Сергей Женовач: “Театр – дело непредсказуемое!” Беседа с режиссером

В рамках международного проекта “Stage Russia” 11 ноября в Чикаго состоится кинопоказ спектакля “Самоубийца” Московского театра “Студия театрального искусства”. Недавно мне посчастливилось поговорить с режиссером спектакля, художественным руководителем театра Сергеем Женовачем.

Наша беседа проходила в кабинете Сергея Васильевича. Он сидел за своим рабочим столом, а я находился там виртуально, через Skype... Женовач нестандартно мыслит и интересно формулирует свои мысли. Он пишет литературные инсценировки только после того, как возникает сценическая идея. Своих учеников называет воспитанниками, а спектакли не ставит - он их придумывает...

Перед вами – “избранные места” из разговора с Мастером.

-         Что заставило вас обратиться к пьесе Николая Эрдмана “Самоубийца”?

-          Вначале мы с моим постоянным соавтором, художником Александром Давидовичем Боровским задумывали спектакль по рассказам Зощенко, но в какой-то момент поняли, что не найден ход, рассказы не стыкуются. А до открытия сезона оставалось буквально несколько недель. Поскольку мы были погружены в атмосферу тридцатых годов прошлого века, возникла идея перечесть Эрдмана. Буквально за несколько дней приняли решение ставить спектакль.

-          То есть спектакль возник случайно?

-          Это была счастливая случайность. Мы с азартом взялись за это дело. Все артисты “СТИ” - мои ученики по мастерской ГИТИСа разных лет. Если нет увлеченной компании, ничего не получится. Если спектакль не входит в  контакт со зрителями - значит, мы напрасно потрудились. В случае с Эрдманом все сошлось. Пьеса великая – одна из лучших русских советских комедий...

“Самоубийца” - великая пьеса с трагической судьбой. Она была написана Эрдманом в 1929 году. При жизни автора не печаталась и никогда не ставилась, хотя попытки такие были. Мейерхольд подписал с Эрдманом договор о постановке спектакля, но Главрепертком пьесу запретил. Репетировал “Самоубийцу” и Константин Сергеевич, однако до премьеры дело не дошло. Запрет на постановку исходил от Сталина. Спустя десятилетия, в 1982 году, Плучек поставил пьесу в Театре Сатиры, но после премьеры спектакль сняли с репертуара. Спектакль Любимова на Таганке тоже запрещали - он вышел только в 1990 году. Активно “Самоубийцу” стали ставить только в последнее десятилетие XX века.

-          Почему так боялись этой пьесы? Чем опасно слово Эрдмана?

-          Я не буду оригинален, если скажу, что любая гениальная пьеса, опережающая свое время, опасна, будь то “Ревизор” или “Горе от ума”. Чем больше времени проходит со дня написания, тем пьеса становится острее и интереснее. “Самоубийца” - фантасмагоричная пьеса о судьбе маленького человека. Каждому человеку хочется личного счастья, иметь работу и жить в достатке. А государству до человека нет дела. Для того, чтобы привлечь внимание, нужно умереть. Вокруг этого возникает комедийно-абсурдистская история... Николай Эрдман – великий драматург. К сожалению, он написал всего две пьесы. У него много скетчей, потрясающие киносценарии. Мы сами не замечаем, как в жизни говорим цитатами, например, из мультфильма “Дюймовочка”. “Поели - можно и поспать,”- это написал Эрдман. Свои пьесы он сочинил молодым: “Мандат” – в двадцать пять лет, “Самоубийца” – в двадцать девять.

-          Друг и соавтор Эрдмана Михаил Вольпин находил сходство “Самоубийцы” с “Ревизором”, а Мейерхольд говорил о чеховских мотивах в творчестве Эрдмана. Вы согласны с этим?

-          Это происходит невольно. Без влияния классики написать пьесу невозможно, на песке дом не построишь. За Эрдманом стоит вся русская литература. В тексте у него много цитат, интересных парадоксов. Он - одаренный, талантливый автор. Николай Робертович очень любил Слово. Его мысли афористичны. Таким мышлением обладал, наверно, только Грибоедов. Что не выражение, то пословица; что не фраза, то поговорка. Композиция “Самоубийцы”, как и “Мандата”, немного кинематографична – не зря автор всю жизнь занимался киносценариями.

-          Получается вполне естественно, что мы смотрим “Самоубийцу” именно в кино. Мы ведь увидим киноверсию...

-          Не киноверсию, а телевизионную версию...

-          Телевизионную версию, которая пойдет в Америке в кинотеатрах. В какой степени она отражает оригинальную театральную версию?

-          Замены живому театру быть не может. Театр существует здесь и сейчас. Это – живое импровизационное искусство, зависящее от восприятия зрительного зала. А телевизионная картинка статична. Многие телевизионщики стесняются театральности. Они пытаются снять спектакль, чтобы “было не скучно”. Получается некоторое клиповое мышление. Камера начинает взлетать вверх, в сторону, искать интересные ракурсы. При этом рушится понятие “сценическая композиция”. Мы долго говорили об этом с командой, которая снимала “Самоубийцу”. Я, к сожалению, не видел окончательную версию. Надеюсь, что группе удалось передать нерв спектакля. Спектакль лучше смотреть живьем!

-          Это я напишу и приглашу всех к вам в театр. Но что же делать любителю театра в американской глубинке? Хоть версию посмотреть...

