время дергают. Но тем не менее дом есть дом. Я мог уехать в девяностые годы, как сделали это многие мои коллеги, студенты. Но вы не представляете, как мне не хотелось уезжать! И время показало, что я был прав. Сейчас, наоборот, растет поток музыкантов, которые хотят возвратиться на Родину. Сейчас в России идет подъем культуры. Музыканты в оркестрах получают до пяти тысяч долларов в месяц. Это просто неслыханный прорыв! Несколько лет назад - пятьдесят долларов, а сегодня – пять тысяч! Сегодня все тянутся домой. Многие, правда, лукавят. Не каждый русский человек может мгновенно переключиться и стать американцем, швейцарцем, англичанином и так далее.
- Мне кажется, это просто невозможно. Можно прожить двадцать лет на западе и остаться русским по духу, по мировоззрению, по культуре.
- Конечно. Мой самый любимый пример – Сергей Васильевич Рахманинов, уехавший “благодаря” революции на Запад. Как он тосковал по России! Он получал пять миллионов долларов в год – таковы были его доходы в тридцатые годы. Можете себе представить, какие это были деньги?! Половину он отправлял в Россию. Он участвовал во всех фондах, посылал деньги на фронт... У человека была такая тоска и ностальгия, и это проявляется в его музыке. Симфонические танцы, Симфония на темы Паганини... Он тосковал без своей родной Ивановки. Он купил имение в Швейцарии и назвал его “СЕНАР” – то есть Сережа и Наташа Рахманиновы. В этом имении, на рояле композитора я записал неизданные произведения Рахманинова. Рассказать, как это случилось?
- Обязательно. Но до этого расскажите, пожалуйста, каким образом сочинения Рахманинова оставались неизвестными широкой публике столько лет?
- История такова. Полтора года назад после моего сольного концерта в Париже в театре “Елисейские поля” ко мне подошел внук Рахманинова Александр Борисович и произнес такую фразу: “Денис, если вы бросите курить, я вам преподнесу большой подарок”. Я не могу сказать, что был страстным курильщиком. Иногда после концерта мог выкурить сигаретку. А для Александра Борисовича эта тема была очень щепетильная. Сергей Васильевич был заядлым курильщиком, он скончался от рака легких. Я сказал: “Все, считайте, что я курить бросил”. “Тогда я дарю вам “право первой ночи” на первую запись и первое исполнение двух абсолютно новых произведений Сергея Васильевича.” Я чуть со стула не упал. Сенсация! Нашлись две студенческие работы композитора. Обе написаны в 1891 году. Первая - Сюита для оркестра в четырех частях. Я играю ее в переложении для фортепиано. Вторая – виртуозная Фуга. Ноты были посланы Чайковскому на одобрение. Рахманинов очень дорожил мнением Петра Ильича. Легенда гласит, что секретарша Чайковского потеряла ноты, не передав их Чайковскому. С тех пор след этих нот был утерян. И только пять лет назад ноты были обнаружены в архивах музея Глинки. Я записал Сюиту и Фугу на рояле Рахманинова в его имении “СЕНАР” под Люцерной, где композитор жил с 1929 по 1943 годы. Это был для меня еще один удар в хорошем смысле слова - подарок судьбы! Когда я прикоснулся к рахманиновскому роялю – американскому “Стейнвею” 1929 года – я понял, что, к сожалению, таких инструментов сейчас нет. Это просто сказка, такое бывает раз в жизни! Помимо Сюиты и Фуги я записал Вторую сонату си-бемоль минор, Картины и Прелюдии. На запись я пригласил одного из лучших звукорежиссеров мира Филиппа Ниделя – лауреата нескольких “Гремми”. Наша запись была осуществлена буквально за день – все шло как по маслу. Рояль потрясающий, уникальный. Вы не представляете - он поет!.. Довоенные американские инструменты просто неповторимы. А звуки в басах абсолютно рахманиновские. Ныне этот звук утерян. Современные рояли не могут достичь такого звука. Раньше делали отдельно каждый инструмент. Это не современная мебельная индустрия! Сейчас рояли штампуют, а раньше делали... Премьера неизвестных произведений Рахманинова прошла 4 декабря 2007 года в Лондоне. Там же прошло представление новой пластинки. Так что для меня этот год чрезвычайно важен, он проходит под девизом “Рахманинов”.
- Очень приятно, что американская премьера неизвестных произведений Рахманинова состоится в Равинии. На концерт обещает приехать внук композитора.
- Александр Борисович Рахманинов является президентом фонда Рахманинова. Он проводит по всему миру огромное количество мероприятий. Концерт в Равинии тоже организует фонд Рахманинова. Александр Борисович сохраняет наследие своего великого деда и пропагандирует его музыку. Хотя Рахманинов в пропаганде не нуждается. По вкладу в культуру в XX веке Рахманинов - самый великий музыкант. Он был одинаково велик как абсолютно непревзойденный пианист, композитор и дирижер. Он был одинаково гениален в трех ипостасях.
- Денис, вы рассказали о рахманиновском рояле. Имеет ли для вас значение инструмент, на котором вы играете?
- Хороший вопрос. Рихтер говорил, что он очень не любил выбирать рояли. Что поставят, то поставят. Я тоже не сторонник выбора инструмента. Понятно, что лучше сыграть на прекрасном “Стейнвее” в Карнеги-холле, чем в плохом зале на ужасном рояле. С другой стороны, на плохом рояле тоже можно сыграть очень хороший концерт. Для меня даже интересен момент экстрима - укротить плохой рояль и добиться задуманного результата в зале с плохой акустикой. Иногда успех в таком зале имеет для меня даже больший эффект, нежели выступление на прославленной сцене.
- Помните, в каких ужасных залах выступал Рихтер во время сибирского тура? А Горовиц возил рояль с собой, не доверяя никаким инструментам, кроме собственного.
- Да, но последние пятнадцать лет жизни Рихтер играл на “Ямахе”, и этот инструмент за ним тоже возили. Я выиграл конкурс Чайковского, играя на “Ямахе”, и стал “лицом” “Ямахи”. Со мной ездили по всему миру те настройщики, которые ездили с Рихтером. Это был для меня еще один подарок судьбы, потому что они мне рассказали много нового и интересного по поводу специфики настройки.
- Я читал, что у Рихтера был совершенно гениальный настройщик.
- С Рихтером работал Казуто Осато – суперпрофессионал своего дела. Он может из любого рояля сделать конфетку, как говорится. Это очень важно, поскольку хороший звук зависит от многих составляющих, а именно: от расположения рояля, индивидуальной настройки под конкретный инструмент, под конкретный зал, под конкретную программу и под конкретного артиста.
- А в чем состоит разница в настройке инструмента, скажем, перед исполнением концерта Рахманинова и перед Ноктюрнами Шопена?
- Я не знаю технической стороны дела. Это страшный секрет, который никому не выдается. Но разница в настройке существует. Настройщики знают требования артиста к этому инструменту в случае Рахманинова или Шопена.
- В каких залах вам уютнее выступать?
- Смотря, какую программу я исполняю. Конечно же, я люблю играть в больших залах. Люблю “крупные полотна”, если можно так сказать. Но вместе с тем я люблю играть и в маленьких залах, на фестивалях. Летние фестивали, как правило, проходят в церквушках во Франции, в Италии, в Германии. Я люблю играть везде! Даже на открытом воздухе, как это будет в Равинии.
- Вы играете “на бис”?
- Мой следующий диск целиком будет посвящен “бисам”. “Бисы” – особая часть концерта, которую все ждут. Я получаю огромное удовольствие, завожусь и могу играть до десяти “бисов”.
- Вы чувствуете отличие западной публики от российской? Где лучше понимают музыку – на Родине или на Западе?
- Нигде не понимают классическую музыку глубже, чем в России. Я могу заявить это абсолютно открыто. Я выступал более чем в пятидесяти странах мира. Да, конечно, есть потрясающие города, столицы, есть чопорная публика, которая много чего повидала... Но в основной массе, если мы говорим о публике, российская публика уникальна. Я всегда оставляю для России пятнадцать-двадцать концертов в сезоне. Они у меня идут в качестве закалки перед западными гастролями. Я не могу сказать, что Карнеги-холл, Альберт-холл и так далее - это прогулка после России, но все равно на Западе я себя чувствую гораздо свободней, чем в России...
- Вы прекрасно играете джаз. А вы не пробовали соединить в одном концерте классические произведения с джазовыми?
- Я делал это много раз. Во-первых, я часто играл “на бис” разные джазовые произведения. У нас есть даже совместная программа с символом российского джаза Георгием Гараняном. Она называется “И классика, и джаз”. Это некие мои джазовые фантазии. Я люблю разные эксперименты. Джаз мне очень много дал в жизни. Мой папа был потрясающим джазменом. Он всегда играл джаз дома, а я слушал. Я сразу “подсел” на Питерсона, Гарнера, Майлза Дэвиса. Слушая их, сам стал импровизировать. Импровизация мне очень помогает в классической музыке. Импровизация и в жизни очень важна. Джаз – это моя вторая страсть. Джаз – это моя любовница.
- Подождите, а как же футбол? Насколько я знаю, вы были заядлым футболистом.
- Теперь футбол уже стал на место второй любовницы. А одно время он был у меня на первом месте. В Иркутске музыка была мне абсолютно “по барабану”. Все время занимал футбол.
- Вы играете джаз, но при этом мало исполняете современную музыку. Почему? Вы ее не любите?
- Особого романа с современной музыкой у меня не сложилось. Я - сторонник мелодии. Я глубоко убежден, что публика, которая приходит в зал на концерт, должна уйти, запомнив хотя бы одну мелодию. Романтическую музыку играть сложнее всего. Ее нужно проживать, ее нужно “брать” физически, кровью, пока ты молод. А что касается современной музыки... В плане игры она доступна каждому, ее можно играть в любом возрасте. Я играю концерт Щедрина, например, это один из моих любимых концертов. Я его записал с гениальным маэстро Марисом Янсонсом и оркестром Баварского радио. Сейчас учу новый концерт Кшиштофа Пендерецкого.
- Вот это сюрприз!
- Знаете, что удивительно? Пендерецкий вернулся к мелодии. Именно поэтому я начинаю работать над его концертом. Замечательная музыка, пронизанная тонкой романтикой.
- Но комфортней всего вы себя чувствуете в музыке композиторов-романтиков XIX века?
- Композиторов-романтиков, но не только XIX века. Рахманинова и Прокофьева я тоже называю романтиками.
- Известно, что многие талантливые инструменталисты переходят к дирижированию. У вас не было такого желания?
- Во-первых, я еще не наигрался, еще много чего не сыграл. Во-вторых, я считаю, что все наши беды от того, что мы лезем не в свое дело. Я пока не хочу повторить неудачные примеры переходов в эту профессию знаменитых инструменталистов. Я не могу сказать, когда начну этим “грешить”...
- ...и начнете ли вообще...
- Понимаете, в чем дело. Папа меня приучил с детства читать симфонические партитуры. Я этим искусством владею с десяти лет и иногда понимаю, что мне одного рояля маловато. Я понимаю, почему все стремятся взять в руки дирижерскую палочку. Но к этому нужно быть хорошо подготовленным. Нельзя вдруг резко бросить играть на виолончели и заиграть на флейте. Дирижирование – это абсолютно другая профессия, нежели игра на рояле, и совмещать это сложно, а, может быть, даже невозможно. Поэтому я пока к этому отношусь осторожно.
- Ну и хорошо, будем слушать вас как пианиста.
- Пока, по крайней мере, я буду играть на рояле.
- Денис, вас часто можно увидеть на светских мероприятиях, на светских “тусовках”, как сейчас говорят. Вам неудобно отказаться, или вы нормально относитесь к подобным мероприятиям?
- Нет, я не могу сказать, что я такой уж “тусовщик”, не могу сказать, что получаю от этого большое удовольствие. Если это касается компании близких друзей, безусловно, я люблю весело провести время. Я – абсолютно живой, нормальный, открытый человек. Правда, в последнее время стал сильно уставать и поэтому немного сокращать свои появления на светских мероприятиях.
- Вы же еще руководите двумя фестивалями!
- Да, для меня дело чести – руководить двумя фестивалями. Один из них проходит в Иркутске и называется “Звезды на Байкале”. На нем выступали все наши мэтры: Темирканов, Спиваков, Башмет... Второй фестиваль называется “Крещендо”. Это – фестиваль молодого поколения, каждый год он проходит в разных городах России. В прошлом году мы посвятили фестиваль столетию Дягилевских сезонов и дали в Париже пять больших концертов с Темиркановым. Такие концерты требуют огромных затрат. Светские мероприятия становятся способом привлечь спонсоров и пропагандировать фестивали. Я хочу показать всем, что у нас есть достойная смена, что в России есть молодые талантливые музыканты, что русская музыкальная школа не умерла. Она существует! Я счастлив проводить эти фестивали и думаю, что у меня получается.
- Такое впечатление, что у вас не двадцать четыре часа в сутки, а гораздо больше. Как вы находите на все время?
- Стараюсь. Есть еще порох в пороховницах.
- Вы сказали, что у вас сто пятьдесят концертов в год. То есть вы выступаете практически через день?
- Я с трудом могу сказать слово “нет”. Не люблю отказывать людям. Вот и сейчас, через десять минут начинается репетиция, а я с вами еще разговариваю. (Смеется.)
- Все, не смею вас больше задерживать. Спасибо большое за интереснейшее интервью. Успехов вам на концертах!
28 июня 2008 года
16 июн. 2008 г.
Московские гастроли: впечатления очевидцев
О выступлении театра “Атриум” на фестивале памяти Булата Окуджавы
9 мая 1994 года в московском театре “Школа современной пьесы” было многолюдно. В этот день в театре праздновали семидесятилетний юбилей Булата Шалвовича Окуджавы. По иронии судьбы, поэт-фронтовик, написавший о войне так обезоруживающе просто и при этом настолько лирично, родился именно в день Победы. Днем на Трубной площади собрались друзья поэта, многочисленные почитатели его таланта. Импровизированный концерт начался на театральном балконе: барды пели песни, поэты читали стихи. Вечером чествование продолжилось в театре... С тех пор ежегодно 9 мая на площади перед театром стали проходить концерты в честь именинника. Художественный руководитель театра Иосиф Райхельгауз предложил приурочить к этому дню фестиваль авторской песни и назвать его строчкой из песни Окуджавы “И друзей созову...” Идея быстро завоевала популярность, и фестиваль получил постоянную прописку в “Школе современной пьесы”. До 1997 года во время фестиваля отмечали День рождения Булата Шалвовича, с 1998 года вечера в театре стали называться фестивалем памяти поэта.
С 11 по 29 мая 2008 года в театре состоялся десятый фестиваль. В этом году на афише фестиваля впервые появилось слово “международный”. Этот статус фестивалю придало участие в нем чикагского русского репертуарного театра “Атриум”.
Москвичи увидели новую версию спектакля “Посвящается Вам”. Впервые в истории культурных связей России и Америки русский репертуарный театр из США побывал на гастролях в России. Музыкально-поэтический спектакль на темы песен Булата Окуджавы “Посвящается Вам” задуман, написан, оформлен и поставлен творческим коллективом театра. Назову поименно (в алфавитном порядке) всех участников московских гастролей: Елена Берман, Геннадий Болдецкий, Борис Борушек, Гарик Данилевский, Михаил Зарецкий, Вячеслав Каганович, Константин Каганович, Михаил Клейнерман, Евгений Колкевич, Мишель Колкевич, Олег Осташев, Ирина Ратнер, Александр Фрейман, Зоя Фрейман, Галина Шнейдерман, Владимир Шнейдерман, Глеб Явлинский.
Отдельных слов благодарности заслуживают Георгий Васильев, предоставивший в распоряжение “Атриума” звуковую аппаратуру, Игорь Артемов, который очень помог с рекламной кампанией в Москве, и, конечно, Иосиф Райхельгауз и его театр “Школа современной пьесы”.