-          Это именно версия. Репортаж со спектакля. Я бы так это назвал. Иногда для телевидения спектакли снимают не при зрителях, а в пустом зале или в каких-то павильонах. И спектакли “вянут”. Тем более, если мы говорим о комедии Эрдмана.  В “СТИ” зрительный зал устроен амфитеатром по отношению к сцене. При невысоком потолке в камеру все время попадали затылки зрителей. Трудно было найти подходящий ракурс. Мы боялись за четвертое действие, когда Подсекальников лежит в гробу. Как снять, чтобы все было видно и зрители не мешали? Решили снять без них. Вроде, актеры играют так же, но нет реакции зала, нет живого дыхания. В итоге, когда монтировали, выбрали версию, которая была при зрителях, а не другую, которую снимали без них. Спектакль нужно смотреть со зрителями.

“Самое главное в театре - компания”

-          Расскажите, пожалуйста, как вы – успешный режиссер Театра на Малой Бронной – решились на создание театра “Студия театрального искусства”?

-          Это длинная история. Я закончил курс Фоменко, и Петр Наумович предложил мне преподавать. Мы набрали курс, который стал театром “Мастерская Фоменко”. С Петром Наумовичем я выпустил три курса. Когда мы должны были набирать четвертый, Петр Наумович предложил мне набрать свой курс. Это было непростое для него решение. Видимо, он почувствовал, что я уже готов к самостоятельному плаванию. Я набрал свой первый курс и сохранил всю педагогическую команду, пригласил одного выпускника нашей мастерской. Ребята подружились. Они друг без друга себя уже не представляли. А для меня это и есть самое главное в театре – компания, увлеченность друг другом, когда есть желание репетировать и сочинять спектакли с утра до ночи. Мы стали фантазировать, наши спектакли приобрели популярность, на них было трудно попасть. Записывались за месяцы вперед. На один из спектаклей  “Мальчики” по “Братьям Карамазовым”  пришел Сергей Эдуардович Гордеев – в тот момент успешный предприниматель. Тогда он как раз выкупил здание бывшей фабрики Станиславского, где в свое время был фабричный театр Константина Сергеевича. В этом здании он предложил создать новый театр. В течение трех лет мы его все вместе придумывали и строили. Так возник новый, первый в стране репертуарный частный театр. Двенадцать сезонов мы просуществовали, а с тринадцатого государство предложило стать федеральным театром. Теперь мы живем наравне с большими академическими театрами... Гордеев - удивительный человек! Я ему очень обязан тем, что получил возможность заниматься творчеством. У нас один из самых красивых театров в Москве. Уютный дворик, березовая роща, вишневый сад... И свадьбы играют, и фотографироваться приезжают. Все как-то очень симпатично.

-          “Самоубийца” – плод вашего сотрудничества с художником Александром Боровским. Это правда, что он был первым, кого вы позвали в свой театр?

-          Да, это правда. Я горжусь тем, что я с ним работаю и дружу, что мы понимаем друг друга. Для меня Александр Давидович Боровский – не просто близкий по духу человек. Это - мой соавтор. Первый раз мы сделали с ним спектакль в Театре на Малой Бронной в апреле 1997 года и с этого времени не разлучаемся. В этом году исполнилось двадцать лет нашей творческой и человеческой дружбы. Александр Боровский - продолжатель дела своего отца, гениального Давида Львовича Боровского. Он – один из тех талантливых театральных художников, которые не просто “оформляют” спектакль, а придумывают сценическую идею, вокруг которой и режиссер, и артисты сочиняют спектакль. Мне очень трудно представить наши работы без его вкуса и чувства юмора, требовательности и самоотдачи.

-          Вы и “Самоубийцу” вместе придумали?

-          Конечно. Вы увидите галерею из дверей. Двери подлинные, из коммуналок. Наш технический директор собрал их по всей стране и из них сделал коллаж. За дверями - судьбы людей. Мы только добавили рамы и подкрасили их в тон дверей. Спектакль идет на двух этажах. При съемке важно движение внутри кадра. Надеюсь, нашим товарищам удалось это передать... Александр Давидович сотрудничает не только с нами. Он много работает со Львом Додиным, долгое время сотрудничал с Валерием Фокиным, выдумывал пространство Театра наций Евгению Миронову, помогал Центру имени Мейерхольда. Сейчас, как архитектор, строит новую сцену МДТ Додина... Он чтит память отца. В Москве существует уникальный Музей-мастерская Давида Боровского. Сейчас Александр Давидович издал два потрясающих альбома: “Макеты Давида Боровского” и “Эскизы костюмов Давида Боровского”. Готовится третий том - “Рисунки ”.

-          Интересная параллель: Давид Львович работал над “Самоубийцей” Любимова на Таганке, а его сын - соавтор вашего “Самоубийцы”...

-          Я, к сожалению, не видел любимовского спектакля. Он очень быстро сошел с репертуара. К нам на спектакль приходил Вениамин Борисович Смехов, который был режиссером и играл в том спектакле. Он ведь очень здорово читает басни Эрдмана и Масса, чувствует интонацию Эрдмана. Это очень важно. Как говорится, от режиссера остаются в памяти мизансцены, а от артиста - интонация. Интонация – это от автора. Если ее не поймать, не услышать, получается бытовая история. А Эрдман - поэт театра, у него прежде всего образно-поэтическое мышление... С Таганкой у нас еще в одном пересекается репертуар. Последняя наша премьера - “Мастер и Маргарита”. В числе наших зрителей были Смехов-Воланд и Щербаков-Мастер.

“Еще одна счастливая случайность”

-          Как-то вы сказали: “Театр нельзя искусственно создать или выдумать. Он рождается самой судьбой”. Вы считаете, что создание ”Студии театрального искусства” - это судьба?