В прошлом выпуске нашей газеты было опубликовано интервью с руководителями театра “Атриум” Вячеславом Кагановичем и Евгением Колкевичем, в котором они рассказали о своих московских впечатлениях. Продолжая начатую тему, мы предоставляем слово очевидцам московских гастролей. Среди них были представители авторской песни и театральные критики, режиссеры и драматурги, друзья театра и простые москвичи, пришедшие посмотреть чикагский спектакль о московском поэте. Вот что говорит вдова Булата Шалвовича Ольга Владимировна Окуджава: “Я десять лет стараюсь держать имя Окуджавы на высоком уровне, стараюсь не опуститься до пошлятины, до угождения ложным идеалам сегодняшних дней. Поэтому я бесконечно преклоняюсь перед любым человеком, который помнит и любит Булата Шалвовича и популяризирует его творчество. Театр “Атриум” делает это с большой любовью, и я вам очень за это признательна. Я думаю, что вы служите питательной средой для людей, у которых есть потребность в духовной пище... Не все было равноценно. Это все-таки не спектакль, а, скорее, концерт в театрализованном виде. Но в целом театр “Атриум” стал для меня открытием. Некоторые отрывки – просто маленькие шедевры! Например, “Солнышко сияет...”... У Булата Шалвовича есть одно стихотворение. Он встречается с Лермонтовым, и поэт говорит ему: “Мой дорогой, пока с тобой мы живы, Все будет хорошо у нас с тобой”. Мы с “Атриумом” уже в одной лодке. В каком восторге был зал, сколько было цветов и друзей! Я желаю театру успеха. Храни Вас Господь!”
В отличие от Ольги Окуджавы, театровед Наталья Давидовна Старосельская считает, что “Посвящается Вам” – “не концерт, а спектакль. Он посвящается тому куску жизни, которого уже нет”. Она говорит: “Я недавно прочитала в одной замечательной книжке про одну старушку, живущую в доме престарелых. Когда ее спросили: “А чем же вы целыми днями занимаетесь?”, она сказала: “Я вспоминаю то, что когда-то было моей жизнью”. И вот мы все – и на сцене, и в зале – собрались для того, чтобы вспомнить то, что когда-то составляло смысл нашей жизни, боль нашей жизни. Спектакль пробуждает эти чувства и эти мысли. И это самое главное. Я увидела людей, живущих русской культурой. В них нет слащавого жалкого эмигрантства, а есть высокое достоинство студийности. Это очень важно”.
Наталья Давидовна Старосельская является координатором проектов Центра поддержки русского театра за рубежом при Союзе театральных деятелей России. Она пригласила “Атриум” принять участие в ежегодном Международном театральном фестивале “Соотечественники” в Саранске. При этом Старосельская подчеркнула, что все расходы по пребыванию “Атриума” в России берет на себя приглашающая сторона. Театру нужно оплатить только билеты до Москвы и обратно. Я понимаю, что новую поездку в Россию очень сложно осуществить, но само по себе такое приглашение дорогого стоит. Как сказал актерам Валерий Белякович: “Если вас признала Старосельская, значит, вы победили Москву”.
Мнение профессора Щепкинского училища, драматурга и режиссера Валентина Афонина было без всякого преувеличения восторженным. За кулисами, обращаясь к актерам, он воскликнул: “Чистое золото высочайшей пробы! Чистый порыв души объединился на сцене! Вы когда-то, каждый по своим обстоятельствам, уехали из России, но оставили Россию в сердце. У меня много раз подступал комок к горлу от восторга, настолько все было сделано чисто. Я не могу сейчас критиковать этот спектакль – восторг застилает глаза. Все здесь для меня открытие: мюзикл на темы Окуджавы, прекрасные аранжировки, высокой культуры звук, хорошая композиционная основа, безупречная актерская игра... Все очень оправданно, все очень органично. Вы - островок России в Америке”.
О спектакле писала московская пресса. Статью “Об Окуджаве с любовью” автор “Вечерней Москвы” Наталья Пенькова закончила такими словами: “Как известно, традиция музыкальных спектаклей уже ушла, но этот был близок к идеалу. Со вкусом, на тонкой грани между “чересчур наивно” и “по-настоящему искренно”. После просмотра осталось горькое чувство потери и светлая грусть – нет поэта, есть стихи и песни... Пусть даже их поют чаще в Америке, чем в Москве”. Театральный обозреватель “Московского комсомольца” Лиза Заречная отметила: “Герой спектакля - это сам Поэт, личность которого представляет весь актерский ансамбль. Актеры повествуют о событиях в жизни Окуджавы - смешных, трогательных, драматических. В основе текста - фрагменты его воспоминаний, книг, стихов. И, конечно же, песни, исполненные, кстати говоря, весьма разнообразно и изобретательно: от привычного бардовского пения под гитару до эффектных многоголосных аранжировок в стиле знаменитого джазового квартета “Манхэттен Трансфер”. И губы зрителей шевелятся, повторяя с детства знакомые и любимые слова поэта: “Капли датского короля пейте, кавалеры...””.
На спектакле “Посвящается Вам” побывал замечательный кинорежиссер, многолетний и очень близкий друг Окуджавы Владимир Яковлевич Мотыль. В 1967 году по сценарию Окуджавы он поставил прекрасную картину “Женя, Женечка и “катюша””. А еще Мотыль - автор любимых всеми культовых фильмов семидесятых “Звезда пленительного счастья” и “Белое солнце пустыни”. Живой классик российского кино оказался благодарным зрителем. Ему очень понравился спектакль, он зашел за кулисы и долго обсуждал с коллективом постановку. Вот лишь некоторые отрывки из его комментариев: “У меня субъективное отношение к этому спектаклю. Наше знакомство с Окуджавой длилось десятилетия. Он - соавтор одного из сценариев, автор песен к моим фильмам. Поэтому я воспринимал спектакль, может быть, не так, как другие. “Посвящается Вам” – рассказ в пении о душе моего ушедшего друга. И вот эта духовность в отношении к его поэзии передавалась и заражала зрителей. Успех несомненный. Я попал под обаяние спектакля и испытывал большое наслаждение.
Меня совершенно поразила девочка, которая внесла неожиданную, обаятельнейшую краску в спектакль: юное, необычайно одаренное существо. Если бы у меня был приз, я преподнес бы его ей”. С этими словами Владимир Яковлевич обнял юную Мишель Колкевич и пожелал ей не терять непосредственности и искренности: “Чем дольше ты будешь оставаться такой чистой, такой наивной, тем будет лучше для тебя и для зрителя. Спасибо тебе и спасибо всем создателям спектакля”.
На спектакле присутствовали как представители театрального цеха, которым все происходящее на сцене могло показаться слишком “бардовским”, так и барды, для которых, возможно, все было слишком театрально. В этой связи интересной была реакция на спектакль Юлия Кима и Вадима Егорова. После первого спектакля Юлий Черсанович сказал: “Я очень рад, что спектакль достиг Москвы. Первый блин оказался не комом, а полноценным масленичным блином. Москва приняла спектакль с восторгом. Привезти арбатского певца в Москву – это серьезное испытание. Москва – капризное существо, и не все привозное ее устраивает. Но тут со второй песни пошли аплодисменты, а это значит, что попали в “десятку”, с чем я и поздравляю. Москва – очень театральный город, но спектаклей такого жанра я в Москве не знаю. Я имею в виду театр песни. Этот жанр нуждается в своем развитии, и мы как раз увидели один из вариантов этого развития. Может быть, мне недоставало какого-то особого, американского акцента. Когда в песне “Ах, Арбат, мой Арбат...” пошел джазовый ритм, эта неожиданная краска мне очень понравилась. Посмелее можно обходиться с музыкой Булата и интерпретировать ее в том числе в джазовом ключе”. Неожиданное высказывание, правда?.. Свой комментарий Ким закончил пожеланием: “Счастливо расцветать ТЕ“АТРиуму”!“ Вадим Егоров, по его словам, с недоверием пришел на спектакль, но происходящее на сцене “зацепило” и его.
Группу поддержки театра “Атриум” составляло славное трио режиссеров (Андрей Тупиков, Валерий Белякович, Артур Офенгейм), работавших с коллективом, а потому знающих его изнутри. Для Андрея Тупикова “самое дорогое в этом спектакле – внутренняя наполненность, энергетика, необходимость донести до нас то, что созрело внутри, то, что актеры НЕ могут не сказать. Именно это заражает, передается публике, и от этого получается некое единение зала и сцены. Возникает момент личностного восприятия и ассоциаций каждого человека. Как только актеры позволят себе первый раз выйти с “пустотой”, спектакль умрет. Главное, чтобы чувства были живые. В “Атриуме” они живые”. Тупикову вторит Валерий Белякович: “Меня уже трудно чем-нибудь удивить. Разве что душой, непосредственностью и той первичностью восприятия, которая так редка в театре. И вот она здесь сегодня случилась. Сегодня была редкая встреча с прекрасным. Уже ТАК никто не играет, ТАК никто не поет! Живое, непосредственное, человеческое, руками сделанное искусство – о нем уже сегодня немного подзабыли. Духовность в высоком смысле давно исчезла с московских подмосток. К нам привезли НАШУ духовность из-за океана. Это так удивительно, так трогательно! На спектакле была почти вся труппа Юго-Запада (Валерий Белякович – главный режиссер театра “На Юго-Западе”. Прим. автора). Актеры были просто потрясены. Кажется, что так не бывает. Ребята, что ж вы так раскрываетесь? Мои актеры этого никак не ожидали... Сегодня в зал лилась душа. Я никак не могу разобрать, в чем сила и обаяние этого спектакля. Это происходит на генном уровне. Я говорил себе: “Успокойся, не волнуйся”. Когда зазвучала песня со скрипкой, сказал: “Не вздумай, чтобы потекла слеза. Не вздумай!” И все-таки на молитве к Богу не удержался. Мне оценивать сложно, поскольку я всех люблю, знаю. Я работал с этим театром, ставил спектакль. Я любовался всеми актерами. Все, все, все на своем месте. Ансамбль – самое дорогое, что может быть. “Атриум” мне душу перевернул. Я безмерно благодарен этому театру за то, что они приехали. Для них это подвиг. Я желаю театру не терять той душевности, которую многие растеряли. Я часто цитирую слова, которые услышал в Чикаго: “театр – это преддверие Бога”. Я всегда знаю, что рядом есть “Атриум”. Это так приятно!” После спектаклей Белякович пригласил всех к себе в театр, привел своих артистов и устроил банкет в честь “Атриума”. Кроме этого, он пригласил всю труппу на спектакли в его театр.
Перед вторым спектаклем “Атриум” в полном составе поехал на Арбат к памятнику Булата Окуджавы. Актеры положили цветы, а потом устроили импровизированный концерт. Кстати, именно в этот день в Москве проходил финал Кубка европейских чемпионов по футболу. Играли “Манчестер Юнайтед” и “Челси”. Была жуткая погода, холод, дождь, Арбат был полон английскими фанатами, и тем не менее послушать песни Окуджавы собралось много людей. И вечером в театре был полный зал. Так что напрасно актеры боялись, что футбол помешает спектаклю. Конкуренцию с футболом “Атриум” выдержал!..
С особым настроением смотрел “Посвящается Вам” композитор Александр Журбин. В девяностые годы в Нью-Йорке он вместе с Еленой Соловей создал русский театр “Блуждающие звезды”. Тоже был успех, гастроли, хорошая пресса, но все это продлилось недолго. Театр закрылся, а Журбин вернулся в родной город. После спектакля композитор сказал: “Для меня это – победа того дела, которым я занимался и которое, к сожалению, мне пришлось бросить. Мы все-таки не доехали до Москвы. Были только в Калифорнии и Канаде, но никогда не ездили дальше американского континента. А “Атриум” приехал в Москву и явно имел здесь успех”. Обращаясь к коллективу, Журбин добавил: “У вас очень хорошая, музыкальная, пластичная, артистичная труппа. Я от всей души желаю, чтобы вы делали новые спектакли и радовали не только американцев, но и тех, кто живет в России. Я буду счастлив с вами сотрудничать”.
Но, может быть, самой дорогой была реакция на спектакль простых московских зрителей. Вот что пишет Ян Готлиб: “Общее впечатление – ВЕЛИКОЛЕПНО во всех компонентах: и сценарий, и режиссура, и актеры! Театр “вошел” в Окуджаву, в его философию, мировосприятие, его поэтику, музыку, сумел подчеркнуть СОБСТВЕННУЮ картину его феномена, добавить какое-то новое поэтическое и, особенно, музыкальное видение. Я испытал богатейшую гамму самых разных чувств – светлых и печальных, был тронут до слез! При этом всегда всплывало одно общее чувство – спасибо театру, что он может ЭТО сделать!.. Очень эффектно (начиная от внешности и заканчивая манерой исполнения) выглядела “женская группа”. Нельзя не отметить песни “Ворон” в исполнении Зои Фрейман. Очень органично включена в спектакль Мишель Колкевич. Очень фактурен Гарик Данилевский. Его внешность и манеру можно эксплуатировать больше... Я очень люблю и ценю АВТОРСКОЕ исполнение стихов и песен. И, конечно, сам Окуджава - это вершина исполнения его песен при том, что и вокала у него нет, и аккомпанемент весьма непритязателен. Театр “Атриум”, сохраняя его “невокальный и неоркестровый” прием подачи поэтического материала, создал свою собственную вершину. Еще одно достоинство спектакля лично для меня состояло в том, что в нем звучала ПОЭЗИЯ (а не только песни) Окуджавы, которую я очень и очень ценю. Большое, нет – огромное спасибо театру “АТРИУМ” за доставленное ВЕЛИКОЕ переживание!”
Как видите, уважаемые читатели, мнения о спектакле театра “Атриум” иногда расходятся в частностях, но в одном едины, пожалуй, все. Замечателен эмоциональный заряд спектакля, непосредственность, искренность и та положительная энергетика, которая передается в зрительный зал. Спектакль задевает за живое. Спектакль обжигает душу.
А душа, уж это точно, ежели обожжена,Справедливей, милосерднее и праведней она.
PS.
Выражаю благодарность руководителям театра “Атриум” Вячеславу Кагановичу и Евгению Колкевичу, автору инсценировки Александру Фрейману и театральному критику Михаилу Гуревичу за предоставленные аудио- и видеоматериалы.
Наша справка. Московская версия спектакля “Посвящается Вам” в театре “Атриум” будет показана 21 июня в 7.00 pm на сцене “Northbrook theatre” по адресу: 3323 Walters Ave., Northbrook. Билеты можно зарезервировать по телефону 847-729-6001.
15 июня 2008 года
9 мая 1994 года в московском театре “Школа современной пьесы” было многолюдно. В этот день в театре праздновали семидесятилетний юбилей Булата Шалвовича Окуджавы. По иронии судьбы, поэт-фронтовик, написавший о войне так обезоруживающе просто и при этом настолько лирично, родился именно в день Победы. Днем на Трубной площади собрались друзья поэта, многочисленные почитатели его таланта. Импровизированный концерт начался на театральном балконе: барды пели песни, поэты читали стихи. Вечером чествование продолжилось в театре... С тех пор ежегодно 9 мая на площади перед театром стали проходить концерты в честь именинника. Художественный руководитель театра Иосиф Райхельгауз предложил приурочить к этому дню фестиваль авторской песни и назвать его строчкой из песни Окуджавы “И друзей созову...” Идея быстро завоевала популярность, и фестиваль получил постоянную прописку в “Школе современной пьесы”. До 1997 года во время фестиваля отмечали День рождения Булата Шалвовича, с 1998 года вечера в театре стали называться фестивалем памяти поэта.
С 11 по 29 мая 2008 года в театре состоялся десятый фестиваль. В этом году на афише фестиваля впервые появилось слово “международный”. Этот статус фестивалю придало участие в нем чикагского русского репертуарного театра “Атриум”.
Москвичи увидели новую версию спектакля “Посвящается Вам”. Впервые в истории культурных связей России и Америки русский репертуарный театр из США побывал на гастролях в России. Музыкально-поэтический спектакль на темы песен Булата Окуджавы “Посвящается Вам” задуман, написан, оформлен и поставлен творческим коллективом театра. Назову поименно (в алфавитном порядке) всех участников московских гастролей: Елена Берман, Геннадий Болдецкий, Борис Борушек, Гарик Данилевский, Михаил Зарецкий, Вячеслав Каганович, Константин Каганович, Михаил Клейнерман, Евгений Колкевич, Мишель Колкевич, Олег Осташев, Ирина Ратнер, Александр Фрейман, Зоя Фрейман, Галина Шнейдерман, Владимир Шнейдерман, Глеб Явлинский.