-          Еще одна счастливая случайность. А дальше возникают сложности. С одной стороны, мы строим театр для зрителей, с другой - пытаемся заниматься поиском театральной выразительности. Сейчас - время увлечения разными видами театра. Мы стараемся объясняться в любви театру слова, действия, пространственного решения, развивать искусство драматического театра. Зал у нас небольшой - двести тридцать мест. Приходит, в основном, интеллигенция. Мы стараемся не завышать цены на билеты, но так, чтобы можно было существовать. Выпускаем одну премьеру в сезон. Ездим на фестивали, на гастроли... Театр у нас репертуарный. Много прозы: Лесков – “Захудалый род”, Диккенс – “Битва жизни”, Ерофеев – “Москва-Петушки”, Булгаков – “Мастер и Маргарита” и “Записки покойника” по “Театральному роману”... На Малой сцене идет спектакль “Кира Георгиевна” по Некрасову, “Река Потудань” по Платонову. Не сняли еще ни одного спектакля - все репетируем, все держим.

-          Вы инсценируете прозаические произведения гораздо чаще, чем работаете с драматургией. Инсценировки сами пишете?

-          Пишу сам, но, конечно, помогает мне Александр Давидович. Я не начинаю писать сценическую инсценировку до тех пор, пока не придуман спектакль. Вот когда возникает пространственная идея, начинается работа. Нарушая литературную логику, ищу логику сценическую.

-          Я обожаю Фолкнера. Никогда не встречал инсценировок по его романам, а вы решились на “Шум и ярость”. Поделитесь секретом, как можно в театре поставить бесконечный поток сознания фолкнеровского героя?

-          Я тоже очень люблю Фолкнера. Воспитывался на нем - так уж сложилось. Это был курс Петра Наумовича - второй курс в его биографии, в моей - первый. Хотелось поставить что-то интересное. Сидел дома и складывал композицию “Шума и ярости”. Я ухватился за то, что одна история рассказывается четырьмя персонажами. Каждый рассказ - отдельная часть, сделанная в своем жанре. Больное, разорванное сознание Бенджамина. Рассказ экзальтированного Квентина, убившего свою сестру и закончившего жизнь самоубийством. Рассказ третьего брата Джейсона - человека недоброго и прагматичного. Последняя часть - объективная история, как было на самом деле. Первая часть была почти молчаливая. Бенджамина играл Юра Степанов. Он, к несчастью, погиб в автокатастрофе. Играл потрясающе, гениально. Кирилл Пирогов исполнял роль Квентина, Ксения Кутепова играла Кедесси... Спектакль шел около шести часов с тремя антрактами. Что-то нам удалось, что-то - нет. При всех несовершенствах, неуклюжести спектакль сложился какой-то очень искренний и доверительный. Я до сих пор вспоминаю его, как одну из моих самых дорогих сокровенных работ. Когда “Мастерская...” стала театром, спектакль трудно было играть. Он был рожден для 39-й аудитории ГИТИСа. Я вспоминаю его с ностальгией. Мы были молоды и немного нахальны, чтобы отважиться на такой спектакль.

-          Кстати, Фолкнер не любил “Шум и ярость”, считал роман своей неудачей...

-          Он считал его своим поражением. Он говорил, что поражения - самое главное в жизни. Только после поражений можно понять, как работать дальше и куда двигаться. Мой воспитанник, теперь уже один из интереснейших молодых режиссеров Егор Перегудов на прошлом моем курсе поставил “Деревушку” Фолкнера. У меня возникла идея сделать инсценировку по рассказам Фолкнера, но тут я пока не могу найти подходящего пути. Придумали несколько версий, я что-то написал, но пока мне это не очень нравится. Мы же с Боровским максималисты!.. Рассказы Фолкнера - отдельный мир. Мне кажется, они нисколько не уступают его большим романам. Вот только как найти нить?..

-          Желаю вам, чтобы нить нашлась и спектакь получился!

-          Мы любим всех наших авторов. Сейчас готовим “Заповедник” по Довлатову. Были с актерами в Михайловском, Тригорском, Петровском, заехали на улицу Рубинштейна, постояли у дома Довлатова... Ездили в Старую Руссу, когда придумывали “Братьев Карамазовых”, ходили в Киеве по булгаковским и гоголевским местам, когда это было еще возможно. Ездили, чтобы разбудить воображение, уйти от штампованного мышления, получить новый эмоциональный толчок для спектакля. Театр – дело непредсказуемое! Часто мы сами не знаем, что получится. Наш театр – театр режиссера, художника, композитора и артистов. Работаем одной командой, стараемся делать спектакли одного стиля, но при этом разные по жанрам. Играем в разные театральные игры...

“Очень важна сценическая форма”

-          Придя на первую репетицию, вы знаете, кто кого будет играть, или решение рождается в процессе?

-          Всегда по-разному. Я очень не люблю, когда в наших репертуарных театрах на стендах вывешивают распределение ролей. Актер видит печать и подпись и понимает, что он должен играть того или иного персонажа. Почему именно его? Почему с ним никто не поговорил?.. Когда наш театр только возникал, я попросил ребят, чтобы они сами на листочках написали, кто бы кого хотел сыграть и в каких ролях они видят своих партнеров. Сейчас эта традиция уже ушла. Многие повзрослели, пришли другие ребята, с других выпусков. Я обычно собираю всю труппу, читаю пьесу, показываю макет, рассказываю, как видится спектакль и каких артистов хочу позвать. Вот, например на “Заповедник” я отобрал группу артистов и пригласил их на репетицию, а уже там рассказал, кто какую роль будет играть. Последнее слово – за авторами спектакля. Всем артистам хочется играть главные роли, а театр – это все-таки ансамбль. Одному артисту нужно дать проявить одно качество, другому – другое; кому-то нужно подождать, а кто-то просто очень востребован в кинематографе или в других театрах... В “Самоубийце” собрались три поколения актеров: основоположники, закончившие ГИТИС тринадцать лет назад, и два курса, которые влились в театр. Сейчас вливается четвертое поколение, и в этом году мы с педагогами набрали пятое.

-          Вы приветствуете актерскую импровизацию?

-          Все определяют пьеса, режиссерский замысел и то, как сочиняется спектакль. Импровизация – одно из качеств театра. Без импровизации театр не существует, без нее сочинить спектакль невозможно. Но это понятие сложное. Это – способ репетирования. Импровизация во время игры – другое. Режиссер с художником могут предложить то или иное решение, но если актер не будет автором своей роли, если он не будет пробовать, искать, спектакля не получится. Мы ищем форму, структуру спектакля, скрупулезно все выстраиваем. Когда появляется зритель, артисты начинают импровизировать на жестком рисунке. Мастерство артиста заключается в его непредсказуемости. А импровизацию без формы я не понимаю. Мне кажется, это от лукавого.

-          Все время существования театра говорили о его особой миссии наставлять, учить, просвещать... Вы считаете, что у театра есть миссия?

-          Театр должен быть и влиять на людей. Когда перед нашими глазами люди эмоционально возвращаются в детство, разыгрывают какие-то истории, зритель сопереживает, в нем просыпается игровое начало... Театр - возбудитель сознания. Лучший способ познания жизни - через театральную игру и создание сценической реальности.

-          Вы говорите про сценическую реальность, и это замечательно: прекрасные авторы, великолепная проза, чудесный мир. А рядом – настоящая, реальная жизнь, где сидит Алексей Малобродский, под домашним арестом находятся Кирилл Серебренников и Софья Апфельбаум, правят бал мизулины и поклонские. Что в этой ситуации делать художнику?

-          Продолжать заниматься профессией. Я не понимаю, когда люди призывают не писать стихи, не ставить спектакли... Поверьте, это все болезненно воспринимают. Пока нет серьезных обвинений, нельзя относиться к людям пренебрежительно и неуважительно. Я надеюсь, что мои коллеги выйдут на свободу. Я знаю Лешу Малобродского больше тридцати лет. Мы – краснодарцы, поступили в институт вместе, дружили. Я знаю, что он – честный человек. Я хочу помочь, хочу быть рядом. Но, повторю еще раз, надо продолжать заниматься театром.

“На удачу!”

-          В журнале Esquire недавно были опубликованы “Правила жизни Сергея Женовача”. Там вы делитесь своей привычкой держать в кармане гвозди...

-          У меня была привычка собирать что-то металлическое и держать в руке. Это сейчас все на шурупах, а раньше половики прибивали гвоздями. Я гвозди собирал и держал их в кармане. Когда я однажды приехал домой, родители вспомнили, что когда я был маленьким, они в доме стелили полы. Я взял гвоздь в руки и сказал “гвоздь”. Это было мое первое слово. Родители были поражены... Мне было лет сорок, когда я впервые услышал об этой истории. На гастролях трудно свои спектакли смотреть из зрительного зала - переживаешь. Хочется где-то посидеть или походить. Я обычно сижу за кулисами. Когда идет монтировка, обязательно стащу гвоздь. На удачу! Последнее время хотел подписывать свои гвозди. Из Норвегии, Англии, Эстонии, из Малого театра, МХТ имени Чехова...

-          Почему все люди театра суеверны? Оттого, что искусство мистическое?

-          Я не знаю. Это не анализируешь. Идешь по сцене, видишь железку. Взял и держишь в руке. Вдруг что-то случится, если выбросишь. Скорее всего, это игровое начало, все та же игра. В последнее время я о гвоздях подзабыл. На гастролях вспоминаю. Увидел гвоздь – обязательно возьму.

-          Вы прошли школу Петра Наумовича Фоменко. В какой степени вы пользуетесь сегодня уроками мастера?

-          Петр Наумович – большая часть моей жизни. Меня восхищало в нем то, что он никогда не навязывал ученикам свое мироощущение. Более того, гордился, когда у них возникало собственное понимание театра. Он ревновал, переживал и гордился... У него было удивительное качество – учиться у своих учеников. Я сам занимаюсь театральной педагогикой и тоже стараюсь это делать. Моя учеба в ГИТИСе не исчерпывалась одним мастером. У нас работала потрясающий педагог Роза Абрамовна Сирота. Я ее тоже считаю своим учителем. Она работала с Товстоноговым в БДТ. Удивительный был мастер... На этом же курсе преподавал мой коллега Евгений Борисович Каменькович. Был Анатолий Эфрос. В четырнадцать лет я увидел его спектакль и захотел заниматься режиссурой... Есть моменты в становлении любого режиссера – этап подражания своему учителю. Через это проходят все. Но в какой-то момент нужно отрываться от учителя, резать пуповину и жить своей жизнью. Это очень трудно, но если этого не сделать, всегда будешь вторым Фоменко, Гончаровым, Хейфецом. Я знаю многих людей, которые не могут уйти от обаяния своих мастеров и остаются их помощниками по жизни. Нужно стремиться к своему театру... Взаимоотношения “учитель-ученик” очень сложные, противоречивые. Они строятся на восхищении друг другом и на отдалении друг от друга. Если не отдаляться, ученик может потеряться... Я горжусь своими ребятами. Они не ученики - они воспитанники. Научить этой профессии нельзя. Можно обучиться под присмотром тех педагогов, которым ребята доверяют. Я горжусь, когда они делают то, что я не умею. Эффект педагога - чтобы ученик сделал лучше. В этом, поверьте, нет никакого кокетства. И Петру Наумовичу хотелось, чтобы ученики делали лучше него. Он остается в наших сердцах великим мастером: противоречивым, интересным, непредсказуемым, удивительным. Сейчас столько книжек о нем выходит, и все время он ускользает от нас.