Отдельных слов благодарности заслуживают Георгий Васильев, предоставивший в распоряжение “Атриума” звуковую аппаратуру, Игорь Артемов, который очень помог с рекламной кампанией в Москве, и, конечно, Иосиф Райхельгауз и его театр “Школа современной пьесы”.
В прошлом выпуске нашей газеты было опубликовано интервью с руководителями театра “Атриум” Вячеславом Кагановичем и Евгением Колкевичем, в котором они рассказали о своих московских впечатлениях. Продолжая начатую тему, мы предоставляем слово очевидцам московских гастролей. Среди них были представители авторской песни и театральные критики, режиссеры и драматурги, друзья театра и простые москвичи, пришедшие посмотреть чикагский спектакль о московском поэте. Вот что говорит вдова Булата Шалвовича Ольга Владимировна Окуджава: “Я десять лет стараюсь держать имя Окуджавы на высоком уровне, стараюсь не опуститься до пошлятины, до угождения ложным идеалам сегодняшних дней. Поэтому я бесконечно преклоняюсь перед любым человеком, который помнит и любит Булата Шалвовича и популяризирует его творчество. Театр “Атриум” делает это с большой любовью, и я вам очень за это признательна. Я думаю, что вы служите питательной средой для людей, у которых есть потребность в духовной пище... Не все было равноценно. Это все-таки не спектакль, а, скорее, концерт в театрализованном виде. Но в целом театр “Атриум” стал для меня открытием. Некоторые отрывки – просто маленькие шедевры! Например, “Солнышко сияет...”... У Булата Шалвовича есть одно стихотворение. Он встречается с Лермонтовым, и поэт говорит ему: “Мой дорогой, пока с тобой мы живы, Все будет хорошо у нас с тобой”. Мы с “Атриумом” уже в одной лодке. В каком восторге был зал, сколько было цветов и друзей! Я желаю театру успеха. Храни Вас Господь!”
В отличие от Ольги Окуджавы, театровед Наталья Давидовна Старосельская считает, что “Посвящается Вам” – “не концерт, а спектакль. Он посвящается тому куску жизни, которого уже нет”. Она говорит: “Я недавно прочитала в одной замечательной книжке про одну старушку, живущую в доме престарелых. Когда ее спросили: “А чем же вы целыми днями занимаетесь?”, она сказала: “Я вспоминаю то, что когда-то было моей жизнью”. И вот мы все – и на сцене, и в зале – собрались для того, чтобы вспомнить то, что когда-то составляло смысл нашей жизни, боль нашей жизни. Спектакль пробуждает эти чувства и эти мысли. И это самое главное. Я увидела людей, живущих русской культурой. В них нет слащавого жалкого эмигрантства, а есть высокое достоинство студийности. Это очень важно”.
Наталья Давидовна Старосельская является координатором проектов Центра поддержки русского театра за рубежом при Союзе театральных деятелей России. Она пригласила “Атриум” принять участие в ежегодном Международном театральном фестивале “Соотечественники” в Саранске. При этом Старосельская подчеркнула, что все расходы по пребыванию “Атриума” в России берет на себя приглашающая сторона. Театру нужно оплатить только билеты до Москвы и обратно. Я понимаю, что новую поездку в Россию очень сложно осуществить, но само по себе такое приглашение дорогого стоит. Как сказал актерам Валерий Белякович: “Если вас признала Старосельская, значит, вы победили Москву”.
Мнение профессора Щепкинского училища, драматурга и режиссера Валентина Афонина было без всякого преувеличения восторженным. За кулисами, обращаясь к актерам, он воскликнул: “Чистое золото высочайшей пробы! Чистый порыв души объединился на сцене! Вы когда-то, каждый по своим обстоятельствам, уехали из России, но оставили Россию в сердце. У меня много раз подступал комок к горлу от восторга, настолько все было сделано чисто. Я не могу сейчас критиковать этот спектакль – восторг застилает глаза. Все здесь для меня открытие: мюзикл на темы Окуджавы, прекрасные аранжировки, высокой культуры звук, хорошая композиционная основа, безупречная актерская игра... Все очень оправданно, все очень органично. Вы - островок России в Америке”.
О спектакле писала московская пресса. Статью “Об Окуджаве с любовью” автор “Вечерней Москвы” Наталья Пенькова закончила такими словами: “Как известно, традиция музыкальных спектаклей уже ушла, но этот был близок к идеалу. Со вкусом, на тонкой грани между “чересчур наивно” и “по-настоящему искренно”. После просмотра осталось горькое чувство потери и светлая грусть – нет поэта, есть стихи и песни... Пусть даже их поют чаще в Америке, чем в Москве”. Театральный обозреватель “Московского комсомольца” Лиза Заречная отметила: “Герой спектакля - это сам Поэт, личность которого представляет весь актерский ансамбль. Актеры повествуют о событиях в жизни Окуджавы - смешных, трогательных, драматических. В основе текста - фрагменты его воспоминаний, книг, стихов. И, конечно же, песни, исполненные, кстати говоря, весьма разнообразно и изобретательно: от привычного бардовского пения под гитару до эффектных многоголосных аранжировок в стиле знаменитого джазового квартета “Манхэттен Трансфер”. И губы зрителей шевелятся, повторяя с детства знакомые и любимые слова поэта: “Капли датского короля пейте, кавалеры...””.
На спектакле “Посвящается Вам” побывал замечательный кинорежиссер, многолетний и очень близкий друг Окуджавы Владимир Яковлевич Мотыль. В 1967 году по сценарию Окуджавы он поставил прекрасную картину “Женя, Женечка и “катюша””. А еще Мотыль - автор любимых всеми культовых фильмов семидесятых “Звезда пленительного счастья” и “Белое солнце пустыни”. Живой классик российского кино оказался благодарным зрителем. Ему очень понравился спектакль, он зашел за кулисы и долго обсуждал с коллективом постановку. Вот лишь некоторые отрывки из его комментариев: “У меня субъективное отношение к этому спектаклю. Наше знакомство с Окуджавой длилось десятилетия. Он - соавтор одного из сценариев, автор песен к моим фильмам. Поэтому я воспринимал спектакль, может быть, не так, как другие. “Посвящается Вам” – рассказ в пении о душе моего ушедшего друга. И вот эта духовность в отношении к его поэзии передавалась и заражала зрителей. Успех несомненный. Я попал под обаяние спектакля и испытывал большое наслаждение.
Меня совершенно поразила девочка, которая внесла неожиданную, обаятельнейшую краску в спектакль: юное, необычайно одаренное существо. Если бы у меня был приз, я преподнес бы его ей”. С этими словами Владимир Яковлевич обнял юную Мишель Колкевич и пожелал ей не терять непосредственности и искренности: “Чем дольше ты будешь оставаться такой чистой, такой наивной, тем будет лучше для тебя и для зрителя. Спасибо тебе и спасибо всем создателям спектакля”.
На спектакле присутствовали как представители театрального цеха, которым все происходящее на сцене могло показаться слишком “бардовским”, так и барды, для которых, возможно, все было слишком театрально. В этой связи интересной была реакция на спектакль Юлия Кима и Вадима Егорова. После первого спектакля Юлий Черсанович сказал: “Я очень рад, что спектакль достиг Москвы. Первый блин оказался не комом, а полноценным масленичным блином. Москва приняла спектакль с восторгом. Привезти арбатского певца в Москву – это серьезное испытание. Москва – капризное существо, и не все привозное ее устраивает. Но тут со второй песни пошли аплодисменты, а это значит, что попали в “десятку”, с чем я и поздравляю. Москва – очень театральный город, но спектаклей такого жанра я в Москве не знаю. Я имею в виду театр песни. Этот жанр нуждается в своем развитии, и мы как раз увидели один из вариантов этого развития. Может быть, мне недоставало какого-то особого, американского акцента. Когда в песне “Ах, Арбат, мой Арбат...” пошел джазовый ритм, эта неожиданная краска мне очень понравилась. Посмелее можно обходиться с музыкой Булата и интерпретировать ее в том числе в джазовом ключе”. Неожиданное высказывание, правда?.. Свой комментарий Ким закончил пожеланием: “Счастливо расцветать ТЕ“АТРиуму”!“ Вадим Егоров, по его словам, с недоверием пришел на спектакль, но происходящее на сцене “зацепило” и его.
Группу поддержки театра “Атриум” составляло славное трио режиссеров (Андрей Тупиков, Валерий Белякович, Артур Офенгейм), работавших с коллективом, а потому знающих его изнутри. Для Андрея Тупикова “самое дорогое в этом спектакле – внутренняя наполненность, энергетика, необходимость донести до нас то, что созрело внутри, то, что актеры НЕ могут не сказать. Именно это заражает, передается публике, и от этого получается некое единение зала и сцены. Возникает момент личностного восприятия и ассоциаций каждого человека. Как только актеры позволят себе первый раз выйти с “пустотой”, спектакль умрет. Главное, чтобы чувства были живые. В “Атриуме” они живые”. Тупикову вторит Валерий Белякович: “Меня уже трудно чем-нибудь удивить. Разве что душой, непосредственностью и той первичностью восприятия, которая так редка в театре. И вот она здесь сегодня случилась. Сегодня была редкая встреча с прекрасным. Уже ТАК никто не играет, ТАК никто не поет! Живое, непосредственное, человеческое, руками сделанное искусство – о нем уже сегодня немного подзабыли. Духовность в высоком смысле давно исчезла с московских подмосток. К нам привезли НАШУ духовность из-за океана. Это так удивительно, так трогательно! На спектакле была почти вся труппа Юго-Запада (Валерий Белякович – главный режиссер театра “На Юго-Западе”. Прим. автора). Актеры были просто потрясены. Кажется, что так не бывает. Ребята, что ж вы так раскрываетесь? Мои актеры этого никак не ожидали... Сегодня в зал лилась душа. Я никак не могу разобрать, в чем сила и обаяние этого спектакля. Это происходит на генном уровне. Я говорил себе: “Успокойся, не волнуйся”. Когда зазвучала песня со скрипкой, сказал: “Не вздумай, чтобы потекла слеза. Не вздумай!” И все-таки на молитве к Богу не удержался. Мне оценивать сложно, поскольку я всех люблю, знаю. Я работал с этим театром, ставил спектакль. Я любовался всеми актерами. Все, все, все на своем месте. Ансамбль – самое дорогое, что может быть. “Атриум” мне душу перевернул. Я безмерно благодарен этому театру за то, что они приехали. Для них это подвиг. Я желаю театру не терять той душевности, которую многие растеряли. Я часто цитирую слова, которые услышал в Чикаго: “театр – это преддверие Бога”. Я всегда знаю, что рядом есть “Атриум”. Это так приятно!” После спектаклей Белякович пригласил всех к себе в театр, привел своих артистов и устроил банкет в честь “Атриума”. Кроме этого, он пригласил всю труппу на спектакли в его театр.
Перед вторым спектаклем “Атриум” в полном составе поехал на Арбат к памятнику Булата Окуджавы. Актеры положили цветы, а потом устроили импровизированный концерт. Кстати, именно в этот день в Москве проходил финал Кубка европейских чемпионов по футболу. Играли “Манчестер Юнайтед” и “Челси”. Была жуткая погода, холод, дождь, Арбат был полон английскими фанатами, и тем не менее послушать песни Окуджавы собралось много людей. И вечером в театре был полный зал. Так что напрасно актеры боялись, что футбол помешает спектаклю. Конкуренцию с футболом “Атриум” выдержал!..
С особым настроением смотрел “Посвящается Вам” композитор Александр Журбин. В девяностые годы в Нью-Йорке он вместе с Еленой Соловей создал русский театр “Блуждающие звезды”. Тоже был успех, гастроли, хорошая пресса, но все это продлилось недолго. Театр закрылся, а Журбин вернулся в родной город. После спектакля композитор сказал: “Для меня это – победа того дела, которым я занимался и которое, к сожалению, мне пришлось бросить. Мы все-таки не доехали до Москвы. Были только в Калифорнии и Канаде, но никогда не ездили дальше американского континента. А “Атриум” приехал в Москву и явно имел здесь успех”. Обращаясь к коллективу, Журбин добавил: “У вас очень хорошая, музыкальная, пластичная, артистичная труппа. Я от всей души желаю, чтобы вы делали новые спектакли и радовали не только американцев, но и тех, кто живет в России. Я буду счастлив с вами сотрудничать”.
Но, может быть, самой дорогой была реакция на спектакль простых московских зрителей. Вот что пишет Ян Готлиб: “Общее впечатление – ВЕЛИКОЛЕПНО во всех компонентах: и сценарий, и режиссура, и актеры! Театр “вошел” в Окуджаву, в его философию, мировосприятие, его поэтику, музыку, сумел подчеркнуть СОБСТВЕННУЮ картину его феномена, добавить какое-то новое поэтическое и, особенно, музыкальное видение. Я испытал богатейшую гамму самых разных чувств – светлых и печальных, был тронут до слез! При этом всегда всплывало одно общее чувство – спасибо театру, что он может ЭТО сделать!.. Очень эффектно (начиная от внешности и заканчивая манерой исполнения) выглядела “женская группа”. Нельзя не отметить песни “Ворон” в исполнении Зои Фрейман. Очень органично включена в спектакль Мишель Колкевич. Очень фактурен Гарик Данилевский. Его внешность и манеру можно эксплуатировать больше... Я очень люблю и ценю АВТОРСКОЕ исполнение стихов и песен. И, конечно, сам Окуджава - это вершина исполнения его песен при том, что и вокала у него нет, и аккомпанемент весьма непритязателен. Театр “Атриум”, сохраняя его “невокальный и неоркестровый” прием подачи поэтического материала, создал свою собственную вершину. Еще одно достоинство спектакля лично для меня состояло в том, что в нем звучала ПОЭЗИЯ (а не только песни) Окуджавы, которую я очень и очень ценю. Большое, нет – огромное спасибо театру “АТРИУМ” за доставленное ВЕЛИКОЕ переживание!”
Как видите, уважаемые читатели, мнения о спектакле театра “Атриум” иногда расходятся в частностях, но в одном едины, пожалуй, все. Замечателен эмоциональный заряд спектакля, непосредственность, искренность и та положительная энергетика, которая передается в зрительный зал. Спектакль задевает за живое. Спектакль обжигает душу.
А душа, уж это точно, ежели обожжена,Справедливей, милосерднее и праведней она.
PS.
Выражаю благодарность руководителям театра “Атриум” Вячеславу Кагановичу и Евгению Колкевичу, автору инсценировки Александру Фрейману и театральному критику Михаилу Гуревичу за предоставленные аудио- и видеоматериалы.
Наша справка. Московская версия спектакля “Посвящается Вам” в театре “Атриум” будет показана 21 июня в 7.00 pm на сцене “Northbrook theatre” по адресу: 3323 Walters Ave., Northbrook. Билеты можно зарезервировать по телефону 847-729-6001.
15 июня 2008 года
8 июн. 2008 г.
“Без сохранения культурного наследия..."
Чикаго - один из самых многонациональных городов Америки. Национальные флаги, эмблемы на машинах, гербы родных городов – все это стало обычным явлением, обычным пейзажем города. Никого не удивляет звучащий на улицах, в магазинах, в офисах испанский, русский, румынский, итальянский,... какой угодно язык. Большую роль в жизни города играют выходцы из Восточной Европы. В Чикаго находятся самая большая польская община за пределами Польши, вторая по численности русскоязычная община и самая большая болгарская община за пределами Болгарии. Своеобразным смотром достижений общины стал прошедший в середине мая первый благотворительный концерт болгарской художественной самодеятельности. (Фотоотчет “с места события” можно посмотреть на сайте www.eurochicago.com.) В концерте приняли участие более семидесяти пяти исполнителей разного возраста, включая самых маленьких. Все они живут и работают в Чикаго. Зрители услышали классическую, народную и эстрадную музыку, арии из опер и оперетт, болгарские народные танцы и песни, увидели отрывки из театральных спектаклей. Концерт прошел с огромным успехом. Он стал первым крупным мероприятием, организованным болгарско-американским фондом “Наследие”. После концерта я встретился с учредителем и вице-президентом фонда Петранькой Стаматовой и попросил ее рассказать об этой организации и новых инициативах “Наследия”.