-          Вы успеваете смотреть спектакли ваших коллег?

-          По молодости смотрел очень много. Сейчас, к сожалению, в связи с возрастом (мне недавно исполнилось шестьдесят лет), делаю это реже. Смотрю спектакли друзей или спектакли на фестивалях, о которых знаю заранее, что они интересные. Если я попадаю на спектакль и он неинтересный, серый, скучный или просто выпендрежный, мне жалко потраченного времени. И еще есть такой момент. Когда я работаю, я поглощен своим спектаклем. Вот мы делали “Самоубийцу”, и я думал над острыми ситуациями и гротескными поворотами. Потом я иду в театр и удивляюсь, почему актеры так медленно разговаривают. Я смотрю на мир под эрдмановским углом зрения. Занимаясь Чеховым или Булгаковым, происходит то же самое. Но, конечно, спектакли коллег надо смотреть. Как я могу пропустить работы Бутусова, Додина, Туминаса?! В основном, я смотрю спектакли на отдыхе.

-          Ваш уход в другой жанр – это отдых от драматического театра? Вот взяли и в 2015 году в Большом театре “Иоланту” поставили...

-          Когда я был главным режиссером в Театре на Малой Бронной, мне нужно было придумать веселый, озорной спектакль. Я остановился на комической опере XVIII века “Мельник - колдун, обманщик и сват”. Спектакль получился музыкальным. После этого на меня посыпалось много предложений. В Большой театр звали несколько раз, и я все время отказывался. А тут возникло предложение от Владимира Георгиевича Урина поставить оперу Чайковского к юбилею композитора на Исторической сцене. Дирижером должен был быть выдающийся мастер Владимир Иванович Федосеев... Да, было такое путешествие в оперу. Я не жалею. Это был интересный опыт. Все новое интересно. Вот скоро телевизионная версия “Самоубийцы” по Америке начнет гулять. Спектакль-то хороший, а как он на экранах будет смотреться, неизвестно. Надеюсь, что зрителям будет интересно.

Nota bene! Кинопоказ спектакля “Самоубийца” Московского театра “Студия театрального искусства” пройдет 11 ноября 2017 года в 2 часа дня в помещении Josephine Louis Theater (20 Arts Circle Drive, Evanston, IL 60208). Заказ билетов – на сайте https://web.ovationtix.com/trs/pe.c/10184249. Все новости о проекте “Stage Russia HD” - на сайте http://www.stagerussia.com/. 

Фотографии к статье:

Фото 1, 3, 5, 7. Сергей Женовач. Фото - Александр Иванишин

Фото 2, 4, 6, 8. Сцены из спектакля “Самоубийца”. Фото – Александр Иванишин

Лирик-опера Чикаго представляет: “Валькирия“ (“Die Walküre”) Рихарда Вагнера

Действующие лица и исполнители:

Вотан – Эрик Оуэнс, Зигмунд - Брендон Йованович,

Зиглинда - Элизабет Стрид (Elisabet Strid, дебют в Лирик-опере),

Фрикка – Таня Ариане Баумгартнер,

Хундинг - Айн Ангер (Ain Anger, дебют в Лирик-опере),

Брунгильда - Кристина Герке, Герхильда – Уитни Моррисон,

Ортлинда - Лаура Уйальд, Швертлейта - Лорен Декер,

Хельмвига - Александра Ло Бианко (Alexandra LoBIANCO, дебют в Лирик-опере),

Зигруна - Дебора Нанстил, Гримгерда - Занда Сведе,  Росвейса - Линдси Амманн.

Дирижер – сэр Эндрю Дэвис. Режиссер-постановщик – Дэвид Паунтни.

Новая постановка. 1-30 ноября 2017 года (семь спектаклей).

Продолжительность спектакля – 4 часа 43 минуты с двумя антрактами.
Опера исполняется на немецком языке с английскими субтитрами.

После барочной музыки Глюка и раннего Верди Лирик-опера возвращается к немецкой мифологии: после “Золота Рейна” в прошлом сезоне в театре идет “фэнтези” Вагнера “Валькирия”. Как писал композитор - “первый день музыкального представления”. А я добавлю - вторая (после “Золота Рейна”) часть тетралогии ”Кольцо нибелунга”.

“Валькирия”, как и вся тетралогия, основана на скандинавской и немецкой мифологиях. Как у всякой мифологии, в опере есть свой Бог (верховный бог Вотан), мифическая земля - особый воинский рай Вальгалла, бесстрашный воин, сражающийся со злом (Зигфрид), древнее племя богатырей (нибелунги). А еще - полубоги, русалки-валькирии, доставлявшие павших героев в Вальгаллу, злодеи и карлики, летающие кони, юные герои и отвратительные злобные существа, прекрасные женщины и мудрецы... А еще - переодевания, поединки, чаши с ядом, цветущие сады... А еще (и это главное) - чудеса всевозможные да магия волшебная...

В разных театрах оперы великого и ужасного Рихарда ставят по-разному. Есть жесткий, агрессивный немецкий Вагнер, нордически холодный скандинавский Вагнер, теплый русский Вагнер (тетралогия успешно идет в Мариинском театре уже несколько лет). В семидесятые годы французский режиссер Патрис Шеро поставил на Байройтском фестивале “Кольцо нибелунга”, где герои ходили в пиджаках и с копьями. Не только он - сегодня все осовременивают Вагнера. Но после “Властелина колец” и “Гарри Поттера” мифологией зрителя не удивишь, новые варианты прочтения тетралогии надо искать в чем-то другом. Английский режиссер Дэвид Паунтни ставит Вагнера как семейную сагу. Паунтни знаком нам по опере М.Вайнберга “Пассажирка” сезона 2014-15 годов. Над тетралогией работает та же команда, что и в “Пассажирке”: сценограф – Роберт Иннес Хопкинс, дизайнер по костюмам – Мари-Жан Лекка, хореограф – Денни Сайерс.