- Болгарско-американский фонд (БАФ) “Наследие” – общественная некоммерческая организация, зарегистрированная в Чикаго в декабре 2007 года. Верховным органом фонда является Собрание. Первое отчетно-выборное собрание состоится в начале следующего года. На нем будет выбран Совет директоров. Целью фонда является сохранение и распространение в Америке болгарского культурного наследия, языка, традиций и обычаев. Наш фонд охватывает все сферы духовной жизни: образование, литературу, искусство. В работе фонда может участвовать каждый. Мы открыты для новых членов, приглашаем инициативных людей, приветствуем новые идеи и предложения. Пользуясь случаем, я хочу пригласить к сотрудничеству адвокатов, знающих законы об общественных некоммерческих организациях. Эта деятельность не очень распространена в Америке. Так что если в русской общине найдутся люди, занимающиеся этими вопросами и знающие эти проблемы, пожалуйста, придите и помогите нам!
- Получается, что вы выступаете в некотором роде в роли первопроходца. До вас ничего подобного не было?
- В Чикаго есть две церкви, в городе работает болгарский музей с интересной коллекцией народных костюмов и экспонатов болгарского фольклора. У нас есть болгарские рестораны, магазины, офисы. В Чикаго давно существует танцевальный ансамбль “Хоро”, в репертуаре которого – болгарские народные танцы. Руководители ансамбля – профессиональные танцоры, а в составе ансамбля выступают любители. В будущем “Хоро” станет выступать от имени нашего фонда. В планах фонда – создание специализированных болгарских школ рисования, музыки, вокального и хореографического кружков. Уже создан шахматный клуб, где проходят турниры, в которых принимают участие взрослые и дети. В будущем мы собираемся создать и другие клубы. Но сегодня на первый план выходит проблема сохранения языка. Не зная языка, наши дети не будут знать нашей истории, наших традиций, нашей культуры. У нас нет места, где бы люди собирались вместе, отдыхали, проводили время... Нам хотелось бы создать в Чикаго нечто похожее на Культурный центр Болгарии. За образец можно взять просторный трехэтажный Ирландский культурный центр. На первом этаже там находится зал на шестьсот пятьдесят мест, музей, традиционный ирландский паб, на втором - большая, светлая библиотека, на третьем - репетиционные залы. В такой центр и самому приятно сходить, и детей привести, в таком центре можно встретиться, пообщаться на родном языке, провести любой семейный праздник. Почти все этнические общины в Чикаго имеют свои культурные центры. Такие центры есть у общин Ирландии, Хорватии, Польши, Украины...
- Ваша идея актуальна и для русской общины. Русскоязычные творческие коллективы существуют обособленно, и идея создания объединяющего всех Русского Дома тоже, как говорится, “витает в воздухе”.
- А в Болгарии это еще и традиция. Дело в том, что в Болгарии в каждом, даже самом маленьком поселке или городке, есть культурный центр, называемый по-болгарски “читалище”.
- Похожие на Дома культуры в бывшем Советском Союзе?
- Да. В таких “читалищах” есть библиотека и зал на двести-триста мест, где показывают кинофильмы, устраивают концерты художественной самодеятельности, концерты приезжих артистов, другие культурные мероприятия. Государство дает деньги на поддержку и развитие таких культурных центров, но сами эти центры работают по системе общественной некоммерческой организации. В Болгарии я работала в комитете по культуре при городском совете, и мне хотелось бы сделать нечто подобное в Чикаго. Но, честно говоря, это будет нелегко. На все требуется много денег. Наша идея состоит в том, чтобы найти помещение побольше. Какую-то часть мы могли бы использовать в качестве культурного центра, а все остальное – сдавать под офисы. Арендная плата будет в этом случае намного меньше. С другой стороны – это самый легкий путь спонсорской помощи. Я разговаривала недавно с директором Украинского музея. Они начали свою деятельность много лет назад в полном смысле этого слова в гараже. Кто-то предоставил им гараж. Потихоньку они стали развиваться, а недавно получили грант на полмиллиона долларов от американского государства. Все с чего-то начинали. Вот и нам хотелось бы начать строить свой Дом. Пора подумать о сохранении своего культурного наследия. Без сохранения культурного наследия невозможно сохранить самосознание народа.
- Сколько болгар живут в Чикаго?
- У нас очень большая община. В Чикаго и пригородах живут больше ста двадцати тысяч болгар. Это как один большой город в Болгарии. Численность болгарского населения стала стремительно расти буквально за последние семь-восемь лет. Два года назад вслед за Вашингтоном, где находится посольство Болгарии, Нью-Йорком и Лос-Анджелесом в Чикаго открылся консульский отдел.
- Почему так сложилось, что для компактного проживания болгары выбрали именно Чикаго?
- Чикаго – большой город, здесь больше возможностей найти работу. Еще до Первой мировой войны многие болгары эмигрировали именно в Чикаго. А в последнее время сюда приезжают люди, в основном, с “зеленой картой”. Один кто-то уехал, за ним потянулись другие. Так постепенно болгары стали оседать в Чикаго.
- Какие у вас планы на будущее?
- В июле открывается выставка американского этнографа, музыканта и художника Мартина Конига. Он жил в Болгарии с шестидесятых годов XX века, занимался этномузыкой, танцами и фотографией. Кониг записывал болгарские народные песни. Одна из этих песен в исполнении певицы Вали Балкански даже полетела в космос. Кониг открыл миру эту певицу. В 2005 году в Болгарии с огромным успехом была проведена его персональная фотовыставка. В этом году Чикагский культурный центр согласился провести эту выставку у себя. Центр покрывает все расходы за исключением перевозки экспонатов из Сиэттла, где живет Мартин Кониг, в Чикаго. Инициатива по сбору средств для перевозки выставки в Чикаго принадлежит консульству Болгарии. Фонд “Наследие” присоединился к этой инициативе. Кроме этого, мы ведем переговоры с болгарскими писателями и исполнителями на предмет их выступлений и гастролей в Чикаго. Есть и другие планы, но об этом пока говорить рано.
- Может быть, когда-нибудь мы увидим совместный русско-болгарский концерт?
- Конечно. Мы и сейчас поддерживаем связи с некоторыми авторами и артистами из бывшего Советского Союза. Музыка, танцы, выставки – все это объединяет людей. Тем более, что наши языки так похожи!
- Ну что ж, желаю вам и вашему фонду успехов и процветания.
PS.
Желающие оказать поддержку болгарско-американскому фонду “Наследие” могут обращаться по телефону 847-293-7325.
8 июня 2008 года
- Болгарско-американский фонд (БАФ) “Наследие” – общественная некоммерческая организация, зарегистрированная в Чикаго в декабре 2007 года. Верховным органом фонда является Собрание. Первое отчетно-выборное собрание состоится в начале следующего года. На нем будет выбран Совет директоров. Целью фонда является сохранение и распространение в Америке болгарского культурного наследия, языка, традиций и обычаев. Наш фонд охватывает все сферы духовной жизни: образование, литературу, искусство. В работе фонда может участвовать каждый. Мы открыты для новых членов, приглашаем инициативных людей, приветствуем новые идеи и предложения. Пользуясь случаем, я хочу пригласить к сотрудничеству адвокатов, знающих законы об общественных некоммерческих организациях. Эта деятельность не очень распространена в Америке. Так что если в русской общине найдутся люди, занимающиеся этими вопросами и знающие эти проблемы, пожалуйста, придите и помогите нам!
- Получается, что вы выступаете в некотором роде в роли первопроходца. До вас ничего подобного не было?
- В Чикаго есть две церкви, в городе работает болгарский музей с интересной коллекцией народных костюмов и экспонатов болгарского фольклора. У нас есть болгарские рестораны, магазины, офисы. В Чикаго давно существует танцевальный ансамбль “Хоро”, в репертуаре которого – болгарские народные танцы. Руководители ансамбля – профессиональные танцоры, а в составе ансамбля выступают любители. В будущем “Хоро” станет выступать от имени нашего фонда. В планах фонда – создание специализированных болгарских школ рисования, музыки, вокального и хореографического кружков. Уже создан шахматный клуб, где проходят турниры, в которых принимают участие взрослые и дети. В будущем мы собираемся создать и другие клубы. Но сегодня на первый план выходит проблема сохранения языка. Не зная языка, наши дети не будут знать нашей истории, наших традиций, нашей культуры. У нас нет места, где бы люди собирались вместе, отдыхали, проводили время... Нам хотелось бы создать в Чикаго нечто похожее на Культурный центр Болгарии. За образец можно взять просторный трехэтажный Ирландский культурный центр. На первом этаже там находится зал на шестьсот пятьдесят мест, музей, традиционный ирландский паб, на втором - большая, светлая библиотека, на третьем - репетиционные залы. В такой центр и самому приятно сходить, и детей привести, в таком центре можно встретиться, пообщаться на родном языке, провести любой семейный праздник. Почти все этнические общины в Чикаго имеют свои культурные центры. Такие центры есть у общин Ирландии, Хорватии, Польши, Украины...
- Ваша идея актуальна и для русской общины. Русскоязычные творческие коллективы существуют обособленно, и идея создания объединяющего всех Русского Дома тоже, как говорится, “витает в воздухе”.
- А в Болгарии это еще и традиция. Дело в том, что в Болгарии в каждом, даже самом маленьком поселке или городке, есть культурный центр, называемый по-болгарски “читалище”.
- Похожие на Дома культуры в бывшем Советском Союзе?
- Да. В таких “читалищах” есть библиотека и зал на двести-триста мест, где показывают кинофильмы, устраивают концерты художественной самодеятельности, концерты приезжих артистов, другие культурные мероприятия. Государство дает деньги на поддержку и развитие таких культурных центров, но сами эти центры работают по системе общественной некоммерческой организации. В Болгарии я работала в комитете по культуре при городском совете, и мне хотелось бы сделать нечто подобное в Чикаго. Но, честно говоря, это будет нелегко. На все требуется много денег. Наша идея состоит в том, чтобы найти помещение побольше. Какую-то часть мы могли бы использовать в качестве культурного центра, а все остальное – сдавать под офисы. Арендная плата будет в этом случае намного меньше. С другой стороны – это самый легкий путь спонсорской помощи. Я разговаривала недавно с директором Украинского музея. Они начали свою деятельность много лет назад в полном смысле этого слова в гараже. Кто-то предоставил им гараж. Потихоньку они стали развиваться, а недавно получили грант на полмиллиона долларов от американского государства. Все с чего-то начинали. Вот и нам хотелось бы начать строить свой Дом. Пора подумать о сохранении своего культурного наследия. Без сохранения культурного наследия невозможно сохранить самосознание народа.
- Сколько болгар живут в Чикаго?
- У нас очень большая община. В Чикаго и пригородах живут больше ста двадцати тысяч болгар. Это как один большой город в Болгарии. Численность болгарского населения стала стремительно расти буквально за последние семь-восемь лет. Два года назад вслед за Вашингтоном, где находится посольство Болгарии, Нью-Йорком и Лос-Анджелесом в Чикаго открылся консульский отдел.
- Почему так сложилось, что для компактного проживания болгары выбрали именно Чикаго?
- Чикаго – большой город, здесь больше возможностей найти работу. Еще до Первой мировой войны многие болгары эмигрировали именно в Чикаго. А в последнее время сюда приезжают люди, в основном, с “зеленой картой”. Один кто-то уехал, за ним потянулись другие. Так постепенно болгары стали оседать в Чикаго.
- Какие у вас планы на будущее?
- В июле открывается выставка американского этнографа, музыканта и художника Мартина Конига. Он жил в Болгарии с шестидесятых годов XX века, занимался этномузыкой, танцами и фотографией. Кониг записывал болгарские народные песни. Одна из этих песен в исполнении певицы Вали Балкански даже полетела в космос. Кониг открыл миру эту певицу. В 2005 году в Болгарии с огромным успехом была проведена его персональная фотовыставка. В этом году Чикагский культурный центр согласился провести эту выставку у себя. Центр покрывает все расходы за исключением перевозки экспонатов из Сиэттла, где живет Мартин Кониг, в Чикаго. Инициатива по сбору средств для перевозки выставки в Чикаго принадлежит консульству Болгарии. Фонд “Наследие” присоединился к этой инициативе. Кроме этого, мы ведем переговоры с болгарскими писателями и исполнителями на предмет их выступлений и гастролей в Чикаго. Есть и другие планы, но об этом пока говорить рано.
- Может быть, когда-нибудь мы увидим совместный русско-болгарский концерт?
- Конечно. Мы и сейчас поддерживаем связи с некоторыми авторами и артистами из бывшего Советского Союза. Музыка, танцы, выставки – все это объединяет людей. Тем более, что наши языки так похожи!
- Ну что ж, желаю вам и вашему фонду успехов и процветания.
PS.
Желающие оказать поддержку болгарско-американскому фонду “Наследие” могут обращаться по телефону 847-293-7325.
8 июня 2008 года
1 июн. 2008 г.
Метрополитен-опера оправдывает звание лучшего оперного театра мира
В конце апреля – начале мая довелось мне побывать в Нью-Йорке. “По прихоти своей скитаться здесь и там, Дивясь божественным природы красотам, И пред созданьями искусств и вдохновенья Трепеща радостно в восторгах умиленья...” Так писал (по другому, правда, поводу) Александр Сергеевич Пушкин, и приблизительно так чувствовал я себя в Нью-Йорке, дивясь необъятными размерами, вакханалией рекламы, но в первую очередь - разнообразием культурной жизни города. Мне повезло: в крупнейшем оперном театре мира Метрополитен-опера мне удалось послушать сочинение Гаэтано Доницетти “Дочь полка” (“La Fille du Regiment”). Мировая премьера оперы состоялась в Париже в театре “Опера-комик” 11 февраля 1840 года. Уже спустя два года силами итальянской труппы опера была поставлена в Одессе, в 1846 году состоялась ее премьера в Петербурге. Благодаря зажигательной музыке и увлекательному сюжету “Дочь полка” стала одной из самых популярных комических опер и обошла почти все сцены мира. В зависимости от местного колорита режиссеры переделывали либретто, меняли национальности героев и финал оперы, но, несмотря ни на какие постановочные фокусы и авторские прочтения, “Дочь полка” неизменно вызывала живейший интерес публики. Однако со временем она была благополучно забыта и в последнее время редко ставилась на сцене. Во многом это связано с безумно сложными в техническом отношении партиями героев. Партия Тонио считается самой сложной партией тенорового репертуара. Немыслимые колоратуры, требующие особой постановки голоса, широчайший диапазон, сложнейшие переходы от одного регистра к другому и, как апофеоз, девять верхних “До” в одной арии! Перефразируя слова героя одного популярного фильма, можно сказать, что решиться исполнить эту партию – это не подвиг, но что-то героическое в этом есть! На это отважится далеко не каждый, даже самый выдающийся певец. Одним из последних великих Тонио был Лучано Паваротти. Сорок лет назад специально для него “Дочь полка” была поставлена на сцене лондонского “Ковент-гардена”. После Паваротти место смельчака долгое время оставалось вакантным. И вот несколько лет назад его занял блистательный перуанский тенор Хуан Диего Флорес. В прошлом году он пел Тонио в “Ла Скала”, в этом году он повторил свою коронную партию в МЕТ. Однако, я кажется, забегаю вперед. О солистах – позже, а пока о самой опере.
В ней рассказывается история любимицы французского гренадерского полка сиротки Мари. Она не помнит своих родителей, ее вырастили и воспитали солдаты-гренадеры. Опекуном Мари является сержант Сюльпис, не допускающий и мысли о ее браке со штатским: только “настоящий полковник” сможет сделать Мари счастливой! А Мари, конечно же, по всем законам жанра влюбляется в простого парня по имени Тонио. Молодые влюбленные скрываются от сержанта и гренадеров, мечтая о свадьбе. Положение осложняется появлением маркизы Беркенфилд, которая много лет назад потеряла ребенка и теперь узнает, что это Мари. К огорчению солдат и Тонио, маркиза силой увозит девушку в свой замок, где специально приставленные учителя должны воспитать ее в светском духе и искоренить воспоминания о прошлом. Все попытки превращения Мари в светскую даму кончаются неудачей: солдатское воспитание пробивается наружу. Мари с отвращением относится к навязанному ей жениху-аристократу. Все ее мысли связаны с Тонио и родным полком. И вот как-то под звуки военного марша в дом маркизы врываются друзья Мари, и среди них Тонио, дослужившийся до звания капитана, – чего не сделаешь ради любви! Мари счастлива – она, наконец, вернется к своему образу жизни. Аристократы шокированы, жених убегает, Мари выходит замуж за Тонио, и занавес опускается под гром аплодисментов...
Метрополитен-опера (если точнее, “Дочь полка” - совместное производство лондонского “Ковент-гардена”, Венской оперы и Метрополитен-оперы)
блестяще показала, как нужно ставить комические оперы. Легко, на смехе, озорно... Как смешна походка Мари (Натали Дессе), как по-солдатски четки ее движения! Как карикатурно выглядит старый ворчун, сержант Сюльпис (Алессандро Корбелли), командуя полком и воспитывая девушку! Как стремителен Тонио (Хуан Диего Флорес) в своем желании сделать все возможное для Мари! Как нелепо и смешно выглядят попытки маркизы Беркенфилд (Фелисити Палмер) перевоспитать Мари! Как чудесно подыгрывает солистам гренадерский полк, активно участвуя в действии! (Очередная победа хормейстера Дональда Палумбо. Он работает в МЕТе первый сезон, до этого долгие годы служил хормейстером в Лирик-опере.) “Дочь полка” пестрит виртуозно поставленными мизансценами, в стремительном темпе сменяющими друг друга. Чего стоит только танк, на котором появляется Тонио, чтобы вызволить Мари из аристократической тюрьмы! Оттуда, как Ленин с броневика, Тонио поет свою выходную арию. Все сделано с большим чувством вкуса, остроумно и очень динамично. Не припомню, когда еще на оперном спектакле я столько смеялся, опера полностью оправдывает подзаголовок “комическая”. Браво режиссеру спектакля, французскому мастеру Лорену Пелли! “Дочь полка” - дебют режиссера на сцене МЕТа. Всего в послужном списке Пелли – более пятидесяти оперных постановок за последние двадцать лет. В этом году режиссер стал артистическим директором Национального театра в Тулузе.
Волшебная музыка Доницетти служит полноправным участником насыщенного до предела стремительного действия. “Дочь полка” пленяет неиссякаемым остроумием, мелодической щедростью и виртуозным блеском вокальных партий. Безусловными героями спектакля стали исполнители главных партий Натали Дессе и Хуан Диего Флорес.
Партия Мари как будто создана для Дессе. Одно удовольствие наблюдать, как играючи, с невероятной виртуозностью исполняет певица безумно трудные пассажи, при этом абсолютно перевоплощаясь в свою героиню. Когда она в военных галифе с подтяжками впервые появляется на сцене, ее даже не сразу узнаешь. Она таскает мешки с бельем, гладит мужские рубашки, чистит картошку, развешивает панталоны... В ее угловатых манерах и бесформенной фигуре невозможно распознать красивую, да еще влюбленную девушку. А во втором действии она попадает в замок к маркизе, и та учит ее хорошим (аристократическим) манерам. Зал хохочет, когда бедная Мари-Дессе (в платье, что непривычно для “дочери полка”) мучается, изучая скучнейшую арию, – видимо, одну из тех, которые регулярно исполняют аристократы за завтраком... Можно пересказывать практически каждую сцену с участием певицы, ибо все они тщательно выверены и доведены до совершенства. Никогда прежде в опере мне не приходилось видеть такого идеального сочетания актерской игры и вокальной техники.
Французскую певицу Натали Дессе за ее фантастической красоты голос критики назвали “французским чудом”. Она родилась 19 апреля 1965 года в Лионе. В раннем возрасте с семьей переехала в Бордо. Натали мечтала о балете, но поступила в консерваторию драматических искусство Бордо на отделение актерского мастерства и вокальное отделение. Училась она просто потрясающе: закончила пятилетний курс всего за один год и закончила консерваторию в двадцать лет! После короткого периода работы в хоре театра “Капитолий” в Тулузе в 1989 году и Второй премии на конкурсе вокалистов “Concours des Voix nouvelles” Дессе поступила в школу оперного пения при Парижской опере, после окончания которой получила первые приглашения в качестве солистки. В 1992 году Дессе исполнила партию Олимпии в опере Оффенбаха “Сказки Гофмана” в постановке Романа Полански в Опера де Бастиль. На следующий год Дессе была приглашена в Венскую оперу на партию Блондхен в “Похищении из Сераля” Моцарта, вслед за этим последовали приглашения в крупнейшие оперные театры мира. “Надежда Франции” исполняет одну партию за другой. Ее любимыми являются Царица ночи в “Волшебной флейте” В.А.Моцарта, Эвридика в “Орфее и Эвридике” К.В.Глюка, Амина в “Сомнамбуле” В.Беллини, Цербинетта в “Ариадне на Наксосе” Р.Штрауса. Натали Дессе нарасхват, о французской звезде говорит весь музыкальный мир! В 2001 году она впервые исполняет партию Лючии в опере Доницетти “Лючия де Ламермур”, и тогда же у нее возникают проблемы с голосом. Певица отменяет почти все запланированные заранее спектакли в Венской опере, и в июле 2002 года ей делают операцию на голосовых связках. Голос возвращается, певица снова включается в активную творческую жизнь. Уже в феврале 2003 года она выступила с сольным концертом в Париже, но вскоре опять начались проблемы с голосом. Ей была сделана еще одна операция. Две тяжелейшие операции на связках за два года! Многие думали, что вокальной карьере Натали Дессе придет конец. Многие, но только не она. Преодолев все преграды и научившись заново петь, она вернулась победительницей. С середины 2005 года она вновь активно выступает на оперных сценах мира.
Работать с Дессе нелегко. Она своенравна, заводится с пол-оборота, не терпит халтуры. В работе дотошна до мелочей. Оперный режиссер Роберт Карсен, который работал с ней над образом Царицы ночи, говорит о певице так: “Натали Дессе настолько открыта к любым неожиданностям, что, работая с ней, я не боюсь экспериментировать. С ней возможно все”.
Натали Дессе четыре раза становилась обладателем ежегодной французской премии в области академической музыки “Музыкальные победы”. В 2007 году она получила премию имени Лоуренса Оливье за выдающиеся достижения в оперном искусстве. В 2009 году к своему обширному репертуару Натали Дессе добавит партию Виолетты в “Травиате” Дж.Верди. Она исполнит ее в Сан-Францисской опере. Режиссером спектакля заявлен все тот же Лорен Пелли, а партию Жоржа Жермона исполнит муж певицы, французский баритон Лорен Наури.
Чикагские любители оперы хорошо знают волшебный голос Натали Дессе. Она выступала в Лирик-опере в партиях Моргана в “Альчине” Г.Ф.Генделя, Лючии в “Лючии де Ламермур” Г.Доницетти. Осенью в Чикаго состоится новая встреча с певицей. Она исполнит партию Манон в одноименной опере Жюля Массне в первой постановке нового сезона Лирик-оперы (сентябрь-октябрь 2008 года).
А вот когда к нам снова приедет “перуанское чудо”, пока остается неизвестным. Пока в Лирик-опере Хуан Диего Флорес выступал всего один раз, исполнив партию Дона Рамиро в опере Дж.Россини “Золушка”.
Тенор Хуан Диего Флорес родился 13 января 1973 года в Лиме (Перу). Учился в Национальной консерватории музыки в Лиме и Институте Кертиса в Филадельфии. Профессиональный дебют на оперной сцене состоялся у певца в партии Коррадино в опере Дж.Россини “Матильда Де Шабран” на фестивале музыки Россини в Пезаро в 1996 году. Первый CD Флореса также состоял из оперных арий Россини. Запись получила награду в области классической музыки в Каннах в 2003 году. Такой же награды в 2004 году был удостоен новый альбом Флореса “Una Furtiva Lagrima”. Сам певец называет свой изумительный по красоте тембра и безупречный в техническом отношении голос “меланхолическим голосом Россини и композиторов-романтиков”.
Я помню, в партии Дона Рамиро прекрасный голос певца сочетался с некоторой актерской невыразительностью. Флорес тогда немного выбивался из общего состава спектакля своей неподвижностью. Он пел, обращаясь в зрительный зал, а не к Золушке, показывая нам фантастические возможности голоса. В партии Тонио все было не так. Помимо своего вокального таланта певец раскрылся как замечательный комедийный актер.
В первом акте все, конечно, ждали знаменитой арии Тонио “Ah, mes amis” – той самой, которая сделала звездой Лучано Паваротти. Все ждали повторения Чуда, и Флорес оправдал ожидания. Последние звуки оркестра утонули в море аплодисментов. Стоячая овация зрительного зала не дала возможности продолжить спектакль, и Флорес спел арию на бис. До Нью-Йорка он повторил эту арию в Болонье, Генуе, в Японии и в феврале 2007 года в “Ла Скале”. После пятиминутных оваций дирижер позволил оркестру вновь сыграть арию и певец повторил свою партию. Впервые за почти три четверти века (!) в миланском оперном театре была исполнена ария на бис. Последний раз такая честь была предоставлена в “Ла Скала” великому Федору Шаляпину. В 1933 году он повторил на бис арию Бартоло из “Севильского цирюльника” Дж.Россини. Дело в том, что итальянский дирижер Артуро Тосканини категорически запретил бисирование, так как это нарушает драматургическую последовательность действия. Этот запрет нарушался только дважды, и оба раза исключения были сделаны для хора в операх Дж.Верди “Ломбардцы в первом крестовом походе” в 1984 году и “Набукко” в 1996. Что касается солистов, то запрет соблюдался неукоснительно. Самые великие певцы XX века никогда не пели на бис в “Ла Скала”. Негласный запрет на это действовал и в МЕТе. Однако с приходом в театр нового генерального директора Питера Гелба ситуация стала меняться. И действительно, зрители приходят в театр услышать солистов, и если исполнение нравится публике и они просят солистов повторить арии, почему это нужно запрещать? Тем более, что великие голоса встречаются редко, а потому пение на бис не станет системой, а всегда останется приятным исключением.
До премьеры “Дочери полка” в Нью-Йорке Гелб разговаривал с Флоресом и сказал ему, что если публика попросит и певец захочет, он не будет возражать против повторения арии. Когда на первом исполнении оперы раздалась буря аплодисментов, Гелб был у себя в кабинете. Директор нажал кнопку на своем столе, дирижер спектакля Марко Амилиато получил сигнал, оркестр заиграл вступление, и Флорес повторил арию. Так продолжалось на каждом спектакле, так было и в тот день, когда я слушал оперу.
В “Дочери полка” хороши все: итальянский баритон Алессандро Корбелли в партии сержанта Сюльписа, английское меццо-сопрано Фелисити Палмер в образе маркизы Беркенфилд, баритон Дональд Максвелл в партии дворецкого... В целом “Дочь полка” смело можно назвать одной из самых увлекательных оперных постановок последних лет.
Находясь в зале Метрополитен-оперы и слушая “Дочь полка”, я невольно сравнивал нью-йоркский театр с чикагским. Различий много, начиная от субтитров. Если в Лирик-опере над сценой висит длинный узкий экран, где пишутся английские субтитры, то в МЕТе перед каждым сидением (даже перед стоячими – я проверил!) находится светящееся табло. Говорят, музыкальный руководитель Метрополитен-оперы Джеймс Ливайн сказал, что не хочет принуждать зрителей читать перевод, если они этого не хотят. Поэтому в Нью-Йорке придумали другой вариант: маленькое табло на спинке сидения перед тобой. Его можно включить в процессе представления.
Поразила прекрасная акустика МЕТа. Не секрет, что в Лирик-опере есть зоны, куда лучше не садиться – рискуешь ничего не услышать. В МЕТе такого нет. Отовсюду замечательно видно и слышно. Поразило большое количество молодых лиц в зрительном зале. Я привык, что в оперный театр обычно ходят старики. В МЕТе все не так: много молодежи, публика реагирует на происходящее очень живо. Да и пожилые люди совсем не такие сонные, как в Чикаго. Рядом со мной сидела старушка и бурно выражала свои эмоции, откликаясь на каждую, удачно взятую ноту. А рядом с женой сидел оперный фанат и, как она рассказывала, так волновался перед каждым верхним “До” Флореса, как будто ему самому предстояло его взять. Кроме этого, на спектакле, исполнявшемся на французском языке, смеялись еще до всякого перевода. Казалось, что весь зал, кроме нас, неучей, понимает французский.
Так что не только “Дочь полка”, но и сам оперный театр произвел самое благоприятное впечатление. Впрочем, с недавнего времени лучшие оперные спектакли МЕТа можно смотреть в кинотеатрах Америки и всего мира. Желающие могли увидеть и обозреваемую мною сегодня оперу. 26 апреля 2008 года “Дочь полка” в прямом эфире демонстрировалась в кино.
Да, звучит невероятно, но это так: опера пришла в кино! Невиданный эксперимент вот уже третий год проводит Питер Гелб, третий год лучшие оперные спектакли Метрополитен-оперы можно увидеть в кинотеатрах по всему миру, в том числе в Чикаго и пригородах. За три года инициатива Гелба приобрела огромную популярность. Опера – искусство дорогое, доступное далеко не всем. Что делать тем любителям оперы, которые живут в провинции, вдали от крупных городов и оперных театров, и не имеют возможности послушать оперу в зрительном зале? Подобно телевидению, кинотеатр становится единственным общедоступным местом, где можно услышать и увидеть лучших солистов, звезд современной оперы. К тому же с помощью сотен камер, умело распределенных по всему огромному МЕТу, можно заметить самые мелкие детали, которые в самом зале визуально доступны лишь зрителям первых рядов. Когда смотришь и слушаешь оперу в кинотеатре, возникает абсолютный эффект присутствия в зрительном зале. Более того, камера пробирается даже за кулисы, показывая солистов за минуту до выхода на сцену. Как написала в одном блоге юная любительница оперы: “Круговорот живого электричества в зале между артистами и зрителем сам по себе производит колоссальное впечатление, а в кино-опере это ощущение чудесным образом удваивается: представляешь тысячи тебе подобных зрителей в разных уголках мира, смотрящих то же самое, что ты в данную секунду”.С каждым сезоном количество спектаклей, которые можно увидеть в кинотеатрах, увеличивается. В сезоне 2008-09 годов их будет одиннадцать. Привожу расписание предстоящих показов.
22 сентября 2008 года. 6.30 pm ET. (Трансляция только в Северной Америке.)
Торжественное открытие 125-го сезона Метрополитен-оперы. В программе:
“Травиата” Дж.Верди. Акт II.
“Манон” Ж.Массне. Акт III.
“Каприччио” Р.Штраус. Финальная сцена.
Дирижеры – Джеймс Ливайн и Марко Армилиато.
В главных партиях: Рене Флеминг, Рамон Варгас, Томас Хэмпсон.
11 октября 2008 года. 1.00 pm ET. “Саломея” Р.Штраус.
Дирижер – Микко Франк. Режиссер – Юрген Флимм.
В главных партиях: Карита Маттила, Илдико Комлози, Ким Бегли.
8 ноября 2008 года. 1.00 pm ET. “Доктор Атомик” Дж.Адамс.
Дирижер – Алан Жилберт. Режиссер – Пенни Вулкок.
В главных партиях: Саша Кук, Мередит Орвади, Джеральд Финли.
22 ноября 2008 года. 1.00 pm ET. “Осуждение Фауста” Г.Берлиоз.