В партии Зиглинды на сцене Лирик-оперы впервые выступает певица из Швеции Элизабет Стрид. Основу ее репертуара составляют вагнеровские партии. Их она успешно исполняет по всему миру. Американский дебют певицы состоялся в 2013 году в Мичиганском оперном театре. В планах Стрид на этот сезон - выступления в оперных театрах Германии. Первый сольный альбом певицы ”Вагнер и Бетховен” вышел в июле этого года.

В партии Хундинга - эстонский бас Айн Ангер. Он исполняет сегодня основные басовые партии в немецком, итальянском и русском репертуарах. У него замечательный голос: глубокий, сильный, красивый. Ангер живет в Вене. На сцене Венской оперы исполнил более сорока партий в операх Моцарта, Верди, Вагнера, Массне, Мусоргского, Штрауса. Недавно на сцене Немецкой оперы Берлина он дебютировал в партии Бориса Годунова в одноименной опере Мусоргского, а в Ковент-Гарден - в партии Пимена. Я впервые услышал Ангера месяц назад в Венской опере. Он блестяще исполнял партию Досифея в ”Хованщине”. Желаю ему успеха в Лирик-опере и надеюсь, что он еще не раз выступит на чикагской сцене.

Еще один дебют в Лирик-опере - певица Александра Ло Бианко в партии Хельмвиги. Европейский дебют американской певицы с успехом прошел в 2016 году в Венской опере в партии Леоноры (”Фиделио”). Летом 2018 года певица дебютирует в Баварской опере в партии Герхильды в той же “Валькирии“. Дирижировать оперой будет музыкальный руководитель мюнхенского театра Кирилл Петренко.

В партии Брунгильды в Лирик-опере мы третий раз услышим замечательную американскую певицу Кристину Герке. Она дебютировала в сезоне 2012-13 годов в главной партии в “Электре“ Р.Штрауса, а в прошлом сезоне исполнила партию Кассандры в “Троянцах“ Г.Берлиоза.

В группе красавиц-валькирий выделяется певица из Латвии Занда Шведе. Месяц назад она дебютировала в Лирик-опере в небольшой, но выразительной партии Маддалены в “Риголетто”. Продолжение не заставило себя долго ждать.

В команде валькирий также - местные силы: выпускница Центра Райена Лаура Уайльд, студентка второго курса Центра Райена Лорен Декер (мы слышали ее в небольшой партии Джованны в “Риголетто”), студентка первого курса Центра Райена Уитни Моррисон (она родилась и живет в Чикаго, мы слышали ее в партии графини Чепрано в “Риголетто”).

(О бас-баритоне из Филадельфии Эрике Оуэнсе (Вотан) и немецкой солистке Тане Ариане Баумгартнер (Фрикка) я писал в прошлых выпусках Оперного обозрения.)

Премьера “Валькирии“ состоялась 26 июня 1870 года в Королевском придворном театре Мюнхена. Композитор остался недоволен. Он был убежден, что тетралогия должна исполняться целиком. Грандиозный план Вагнера впервые осуществился на Первом фестивале в Байройте 14 августа 1876 года. Первый раз в Лирик-опере “Валькирия“ прошла 20 октября 1956 года.

Последний раз в Лирик-опере тетралогия “Кольцо нибелунга” ставилась в сезоне 2004-05 годов в постановке немецкого режиссера Герберта Келлнера.

Спектакли ”Валькирии” пройдут под знаком тридцатилетия со дня дебюта сэра Эндрю Дэвиса в Лирик-опере. Впервые он встал за пульт чикагского театра 14 ноября 1987 года. Он дирижировал ”Свадьбой Фигаро” В.А.Моцарта.

Премьера ”Валькирии” 1 ноября будет транслироваться в прямом эфире на радиостанции 98.7 WFMT Чикаго и на сайте wfmt.com. Начало трансляции - 5.15 pm.

Nota bene! Билеты на оперу ”Валькирия” и другие спектакли сезона 2017-18 годов Лирик-оперы Чикаго можно заказать по телефону 312-827-5600, на сайте https://www.lyricopera.org/, а также приобрести в кассе театра по адресу: 20 North Wacker Drive, Chicago, IL 60606.

Фотографии к статье:
Фото 1-9. На репетициях “Валькирии“. Все фото – Кори Вейвер

Stage Russia: “Самоубийца” у порога. Перед кинопоказом спектакля Сергея Женовача

Второй сезон международного проекта “Stage Russia HD” (продюсер - Эдди Аронофф) представляет нам возможность увидеть постановки ярчайших представителей современного русского театра. Сезон открылся показом спектакля Юрия Бутусова “Чайка” Московского театра “Сатирикон”. Впереди нас ждут спектакли Римаса Туминаса (“Дядя Ваня” Московского театра Вахтангова), Юрия Бутусова (“Макбет. Кино.” Санкт-Петербургского театра Ленсовета - впервые проект покидает Москву), Бориса Юхананова (“Сверлийцы” Московского Электротеатра Станиславский). Но это будет в следующем году. А 11 ноября состоится кинопоказ спектакля Сергея Женовача “Самоубийца” Московского театра “Студия театрального искусства”. О спектакле, режиссере и театре - в этой статье.

Сергей Женовач родился 15 мая 1957 года. В 1979 году закончил режиссерский факультет Краснодарского института культуры. Работал руководителем Краснодарского молодежного любительского театра. С 1983 до 1988 года учился на режиссерском факультете ГИТИСа (курс П.Фоменко). После стажировки начал педагогическую деятельность на кафедре режиссуры в мастерской П.Фоменко. С 1988 по 1991 годы - режиссер театра-студии “Человек”. С 1991 по 1998 годы - режиссер Театра на Малой Бронной (с 1996 года - главный режиссер). Ставил спектакли в театре Мастерская Петра Фоменко, Малом театре, МХТ имени Чехова. Поставил три спектакля в Норвегии. С 2001 года - художественный руководитель Мастерской совместного обучения режиссеров и актеров на кафедре режиссуры ГИТИС. С 2004 года - заведующий кафедрой режиссуры ГИТИС. Лауреат Государственной премии, заслуженный деятель искусств РФ, профессор.

Театр Женовача “Студия театрального искусства” (СТИ) родился из его курса. Весной 2005 года в ГИТИСе прошел фестиваль дипломных работ мастерской Сергея Васильевича с многообещающим названием “Шесть спектаклей в ожидании театра”. После окончания фестиваля студенты объявили, что продолжат работу с режиссером. Юридически театр образовался в июле 2005 года. С марта 2008 года у театра появился свой дом на улице Станиславского. В XIX веке в этом доме находилась золотоканительная фабрика семьи Алексеевых. В этом доме в 1863 году родился Константин Сергеевич Алексеев, известный всему миру под псевдонимом Станиславский. В этом доме в 1904 году Станиславский, будучи руководителем фабрики, открыл театр для рабочих. Символично, что именно здесь спустя век открылся новый театр, руководитель которого считает себя последователем и продолжателем дела Станиславского.

На протяжении двенадцати лет руководство театра остается неизменным: художественный руководитель - Сергей Женовач, главный художник - Александр Боровский, композитор - Григорий Гоберник, советник по литературной части - Борис Любимов.

Женовача всегда интересовала классическая литература. В Краснодарском любительском театре он ставил Достоевского, первыми спектаклями на кафедре ГИТИСа были “Владимир III степени” - сцены из неоконченной комедии Н.Гоголя (1991) и “Шум и ярость” по одноименному роману У.Фолкнера (1993), первыми постановками в Театре на Малой Бронной - “Король Лир” (1992) и “Леший” Чехова (1993). Так что вполне естественно, что основу репертуара нового театра составили произведения классиков, причем десять из двенадцати спектаклей поставлены по прозаическим произведениям. Впечатляет список спектаклей Женовача в СТИ: “Захудалый род” Н.Лескова (2006), “Игроки” Н. Гоголя (2007), “Битва жизни” по повести Ч.Диккенса (2008), “Река Потудань” по рассказу А.Платонова (2009), “Три года” по повести А.Чехова (2009), “Записные книжки” по А.Чехову (2010), “Брат Иван Федорович” по роману Ф.Достоевского “Братья Карамазовы” (2011), “Москва-Петушки” по поэме В.Ерофеева (2012), “Записки покойника” М.Булгакова (2014). Последняя премьера театра - инсценировка романа М.Булгакова “Мастер и Маргарита” (премия за лучшую режиссуру “Хрустальная Турандот” в 2017 году).

Успехи театра велики. Двадцать четыре номинации и семь премий Российской национальной театральной премии “Золотая маска”, участие в международных театральных фестивалях, гастроли в США, Южной Корее, Польше, странах Прибалтики, туры по городам России... Но самое главное - спектакли: умные, глубокие, тонкие размышления о наиболее значимых проблемах современного общества.

Спектакль “Самоубийца” стоит особняком в афише театра. Почитатели таланта Женовача говорят, что в этой постановке открылся его новый талант - комедийный. Спектакль, подобно тексту Николая Эрдмана, получился острый, дерзкий, эксцентричный. Женовач говорит: “Наш спектакль - высказывание о том, что происходит сейчас с людьми, попытка поразмышлять о сегодняшнем “маленьком человеке”. Мысль главного героя Подсекальникова о том, что “жить хочется, на работу ходить хочется, любить хочется”, кому-то может показаться обывательской, но для нас она важна”.

Пьеса “Самоубийца” написана Николаем Эрдманом в 1929 году. При жизни автора она не печаталась и никогда не ставилась, хотя попытки такие были. Мейерхольд подписал с Эрдманом договор о постановке спектакля, но Главрепертком пьесу запретил. Репетировал “Самоубийцу” и Константин Сергеевич, однако до премьеры дело не дошло. Запрет на постановку исходил от Сталина. Спустя десятилетия, в 1982 году, Плучек поставил пьесу в Театре Сатиры, но после премьеры спектакль сняли с репертуара. Спектакль Любимова на Таганке тоже запрещали - он вышел только в 1990 году. Активно “Самоубийцу” стали ставить только в последнее десятилетие XX века. Впервые пьеса была опубликована в Германии в 1969 году. В СССР она впервые появилась в журнале “Современная драматургия” в 1987 году.

“Уникальный текст XX века” – так называет Сергей Женовач эрдмановского “Самоубийцу”. В ней есть все: сатира и абсурд, мелодрама и комедия. Гениальный Николай Робертович написал пьесу на все времена. Как будто сегодня написаны слова главного героя: “Товарищи, я не хочу умирать: ни за вас, ни за них, ни за класс, ни за человечество, ни за Марию Лукьяновну!”