Дирижер – Джеймс Ливайн. Режиссер – Роберт Лепаж.
В главных партиях: Сюзан Грэм, Марчелло Джордани, Джон Реллиа.
20 декабря 2008 года. 12.00 pm ET. “Таис” Ж.Массне.
Дирижер – Джезус Лопес-Лобос. Режиссер – Джон Кокс.
В главных партиях: Рене Флеминг, Томас Хэмпсон, Майкл Шаде.
10 января 2009 года. 1.00 pm ET. “Рондина” Дж.Пуччини.
Дирижер – Марко Армилиато. Режиссер – Николас Джоэл.
В главных партиях: Анжела Георгиу, Роберто Аланья, Лизетт Оропеза.
24 января 2009 года. 1.00 pm ET. “Орфей и Эвридика” К.В.Глюк.
Дирижер – Джеймс Ливайн. Режиссер – Марк Моррис.
В главных партиях: Стефани Блит, Даниэлла Де Низе.
7 февраля 2009 года. 1.00 pm ET. “Лючия де Ламермур” Г.Доницетти.
Дирижер – Марко Армилиато. Режиссер – Мэри Зиммерман.
В главных партиях: Анна Нетребко, Роландо Виллазон, Мариуш Квичин, Ильдар Абдразаков.
7 марта 2009 года. 1.00 pm ET. “Мадам Баттерфляй” Дж.Пуччини.
Дирижер – Патрик Саммерс. Режиссер – Энтони Мингелла.
В главных партиях: Кристина Галлардо-Домас, Марчелло Джордани.
21 марта 2009 года. 1.00 pm ET. “Сомнамбула” В.Беллини.
Дирижер – Эвелино Пидо. Режиссер – Мэри Зиммерман.
В главных партиях: Натали Дессе, Хуан Диего Флорес, Мишель Пертузи.
9 мая 2009 года. 12.30 pm ET. “Золушка” Дж.Россини.
Дирижер – Маурицио Бенини. Режиссер – Цезаре Ливи.
В главных партиях: Элина Гаранча, Лоуренс Браунли, Симоне Альберджини.
В Иллинойсе всего шесть кинотеатров, участвующих в акции Метрополитен-оперы, однако в будущем сезоне их количество возрастет. Подробную информацию о предстоящих показах, а также адреса кинотеатров вы найдете на Интернет-сайте http://www.metoperafamily.org/metopera/broadcast/hd_events.aspx.
До встречи на спектаклях Метрополитен-оперы!
1 июня 2008 года
В ней рассказывается история любимицы французского гренадерского полка сиротки Мари. Она не помнит своих родителей, ее вырастили и воспитали солдаты-гренадеры. Опекуном Мари является сержант Сюльпис, не допускающий и мысли о ее браке со штатским: только “настоящий полковник” сможет сделать Мари счастливой! А Мари, конечно же, по всем законам жанра влюбляется в простого парня по имени Тонио. Молодые влюбленные скрываются от сержанта и гренадеров, мечтая о свадьбе. Положение осложняется появлением маркизы Беркенфилд, которая много лет назад потеряла ребенка и теперь узнает, что это Мари. К огорчению солдат и Тонио, маркиза силой увозит девушку в свой замок, где специально приставленные учителя должны воспитать ее в светском духе и искоренить воспоминания о прошлом. Все попытки превращения Мари в светскую даму кончаются неудачей: солдатское воспитание пробивается наружу. Мари с отвращением относится к навязанному ей жениху-аристократу. Все ее мысли связаны с Тонио и родным полком. И вот как-то под звуки военного марша в дом маркизы врываются друзья Мари, и среди них Тонио, дослужившийся до звания капитана, – чего не сделаешь ради любви! Мари счастлива – она, наконец, вернется к своему образу жизни. Аристократы шокированы, жених убегает, Мари выходит замуж за Тонио, и занавес опускается под гром аплодисментов...
Метрополитен-опера (если точнее, “Дочь полка” - совместное производство лондонского “Ковент-гардена”, Венской оперы и Метрополитен-оперы)
блестяще показала, как нужно ставить комические оперы. Легко, на смехе, озорно... Как смешна походка Мари (Натали Дессе), как по-солдатски четки ее движения! Как карикатурно выглядит старый ворчун, сержант Сюльпис (Алессандро Корбелли), командуя полком и воспитывая девушку! Как стремителен Тонио (Хуан Диего Флорес) в своем желании сделать все возможное для Мари! Как нелепо и смешно выглядят попытки маркизы Беркенфилд (Фелисити Палмер) перевоспитать Мари! Как чудесно подыгрывает солистам гренадерский полк, активно участвуя в действии! (Очередная победа хормейстера Дональда Палумбо. Он работает в МЕТе первый сезон, до этого долгие годы служил хормейстером в Лирик-опере.) “Дочь полка” пестрит виртуозно поставленными мизансценами, в стремительном темпе сменяющими друг друга. Чего стоит только танк, на котором появляется Тонио, чтобы вызволить Мари из аристократической тюрьмы! Оттуда, как Ленин с броневика, Тонио поет свою выходную арию. Все сделано с большим чувством вкуса, остроумно и очень динамично. Не припомню, когда еще на оперном спектакле я столько смеялся, опера полностью оправдывает подзаголовок “комическая”. Браво режиссеру спектакля, французскому мастеру Лорену Пелли! “Дочь полка” - дебют режиссера на сцене МЕТа. Всего в послужном списке Пелли – более пятидесяти оперных постановок за последние двадцать лет. В этом году режиссер стал артистическим директором Национального театра в Тулузе.
Волшебная музыка Доницетти служит полноправным участником насыщенного до предела стремительного действия. “Дочь полка” пленяет неиссякаемым остроумием, мелодической щедростью и виртуозным блеском вокальных партий. Безусловными героями спектакля стали исполнители главных партий Натали Дессе и Хуан Диего Флорес.
Партия Мари как будто создана для Дессе. Одно удовольствие наблюдать, как играючи, с невероятной виртуозностью исполняет певица безумно трудные пассажи, при этом абсолютно перевоплощаясь в свою героиню. Когда она в военных галифе с подтяжками впервые появляется на сцене, ее даже не сразу узнаешь. Она таскает мешки с бельем, гладит мужские рубашки, чистит картошку, развешивает панталоны... В ее угловатых манерах и бесформенной фигуре невозможно распознать красивую, да еще влюбленную девушку. А во втором действии она попадает в замок к маркизе, и та учит ее хорошим (аристократическим) манерам. Зал хохочет, когда бедная Мари-Дессе (в платье, что непривычно для “дочери полка”) мучается, изучая скучнейшую арию, – видимо, одну из тех, которые регулярно исполняют аристократы за завтраком... Можно пересказывать практически каждую сцену с участием певицы, ибо все они тщательно выверены и доведены до совершенства. Никогда прежде в опере мне не приходилось видеть такого идеального сочетания актерской игры и вокальной техники.
Французскую певицу Натали Дессе за ее фантастической красоты голос критики назвали “французским чудом”. Она родилась 19 апреля 1965 года в Лионе. В раннем возрасте с семьей переехала в Бордо. Натали мечтала о балете, но поступила в консерваторию драматических искусство Бордо на отделение актерского мастерства и вокальное отделение. Училась она просто потрясающе: закончила пятилетний курс всего за один год и закончила консерваторию в двадцать лет! После короткого периода работы в хоре театра “Капитолий” в Тулузе в 1989 году и Второй премии на конкурсе вокалистов “Concours des Voix nouvelles” Дессе поступила в школу оперного пения при Парижской опере, после окончания которой получила первые приглашения в качестве солистки. В 1992 году Дессе исполнила партию Олимпии в опере Оффенбаха “Сказки Гофмана” в постановке Романа Полански в Опера де Бастиль. На следующий год Дессе была приглашена в Венскую оперу на партию Блондхен в “Похищении из Сераля” Моцарта, вслед за этим последовали приглашения в крупнейшие оперные театры мира. “Надежда Франции” исполняет одну партию за другой. Ее любимыми являются Царица ночи в “Волшебной флейте” В.А.Моцарта, Эвридика в “Орфее и Эвридике” К.В.Глюка, Амина в “Сомнамбуле” В.Беллини, Цербинетта в “Ариадне на Наксосе” Р.Штрауса. Натали Дессе нарасхват, о французской звезде говорит весь музыкальный мир! В 2001 году она впервые исполняет партию Лючии в опере Доницетти “Лючия де Ламермур”, и тогда же у нее возникают проблемы с голосом. Певица отменяет почти все запланированные заранее спектакли в Венской опере, и в июле 2002 года ей делают операцию на голосовых связках. Голос возвращается, певица снова включается в активную творческую жизнь. Уже в феврале 2003 года она выступила с сольным концертом в Париже, но вскоре опять начались проблемы с голосом. Ей была сделана еще одна операция. Две тяжелейшие операции на связках за два года! Многие думали, что вокальной карьере Натали Дессе придет конец. Многие, но только не она. Преодолев все преграды и научившись заново петь, она вернулась победительницей. С середины 2005 года она вновь активно выступает на оперных сценах мира.
Работать с Дессе нелегко. Она своенравна, заводится с пол-оборота, не терпит халтуры. В работе дотошна до мелочей. Оперный режиссер Роберт Карсен, который работал с ней над образом Царицы ночи, говорит о певице так: “Натали Дессе настолько открыта к любым неожиданностям, что, работая с ней, я не боюсь экспериментировать. С ней возможно все”.
Натали Дессе четыре раза становилась обладателем ежегодной французской премии в области академической музыки “Музыкальные победы”. В 2007 году она получила премию имени Лоуренса Оливье за выдающиеся достижения в оперном искусстве. В 2009 году к своему обширному репертуару Натали Дессе добавит партию Виолетты в “Травиате” Дж.Верди. Она исполнит ее в Сан-Францисской опере. Режиссером спектакля заявлен все тот же Лорен Пелли, а партию Жоржа Жермона исполнит муж певицы, французский баритон Лорен Наури.
Чикагские любители оперы хорошо знают волшебный голос Натали Дессе. Она выступала в Лирик-опере в партиях Моргана в “Альчине” Г.Ф.Генделя, Лючии в “Лючии де Ламермур” Г.Доницетти. Осенью в Чикаго состоится новая встреча с певицей. Она исполнит партию Манон в одноименной опере Жюля Массне в первой постановке нового сезона Лирик-оперы (сентябрь-октябрь 2008 года).
А вот когда к нам снова приедет “перуанское чудо”, пока остается неизвестным. Пока в Лирик-опере Хуан Диего Флорес выступал всего один раз, исполнив партию Дона Рамиро в опере Дж.Россини “Золушка”.
Тенор Хуан Диего Флорес родился 13 января 1973 года в Лиме (Перу). Учился в Национальной консерватории музыки в Лиме и Институте Кертиса в Филадельфии. Профессиональный дебют на оперной сцене состоялся у певца в партии Коррадино в опере Дж.Россини “Матильда Де Шабран” на фестивале музыки Россини в Пезаро в 1996 году. Первый CD Флореса также состоял из оперных арий Россини. Запись получила награду в области классической музыки в Каннах в 2003 году. Такой же награды в 2004 году был удостоен новый альбом Флореса “Una Furtiva Lagrima”. Сам певец называет свой изумительный по красоте тембра и безупречный в техническом отношении голос “меланхолическим голосом Россини и композиторов-романтиков”.
Я помню, в партии Дона Рамиро прекрасный голос певца сочетался с некоторой актерской невыразительностью. Флорес тогда немного выбивался из общего состава спектакля своей неподвижностью. Он пел, обращаясь в зрительный зал, а не к Золушке, показывая нам фантастические возможности голоса. В партии Тонио все было не так. Помимо своего вокального таланта певец раскрылся как замечательный комедийный актер.
В первом акте все, конечно, ждали знаменитой арии Тонио “Ah, mes amis” – той самой, которая сделала звездой Лучано Паваротти. Все ждали повторения Чуда, и Флорес оправдал ожидания. Последние звуки оркестра утонули в море аплодисментов. Стоячая овация зрительного зала не дала возможности продолжить спектакль, и Флорес спел арию на бис. До Нью-Йорка он повторил эту арию в Болонье, Генуе, в Японии и в феврале 2007 года в “Ла Скале”. После пятиминутных оваций дирижер позволил оркестру вновь сыграть арию и певец повторил свою партию. Впервые за почти три четверти века (!) в миланском оперном театре была исполнена ария на бис. Последний раз такая честь была предоставлена в “Ла Скала” великому Федору Шаляпину. В 1933 году он повторил на бис арию Бартоло из “Севильского цирюльника” Дж.Россини. Дело в том, что итальянский дирижер Артуро Тосканини категорически запретил бисирование, так как это нарушает драматургическую последовательность действия. Этот запрет нарушался только дважды, и оба раза исключения были сделаны для хора в операх Дж.Верди “Ломбардцы в первом крестовом походе” в 1984 году и “Набукко” в 1996. Что касается солистов, то запрет соблюдался неукоснительно. Самые великие певцы XX века никогда не пели на бис в “Ла Скала”. Негласный запрет на это действовал и в МЕТе. Однако с приходом в театр нового генерального директора Питера Гелба ситуация стала меняться. И действительно, зрители приходят в театр услышать солистов, и если исполнение нравится публике и они просят солистов повторить арии, почему это нужно запрещать? Тем более, что великие голоса встречаются редко, а потому пение на бис не станет системой, а всегда останется приятным исключением.
До премьеры “Дочери полка” в Нью-Йорке Гелб разговаривал с Флоресом и сказал ему, что если публика попросит и певец захочет, он не будет возражать против повторения арии. Когда на первом исполнении оперы раздалась буря аплодисментов, Гелб был у себя в кабинете. Директор нажал кнопку на своем столе, дирижер спектакля Марко Амилиато получил сигнал, оркестр заиграл вступление, и Флорес повторил арию. Так продолжалось на каждом спектакле, так было и в тот день, когда я слушал оперу.
В “Дочери полка” хороши все: итальянский баритон Алессандро Корбелли в партии сержанта Сюльписа, английское меццо-сопрано Фелисити Палмер в образе маркизы Беркенфилд, баритон Дональд Максвелл в партии дворецкого... В целом “Дочь полка” смело можно назвать одной из самых увлекательных оперных постановок последних лет.
Находясь в зале Метрополитен-оперы и слушая “Дочь полка”, я невольно сравнивал нью-йоркский театр с чикагским. Различий много, начиная от субтитров. Если в Лирик-опере над сценой висит длинный узкий экран, где пишутся английские субтитры, то в МЕТе перед каждым сидением (даже перед стоячими – я проверил!) находится светящееся табло. Говорят, музыкальный руководитель Метрополитен-оперы Джеймс Ливайн сказал, что не хочет принуждать зрителей читать перевод, если они этого не хотят. Поэтому в Нью-Йорке придумали другой вариант: маленькое табло на спинке сидения перед тобой. Его можно включить в процессе представления.
Поразила прекрасная акустика МЕТа. Не секрет, что в Лирик-опере есть зоны, куда лучше не садиться – рискуешь ничего не услышать. В МЕТе такого нет. Отовсюду замечательно видно и слышно. Поразило большое количество молодых лиц в зрительном зале. Я привык, что в оперный театр обычно ходят старики. В МЕТе все не так: много молодежи, публика реагирует на происходящее очень живо. Да и пожилые люди совсем не такие сонные, как в Чикаго. Рядом со мной сидела старушка и бурно выражала свои эмоции, откликаясь на каждую, удачно взятую ноту. А рядом с женой сидел оперный фанат и, как она рассказывала, так волновался перед каждым верхним “До” Флореса, как будто ему самому предстояло его взять. Кроме этого, на спектакле, исполнявшемся на французском языке, смеялись еще до всякого перевода. Казалось, что весь зал, кроме нас, неучей, понимает французский.
Так что не только “Дочь полка”, но и сам оперный театр произвел самое благоприятное впечатление. Впрочем, с недавнего времени лучшие оперные спектакли МЕТа можно смотреть в кинотеатрах Америки и всего мира. Желающие могли увидеть и обозреваемую мною сегодня оперу. 26 апреля 2008 года “Дочь полка” в прямом эфире демонстрировалась в кино.
Да, звучит невероятно, но это так: опера пришла в кино! Невиданный эксперимент вот уже третий год проводит Питер Гелб, третий год лучшие оперные спектакли Метрополитен-оперы можно увидеть в кинотеатрах по всему миру, в том числе в Чикаго и пригородах. За три года инициатива Гелба приобрела огромную популярность. Опера – искусство дорогое, доступное далеко не всем. Что делать тем любителям оперы, которые живут в провинции, вдали от крупных городов и оперных театров, и не имеют возможности послушать оперу в зрительном зале? Подобно телевидению, кинотеатр становится единственным общедоступным местом, где можно услышать и увидеть лучших солистов, звезд современной оперы. К тому же с помощью сотен камер, умело распределенных по всему огромному МЕТу, можно заметить самые мелкие детали, которые в самом зале визуально доступны лишь зрителям первых рядов. Когда смотришь и слушаешь оперу в кинотеатре, возникает абсолютный эффект присутствия в зрительном зале. Более того, камера пробирается даже за кулисы, показывая солистов за минуту до выхода на сцену. Как написала в одном блоге юная любительница оперы: “Круговорот живого электричества в зале между артистами и зрителем сам по себе производит колоссальное впечатление, а в кино-опере это ощущение чудесным образом удваивается: представляешь тысячи тебе подобных зрителей в разных уголках мира, смотрящих то же самое, что ты в данную секунду”.С каждым сезоном количество спектаклей, которые можно увидеть в кинотеатрах, увеличивается. В сезоне 2008-09 годов их будет одиннадцать. Привожу расписание предстоящих показов.
22 сентября 2008 года. 6.30 pm ET. (Трансляция только в Северной Америке.)
Торжественное открытие 125-го сезона Метрополитен-оперы. В программе:
“Травиата” Дж.Верди. Акт II.
“Манон” Ж.Массне. Акт III.
“Каприччио” Р.Штраус. Финальная сцена.
Дирижеры – Джеймс Ливайн и Марко Армилиато.
В главных партиях: Рене Флеминг, Рамон Варгас, Томас Хэмпсон.
11 октября 2008 года. 1.00 pm ET. “Саломея” Р.Штраус.
Дирижер – Микко Франк. Режиссер – Юрген Флимм.
В главных партиях: Карита Маттила, Илдико Комлози, Ким Бегли.
8 ноября 2008 года. 1.00 pm ET. “Доктор Атомик” Дж.Адамс.
Дирижер – Алан Жилберт. Режиссер – Пенни Вулкок.
В главных партиях: Саша Кук, Мередит Орвади, Джеральд Финли.
22 ноября 2008 года. 1.00 pm ET. “Осуждение Фауста” Г.Берлиоз.
Дирижер – Джеймс Ливайн. Режиссер – Роберт Лепаж.
В главных партиях: Сюзан Грэм, Марчелло Джордани, Джон Реллиа.
20 декабря 2008 года. 12.00 pm ET. “Таис” Ж.Массне.
Дирижер – Джезус Лопес-Лобос. Режиссер – Джон Кокс.
В главных партиях: Рене Флеминг, Томас Хэмпсон, Майкл Шаде.
10 января 2009 года. 1.00 pm ET. “Рондина” Дж.Пуччини.
Дирижер – Марко Армилиато. Режиссер – Николас Джоэл.
В главных партиях: Анжела Георгиу, Роберто Аланья, Лизетт Оропеза.
24 января 2009 года. 1.00 pm ET. “Орфей и Эвридика” К.В.Глюк.
Дирижер – Джеймс Ливайн. Режиссер – Марк Моррис.
В главных партиях: Стефани Блит, Даниэлла Де Низе.
7 февраля 2009 года. 1.00 pm ET. “Лючия де Ламермур” Г.Доницетти.
Дирижер – Марко Армилиато. Режиссер – Мэри Зиммерман.
В главных партиях: Анна Нетребко, Роландо Виллазон, Мариуш Квичин, Ильдар Абдразаков.
7 марта 2009 года. 1.00 pm ET. “Мадам Баттерфляй” Дж.Пуччини.
Дирижер – Патрик Саммерс. Режиссер – Энтони Мингелла.
В главных партиях: Кристина Галлардо-Домас, Марчелло Джордани.
21 марта 2009 года. 1.00 pm ET. “Сомнамбула” В.Беллини.
Дирижер – Эвелино Пидо. Режиссер – Мэри Зиммерман.
В главных партиях: Натали Дессе, Хуан Диего Флорес, Мишель Пертузи.
9 мая 2009 года. 12.30 pm ET. “Золушка” Дж.Россини.
Дирижер – Маурицио Бенини. Режиссер – Цезаре Ливи.
В главных партиях: Элина Гаранча, Лоуренс Браунли, Симоне Альберджини.
В Иллинойсе всего шесть кинотеатров, участвующих в акции Метрополитен-оперы, однако в будущем сезоне их количество возрастет. Подробную информацию о предстоящих показах, а также адреса кинотеатров вы найдете на Интернет-сайте http://www.metoperafamily.org/metopera/broadcast/hd_events.aspx.
До встречи на спектаклях Метрополитен-оперы!
1 июня 2008 года
Девушка-Дерево-Девушка
...Поговорим о сказке. Поговорим об истории любви, верности и преданности со счастливым началом и счастливым концом. Поговорим о представлении “Цветущее дерево” на сцене Чикагского оперного театра (далее – ЧОТ), ибо новое сочинение американского композитора Джона Адамса менее всего похоже на оперу, хоть и называется таковой. Я бы, скорее, назвал “Цветущее дерево” красивым драматическим спектаклем с пением, танцами и пантомимой.
Действие спектакля начинается еще до того момента, когда гаснет свет. Пока зрители рассаживаются, на сцене уже сидят какие-то люди. В центре – Рассказчик (Сэнфорд Силван). Именно он поведает нам, что случится с прекрасной девушкой по имени Кумада (Наташа Джоул), когда она откроет в себе невероятный дар превращаться в цветущее дерево. Каждую неделю Кумада с сестрой убегала в лес и в тайне от матери совершала свой магический ритуал. Девушка превращалась в цветущее дерево, и цветы падали (хотел написать “к ее ногам”, но не все так просто...) к ногам девушки-дерева. Закончив волшебство, она с помощью сестры возвращалась в исходное (человеческое) состояние. Сестры собирали цветы, шли на базар, продавали их и складывали деньги в потайное место. Они собирали деньги для задыхающейся от непосильного труда матери. Однажды превращение Кумады в дерево увидел Принц (Ноа Стюарт). Как увидел он сие чудо, тотчас полюбил простую девушку и захотел жениться на ней, и попросил девушку превратиться в дерево для него, и пришла Кумада к Принцу во дворец, и стали они Женихом и Невестой, и превратилась Кумада в цветущее дерево, и занялись они любовью под сенью дерева ее...
Конец первого действия. Антракт.
(Диалог в антракте. Мужчина – даме.
- Не могу дождаться, что будет дальше.
- Надеюсь, они не разведутся.
- Как можно развестись с деревом?)
Во втором действии было много страданий. Из-за людского коварства Кумада не смогла вернуться в человеческое обличье, осталась деревом, без ручек и ножек, потеряла Принца, лишилась всего, кроме своего неповторимого голоса. Принц, потеряв любимую, затосковал, сердце его, как поведал нам Рассказчик, превратилось в камень. Ходил он по городам и весям, искал Кумаду, и люди не узнавали его. Так продолжалось минут тридцать сценического времени: они пели грустные песни и искали друг друга. Но – это мы помним еще по “Доброму человеку из Сезуана” - “Плохой конец заранее отброшен, Он должен, должен, должен быть хорошим...”. Принц нашел Кумаду, оковы дерева пали, Кумада превратилась в очаровательную женщину, и они стали жить-поживать и детей наживать. Вот и сказке-опере конец, а кто смотрел-слушал-читал – молодец.
Надо сказать, что, несмотря на мое ироничное отношение к сюжету, а особенно к бесконечным трансформациям девушка-дерево-девушка, опера мне понравилась. Приятная мелодичная музыка, в которой слышатся отзвуки тем Яначека и Сибелиуса, прекрасная сценография, оригинальное световое решение (в спектакле преобладает ярко красный цвет), и, конечно, хорошие голоса солистов... – все это заставляло, не отрываясь, следить за происходящими на сцене событиями. “Цветущее дерево“ особенно выигрывает в сравнении со скучной и тяжеловесной оперой “Доктор Атомик”, поставленной зимой этого года в Лирик-опере.
Поющих актеров в спектакле три: Кумада, Принц и Рассказчик. Все остальные лишь представляют слова Рассказчика.
В партии Кумады на американской оперной сцене дебютирует английская певица Наташа Джоул. Слушать ее – одно удовольствие: у нее глубокое, сильное, бархатное сопрано. Партия Кумады очень сложная – во втором действии Джоул, будучи деревом, поет сложнейшую арию лежа, плотно завернутая в шелковую ткань. Однако певица с честью выходит из трудного положения. Наташа Джоул регулярно выступает на оперных сценах Европы, постоянно сотрудничает с Глайндебурнской фестивальной оперой.
В партии Принца – нью-йоркский лирический тенор Ноа Стюарт, в партии Рассказчика – баритон Сэнфорд Силван. Это третья опера Адамса в репертуаре певца. Он пел в партиях Чу Ин-Лая в “Никсоне в Китае” и главную партию в “Смерти Клингхоффера”.
Надо сказать, что годы, проведенные генеральным директором ЧОТ Брайаном Дики в Глайндебурне, наложили отпечаток на его музыкальные вкусы и пристрастия. Он постоянно держит в поле зрения этот музыкальный фестиваль и приглашает в Чикаго по-настоящему ярких, молодых, талантливых певцов.
Кроме солистов, в “Цветущем дереве” участвует хор и девять танцоров.
“Цветущее дерево” – это сказка, а в сказке все должно быть красиво. И здесь ЧОТ полностью отвечает велениям жанра. Очень точно продумана каждая мизансцена, максимально использован каждый сантиметр сценического пространства, все сделано с большим вкусом, оригинально, необычно и красиво. Почти все сцены выглядят отдельными художественными произведениями, застывшими фотографиями. Выделю сценографа Джорджа Сауглайдса (после окончания работы в Чикаго он отправился в Зальцбург, где его ждет “Отелло” на летнем музыкальном фестивале) и дизайнера по свету Аарона Блака. Вообще, отдельные слова благодарности заслуживает вся постановочная группа спектакля. Здесь, что ни имя, то - явление. Режиссер Никола Рааб славится нестандартным подходом к новым и редко исполняемым произведениям. Она давно и плодотворно сотрудничает с ЧОТ. Ее последней работой в театре была постановка оперы Гектора Берлиоза “Беатрис и Бенедикт” в прошлом сезоне. В спектакле много танцев, которые поставил известный итальянский хореограф, директор Балетной школы при Венской опере, руководитель балетной труппы Венской оперы Ренато Занелла.
История создания “Цветущего дерева” такова. После крупных форм с политическим уклоном – опер “Никсон в Китае” и “Доктор Атомик” - Джону Адамсу захотелось сочинить что-нибудь камерное, лиричное, сказочное. Друг композитора, режиссер Питер Селларс предложил ему в качестве сюжета древнюю индийскую сказку о прекрасной девушке по имени Кумада. Адамса заворожила сказка, и с детской увлеченностью он принялся сочинять оперу. “Цветущее дерево” посвящено 250-летнему юбилею Моцарта, в этом сочинении использованы сюжетные темы моцартовской “Волшебной флейты”. В переводе сказки с хинди на английский Адамсу помог преподаватель Чикагского университета, специалист по индийской литературе Рамануян.
Мировая премьера “Цветущего дерева” состоялась в Вене 14 ноября 2006 года. Вслед за этим оперу услышали в Берлине, Сан-Франциско и Лондоне. Чикагские спектакли стали премьерой оперы на Среднем Западе и первой полноценной постановкой “Цветущего дерева” в Америке (в Сан-Франциско показали концертный вариант). На мировой премьере оперы в Вене побывал Брайан Дики. Он в полном смысле слова “заболел” этой оперой и сразу стал вести переговоры о постановке ее в Чикаго. Долго уговаривать Адамса Дики не пришлось. Композитор был так впечатлен постановкой его оперы “Никсон в Китае” в ЧОТ в 2006 году, что согласился не только представить ее в Чикаго, но и продирижировать первыми двумя спектаклями. На остальных трех спектаклях за дирижерским пультом Адамса сменила ассистентка Эса-Пеки Салонена в Лос-Анджелесском симфоническом оркестре, дирижер Джоана Карнейро.
Вскоре после Чикаго “Цветущее дерево” будет поставлено в Амстердаме. На лето 2009 года запланирована постановка оперы в Линкольн-центре в Нью-Йорке.
Так что в целом история прекрасной девушки по имени Кумада получилась. Полный зал и стоячая овация на премьере – лишнее тому подтверждение.
PS.
С 28 мая по 8 июня в ЧОТ можно будет услышать последнюю оперу этого сезона – оперу Георга Фридриха Генделя “Орландо”. Спектакли проходят на сцене Театра музыки и танца “Харрис” по адресу: 205 East Randolph Street, Chicago, IL 60602. Заказать билеты можно по телефону 312-704-8414 или на Интернет-сайте театра http://www.chicagooperatheater.org/.
25 мая 2008 года
Действие спектакля начинается еще до того момента, когда гаснет свет. Пока зрители рассаживаются, на сцене уже сидят какие-то люди. В центре – Рассказчик (Сэнфорд Силван). Именно он поведает нам, что случится с прекрасной девушкой по имени Кумада (Наташа Джоул), когда она откроет в себе невероятный дар превращаться в цветущее дерево. Каждую неделю Кумада с сестрой убегала в лес и в тайне от матери совершала свой магический ритуал. Девушка превращалась в цветущее дерево, и цветы падали (хотел написать “к ее ногам”, но не все так просто...) к ногам девушки-дерева. Закончив волшебство, она с помощью сестры возвращалась в исходное (человеческое) состояние. Сестры собирали цветы, шли на базар, продавали их и складывали деньги в потайное место. Они собирали деньги для задыхающейся от непосильного труда матери. Однажды превращение Кумады в дерево увидел Принц (Ноа Стюарт). Как увидел он сие чудо, тотчас полюбил простую девушку и захотел жениться на ней, и попросил девушку превратиться в дерево для него, и пришла Кумада к Принцу во дворец, и стали они Женихом и Невестой, и превратилась Кумада в цветущее дерево, и занялись они любовью под сенью дерева ее...
Конец первого действия. Антракт.
(Диалог в антракте. Мужчина – даме.
- Не могу дождаться, что будет дальше.
- Надеюсь, они не разведутся.
- Как можно развестись с деревом?)
Во втором действии было много страданий. Из-за людского коварства Кумада не смогла вернуться в человеческое обличье, осталась деревом, без ручек и ножек, потеряла Принца, лишилась всего, кроме своего неповторимого голоса. Принц, потеряв любимую, затосковал, сердце его, как поведал нам Рассказчик, превратилось в камень. Ходил он по городам и весям, искал Кумаду, и люди не узнавали его. Так продолжалось минут тридцать сценического времени: они пели грустные песни и искали друг друга. Но – это мы помним еще по “Доброму человеку из Сезуана” - “Плохой конец заранее отброшен, Он должен, должен, должен быть хорошим...”. Принц нашел Кумаду, оковы дерева пали, Кумада превратилась в очаровательную женщину, и они стали жить-поживать и детей наживать. Вот и сказке-опере конец, а кто смотрел-слушал-читал – молодец.
Надо сказать, что, несмотря на мое ироничное отношение к сюжету, а особенно к бесконечным трансформациям девушка-дерево-девушка, опера мне понравилась. Приятная мелодичная музыка, в которой слышатся отзвуки тем Яначека и Сибелиуса, прекрасная сценография, оригинальное световое решение (в спектакле преобладает ярко красный цвет), и, конечно, хорошие голоса солистов... – все это заставляло, не отрываясь, следить за происходящими на сцене событиями. “Цветущее дерево“ особенно выигрывает в сравнении со скучной и тяжеловесной оперой “Доктор Атомик”, поставленной зимой этого года в Лирик-опере.
Поющих актеров в спектакле три: Кумада, Принц и Рассказчик. Все остальные лишь представляют слова Рассказчика.
В партии Кумады на американской оперной сцене дебютирует английская певица Наташа Джоул. Слушать ее – одно удовольствие: у нее глубокое, сильное, бархатное сопрано. Партия Кумады очень сложная – во втором действии Джоул, будучи деревом, поет сложнейшую арию лежа, плотно завернутая в шелковую ткань. Однако певица с честью выходит из трудного положения. Наташа Джоул регулярно выступает на оперных сценах Европы, постоянно сотрудничает с Глайндебурнской фестивальной оперой.
В партии Принца – нью-йоркский лирический тенор Ноа Стюарт, в партии Рассказчика – баритон Сэнфорд Силван. Это третья опера Адамса в репертуаре певца. Он пел в партиях Чу Ин-Лая в “Никсоне в Китае” и главную партию в “Смерти Клингхоффера”.
Надо сказать, что годы, проведенные генеральным директором ЧОТ Брайаном Дики в Глайндебурне, наложили отпечаток на его музыкальные вкусы и пристрастия. Он постоянно держит в поле зрения этот музыкальный фестиваль и приглашает в Чикаго по-настоящему ярких, молодых, талантливых певцов.
Кроме солистов, в “Цветущем дереве” участвует хор и девять танцоров.
“Цветущее дерево” – это сказка, а в сказке все должно быть красиво. И здесь ЧОТ полностью отвечает велениям жанра. Очень точно продумана каждая мизансцена, максимально использован каждый сантиметр сценического пространства, все сделано с большим вкусом, оригинально, необычно и красиво. Почти все сцены выглядят отдельными художественными произведениями, застывшими фотографиями. Выделю сценографа Джорджа Сауглайдса (после окончания работы в Чикаго он отправился в Зальцбург, где его ждет “Отелло” на летнем музыкальном фестивале) и дизайнера по свету Аарона Блака. Вообще, отдельные слова благодарности заслуживает вся постановочная группа спектакля. Здесь, что ни имя, то - явление. Режиссер Никола Рааб славится нестандартным подходом к новым и редко исполняемым произведениям. Она давно и плодотворно сотрудничает с ЧОТ. Ее последней работой в театре была постановка оперы Гектора Берлиоза “Беатрис и Бенедикт” в прошлом сезоне. В спектакле много танцев, которые поставил известный итальянский хореограф, директор Балетной школы при Венской опере, руководитель балетной труппы Венской оперы Ренато Занелла.
История создания “Цветущего дерева” такова. После крупных форм с политическим уклоном – опер “Никсон в Китае” и “Доктор Атомик” - Джону Адамсу захотелось сочинить что-нибудь камерное, лиричное, сказочное. Друг композитора, режиссер Питер Селларс предложил ему в качестве сюжета древнюю индийскую сказку о прекрасной девушке по имени Кумада. Адамса заворожила сказка, и с детской увлеченностью он принялся сочинять оперу. “Цветущее дерево” посвящено 250-летнему юбилею Моцарта, в этом сочинении использованы сюжетные темы моцартовской “Волшебной флейты”. В переводе сказки с хинди на английский Адамсу помог преподаватель Чикагского университета, специалист по индийской литературе Рамануян.
Мировая премьера “Цветущего дерева” состоялась в Вене 14 ноября 2006 года. Вслед за этим оперу услышали в Берлине, Сан-Франциско и Лондоне. Чикагские спектакли стали премьерой оперы на Среднем Западе и первой полноценной постановкой “Цветущего дерева” в Америке (в Сан-Франциско показали концертный вариант). На мировой премьере оперы в Вене побывал Брайан Дики. Он в полном смысле слова “заболел” этой оперой и сразу стал вести переговоры о постановке ее в Чикаго. Долго уговаривать Адамса Дики не пришлось. Композитор был так впечатлен постановкой его оперы “Никсон в Китае” в ЧОТ в 2006 году, что согласился не только представить ее в Чикаго, но и продирижировать первыми двумя спектаклями. На остальных трех спектаклях за дирижерским пультом Адамса сменила ассистентка Эса-Пеки Салонена в Лос-Анджелесском симфоническом оркестре, дирижер Джоана Карнейро.
Вскоре после Чикаго “Цветущее дерево” будет поставлено в Амстердаме. На лето 2009 года запланирована постановка оперы в Линкольн-центре в Нью-Йорке.
Так что в целом история прекрасной девушки по имени Кумада получилась. Полный зал и стоячая овация на премьере – лишнее тому подтверждение.
PS.
С 28 мая по 8 июня в ЧОТ можно будет услышать последнюю оперу этого сезона – оперу Георга Фридриха Генделя “Орландо”. Спектакли проходят на сцене Театра музыки и танца “Харрис” по адресу: 205 East Randolph Street, Chicago, IL 60602. Заказать билеты можно по телефону 312-704-8414 или на Интернет-сайте театра http://www.chicagooperatheater.org/.
25 мая 2008 года
Браво, “Campanella”!
Многим любителям хорового пения в Чикаго и пригородах хорошо известен детский хор “Campanella”. Основателем и бессменным руководителем хора является хормейстер Марианна Косая. В прошлой беседе со мной она рассказала историю возникновения хора: “Хор начался с двух девочек – моей дочери и ее подружки. Моей дочери было четыре годика, в таком возрасте в школу еще не принимают. А мне хотелось, чтобы ее музыкальные способности не пропали. Я начала с ней заниматься. Постепенно ко мне стали приходить новые дети, и из такого домашнего музицирования родился детский хор “Campanella””.
За восемь лет своего существования хор превратился в профессиональный детский коллектив. Он неоднократно выступал с концертами, участвовал в нескольких фестивалях и конкурсах, завоевывал призы и медали. Но того, что произошло в начале мая, в истории коллектива еще не было. На только что закончившемся музыкальном фестивале “Наследие” детский хор “Campanella” получил Золотую медаль! Поздравив руководителя хора Марианну Косую с этой победой, я попросил ее поделиться своими впечатлениями о конкурсе.
- Фестиваль хоров и оркестров “Наследие” проходит по всей Америке и Канаде, а также в Эдинбурге (Шотландия). На фестивале существуют детская и юношеская программы. В детской программе участвуют, в основном, дети средних и старших классов, реже – дети начальной школы. Хоры не только поют перед строгими судьями, но и репетируют вместе отдельную программу, с которой потом, в заключительном концерте, выступает сборный Хор из двухсот человек. Каждому хору необходимо исполнить четыре произведения из разряда обязательной программы, одно из которых должно быть a cappella. Судьи выставляют оценки каждому хору по многим параметрам: по чистоте, эмоциональности исполнения, фразировке, снятию дыхания, подбору репертуара... Учитываются при этом самые тонкие нюансы исполнения. Потом с хорами начинают заниматься дирижеры-педагоги из известных хоровых коллективов, профессора университетов... Они работают с хорами, тактично указывая на ошибки. Занятия записываются, и каждый судья выдает аудиозапись со своими комментариями. После окончания фестиваля для детей устраивается банкет. На торжественной церемонии происходит вручение призов. Каждый хор оценивается соответствующим количеством баллов. От девяноста до ста баллов – “золото”. “Золотые” лауреаты проходят на следующий этап фестиваля, где участвуют лучшие хоры со всей страны. Хор “Campanella” участвовал в фестивале, проходившем в Болинбруке в помещении “Brooks Middle School”. В этом году в фестивале приняло участие двадцать два хоровых коллектива. Среди них были не только классические хоры. На фестивале выступали шоу-хор, джаз-хор, ансамбли. Все хоры были составлены из учеников старших классов. Средняя школа была представлена четырьмя хорами, а дети младших классов были только у нас. По результатам конкурса мы получили Золотую медаль, а это значит, что мы проходим на фестиваль лучших коллективов. Кроме этого, мы получили медаль и трофей с надписью “Выдающийся хор”. Из получивших золото тоже отбирали лучших, и мы попали в тройку самых лучших хоров. Этот трофей – самая высокая награда, присуждаемая на фестивале.
- Браво, Марина! Браво, “Campanella”! Как дети реагировали на победу?
- Дети много работали, волновались перед выступлением и очень радовались победе. Я им говорила: “Вот увидите, придет награда за ваш тяжелый труд”. Они не верили, а когда победили, были просто счастливы. Одна девочка бежала за мной со слезами и повторяла: “Большое спасибо, большое спасибо...” А дети постарше подходили к малышам и изумлялись: “Не понимаем, как вы – такие маленькие – победили нас, больших”. (Смеется.)
- Какие произведения входили в программу?
- Мы исполнили четыре произведения, из которых три - русские: “Здравствуй, гостья Зима” Рейнгольда Глиэра, “Пришла весна” Александра Гречанинова и “Крылатые качели” Евгения Крылатова. Песня Крылатова растопила сердца членов жюри! Кроме того, в программу входил канон Шуберта “Прекрасный май”, который мы исполнили a cappella по-английски.
- Впечатляет разброс произведений: от Гречанинова до Крылатова!
- Да, мы представили русскую классическую музыку, западную классическую музыку и современную популярную музыку.
- В каком составе вы выступали?
- В концертный состав хора входят семнадцать человек. Возраст участников хора - от семи до двенадцати с половиной лет. В основном, в хоре пели восьми-десятилетние дети. Судьи были поражены чистотой интонирования. В нашем выступлении они отметили, что хор обладает очень красивым звуком и идеальной чистотой. Видно, что дети чувствуют каждую ноту! Я начинаю работу с трех-пятилетними детьми. В общей сложности, в хоре занимаются сорок человек. Они разделены на несколько групп, из которых формируется концертный состав.
- Где у вас база? Где вы репетируете?
- Снимаем залы, где получится. Несколько лет я снимала зал в Норсбруке. Но нам не совсем подходит это помещение, потому что там плохая акустика. В этом году я нашла церковь с очень хорошей акустикой, и мы долгое время там репетировали. Каждый год приходится заново решать эту проблему.
- Фестиваль закончен. Что дальше?
- Теперь мы будем готовиться к новому фестивалю. Там будут совсем другие условия проведения. Сначала мы покажем свою программу, потом каждый хормейстер поработает со своим хором, а затем все соберутся на сводную репетицию и изучат новую программу. Ее выдают заранее, за полгода, чтобы было время для подготовки. Сводный хор репетирует четыре произведения и выносит их на большую сцену. Например, в Чикаго этот концерт проходит в Симфоническом центре с участием лучшего юношеского оркестра по результатам конкурса прошлого года.
- Ну что ж, от всей души поздравляю тебя с большой победой и желаю дальнейших творческих успехов. Будем болеть за вас!
PS.
Хор “Campanella” открыт для новых молодых талантов. Всем желающим просьба обращаться по телефону 847-361-7989.
За восемь лет своего существования хор превратился в профессиональный детский коллектив. Он неоднократно выступал с концертами, участвовал в нескольких фестивалях и конкурсах, завоевывал призы и медали. Но того, что произошло в начале мая, в истории коллектива еще не было. На только что закончившемся музыкальном фестивале “Наследие” детский хор “Campanella” получил Золотую медаль! Поздравив руководителя хора Марианну Косую с этой победой, я попросил ее поделиться своими впечатлениями о конкурсе.
- Фестиваль хоров и оркестров “Наследие” проходит по всей Америке и Канаде, а также в Эдинбурге (Шотландия). На фестивале существуют детская и юношеская программы. В детской программе участвуют, в основном, дети средних и старших классов, реже – дети начальной школы. Хоры не только поют перед строгими судьями, но и репетируют вместе отдельную программу, с которой потом, в заключительном концерте, выступает сборный Хор из двухсот человек. Каждому хору необходимо исполнить четыре произведения из разряда обязательной программы, одно из которых должно быть a cappella. Судьи выставляют оценки каждому хору по многим параметрам: по чистоте, эмоциональности исполнения, фразировке, снятию дыхания, подбору репертуара... Учитываются при этом самые тонкие нюансы исполнения. Потом с хорами начинают заниматься дирижеры-педагоги из известных хоровых коллективов, профессора университетов... Они работают с хорами, тактично указывая на ошибки. Занятия записываются, и каждый судья выдает аудиозапись со своими комментариями. После окончания фестиваля для детей устраивается банкет. На торжественной церемонии происходит вручение призов. Каждый хор оценивается соответствующим количеством баллов. От девяноста до ста баллов – “золото”. “Золотые” лауреаты проходят на следующий этап фестиваля, где участвуют лучшие хоры со всей страны. Хор “Campanella” участвовал в фестивале, проходившем в Болинбруке в помещении “Brooks Middle School”. В этом году в фестивале приняло участие двадцать два хоровых коллектива. Среди них были не только классические хоры. На фестивале выступали шоу-хор, джаз-хор, ансамбли. Все хоры были составлены из учеников старших классов. Средняя школа была представлена четырьмя хорами, а дети младших классов были только у нас. По результатам конкурса мы получили Золотую медаль, а это значит, что мы проходим на фестиваль лучших коллективов. Кроме этого, мы получили медаль и трофей с надписью “Выдающийся хор”. Из получивших золото тоже отбирали лучших, и мы попали в тройку самых лучших хоров. Этот трофей – самая высокая награда, присуждаемая на фестивале.
- Браво, Марина! Браво, “Campanella”! Как дети реагировали на победу?
- Дети много работали, волновались перед выступлением и очень радовались победе. Я им говорила: “Вот увидите, придет награда за ваш тяжелый труд”. Они не верили, а когда победили, были просто счастливы. Одна девочка бежала за мной со слезами и повторяла: “Большое спасибо, большое спасибо...” А дети постарше подходили к малышам и изумлялись: “Не понимаем, как вы – такие маленькие – победили нас, больших”. (Смеется.)
- Какие произведения входили в программу?
- Мы исполнили четыре произведения, из которых три - русские: “Здравствуй, гостья Зима” Рейнгольда Глиэра, “Пришла весна” Александра Гречанинова и “Крылатые качели” Евгения Крылатова. Песня Крылатова растопила сердца членов жюри! Кроме того, в программу входил канон Шуберта “Прекрасный май”, который мы исполнили a cappella по-английски.
- Впечатляет разброс произведений: от Гречанинова до Крылатова!
- Да, мы представили русскую классическую музыку, западную классическую музыку и современную популярную музыку.
- В каком составе вы выступали?
- В концертный состав хора входят семнадцать человек. Возраст участников хора - от семи до двенадцати с половиной лет. В основном, в хоре пели восьми-десятилетние дети. Судьи были поражены чистотой интонирования. В нашем выступлении они отметили, что хор обладает очень красивым звуком и идеальной чистотой. Видно, что дети чувствуют каждую ноту! Я начинаю работу с трех-пятилетними детьми. В общей сложности, в хоре занимаются сорок человек. Они разделены на несколько групп, из которых формируется концертный состав.
- Где у вас база? Где вы репетируете?
- Снимаем залы, где получится. Несколько лет я снимала зал в Норсбруке. Но нам не совсем подходит это помещение, потому что там плохая акустика. В этом году я нашла церковь с очень хорошей акустикой, и мы долгое время там репетировали. Каждый год приходится заново решать эту проблему.
- Фестиваль закончен. Что дальше?
- Теперь мы будем готовиться к новому фестивалю. Там будут совсем другие условия проведения. Сначала мы покажем свою программу, потом каждый хормейстер поработает со своим хором, а затем все соберутся на сводную репетицию и изучат новую программу. Ее выдают заранее, за полгода, чтобы было время для подготовки. Сводный хор репетирует четыре произведения и выносит их на большую сцену. Например, в Чикаго этот концерт проходит в Симфоническом центре с участием лучшего юношеского оркестра по результатам конкурса прошлого года.
- Ну что ж, от всей души поздравляю тебя с большой победой и желаю дальнейших творческих успехов. Будем болеть за вас!
PS.
Хор “Campanella” открыт для новых молодых талантов. Всем желающим просьба обращаться по телефону 847-361-7989.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