“Любое талантливое или непредсказуемое, таинственное произведение заключает в себе некую загадку – можно только к ней прикоснуться, и в этом и есть путешествие. Эта вещь очень исповедальная, глубокая...” - убежден Сергей Женовач.

Художник Александр Боровский выстроил на сцене тесную двухэтажную конструкцию из старых дверей, за каждой из которых кипит жизнь. Я помню, так было в “Доме на набережной” на Таганке. Художник Давид Боровский-старший лишал героев свободного пространства, и эта метафора несвободы физически ощущалась на таганской сцене. В “Самоубийце” у Боровского-младшего герои тоже буквально на головах друг у друга живут. А за дверями - черное пустое пространство, мрак и смерть.

“От времени не надо уходить – тем более, что оно сидит в нас, и никуда мы от него не денемся. История конца двадцатых-тридцатых годов - не просто забытый кусок жизни. Я в свое время читал, что когда людей расселяли, они не хотели уезжать из коммуналок, они настолько привыкли, что есть один туалет, что все знают кто что ест, кто что готовит. Это была мука, и люди были в этой муке счастливы”, - говорит Сергей Женовач.

В спектакле заняты актеры трех поколений. В роли Подсекальникова - Вячеслав Евлантьев (выпускник ГИТИСа 2013 года). По темпераменту, обаянию и естественности актера сравнивают с юным Табаковым.

В ролях: Евгения Громова (Мария Лукьяновна, жена Подсекальникова), Анастасия Имамова (Серафима Ильинична, теща Подсекальникова), Алексей Вертков (Александр Петрович Калабушкин), Мария Шашлова (Маргарита Ивановна Пересветова), Григорий Служитель (Аристарх Доминикович Гранд-Скубик), Игорь Лизенгевич (Пугачев, мясник). В спектакле участвуют Сергей Качанов (Егор Тимофеевич), занятый практически во всех спектаклях Женовача, и Глеб Пускепалис (Молодой человек, глухонемой).

Напоследок две цитаты из многочисленных рецензий на спектакль. “Самоубийца” – один из самых умных и едких спектаклей московской сцены. Он действует на зрительный зал, как кислота на ржавую монету. Устанавливает исторические параллели, о которых страшно вспоминать. Заставляет задумываться над вопросами, которые хочется вытеснить из сознания. Ставит лицом к лицу со своей историей, уроки которой никого и ничему не учат.” Ольга Егошина (Новые известия, 10 марта 2015 года)

“Пьеса 1928 года актуальна до неприличия. Слова ее шипят и взрываются, как карбид в воде. Бедный обыватель, честный коммунальный лузер, Подсекальников бьется между неумолимым равнодушием державы и бесовщиной Аристарха Доминиковича. И только инстинкт жизни... отводит беднягу от дула пистолета. Впереди у него, как известно из истории, - сорок бочек арестантов и сто смертей. Без выбора.” Елена Дьякова (Новая газета, 13 марта 2015 года)

Премьера “Самоубийцы” состоялась 1 марта 2015 года. Спектакль был удостоен Международной премии Станиславского в номинации “Перспектива”, актер Вячеслав Евлантьев за роль Подсекальникова стал лауреатом Театральной премии газеты “Московский комсомолец”. Спектакль идет в репертуаре театра.

Подробности создания спектакля и программка - на сайте http://sti.ru/samoubiyca/.

На прошлой неделе мне удалось пообщаться с режиссером спектакля “Самоубийца”, руководителем театра “Студия театрального искусства” Сергеем Женовачем, и он рассказал мне много интересного. Интервью с ним читайте в следующем выпуске нашей газеты.

Nota bene! Кинопоказ спектакля “Самоубийца” Московского театра “Студия театрального искусства” пройдет 11 ноября 2017 года в 2 часа дня в помещении Josephine Louis Theater (20 Arts Circle Drive, Evanston, IL 60208). Заказ билетов – на сайте https://web.ovationtix.com/trs/pe.c/10184249. Все новости о проекте “Stage Russia HD” - на сайте http://www.stagerussia.com/. 

Фотографии к статье:

Фото 1-7. Сцены из спектакля “Самоубийца”. Фото – Александр Иванишин

(Все фотографии предоставлены компанией Stage Russia.)

Чикагский симфонический центр представляет... Концерты 2 - 10 ноября 2017 года

2-4 ноября, 8.00 pm; 5 ноября, 3.00 pm. Концерты Чикагского симфонического оркестра (далее - ЧСО). В программе: Симфония N88 Й.Гайдна, Дивертисмент для струнного оркестра Б.Бартока, Пятый фортепианный концерт И.С.Баха, Первый фортепианный концерт Л.ван Бетховена. Пианист и дирижер - сэр Андраш Шифф. Прекрасный музыкант, популяризатор музыки, человек с безупречной репутацией и активной гражданской позицией, Шифф весной 2011 года выступил с осуждением властей Венгрии в связи с ростом националистических настроений в стране. В знак протеста он решил отказаться от дальнейших выступлений на родине. Несколько лет назад в Нью-Йорке Шифф вместе с Гидоном Кремером участвовал в симпозиуме, посвященном проблеме преследования людей по расовому признаку.

За час перед началом концертов на втором этаже Симфонического центра (Grainger Ballroom) состоятся тридцатиминутные беседы пианиста Даниэля Шлосберга об исполняемых произведениях.

6 ноября, 7.30 pm. В этот вечер оркестр Chicago Sinfonietta представляет музыку композиторов Мексики и Латинской Америки, а также фрагменты из симфонической поэмы “Пер Гюнт” Э.Грига и Реквием В.А.Моцарта. Хор консерватории университета Рузвельта. Дирижер - Хектор Гузман.

Обратите внимание! Справки и заказ билетов на этот концерт - по телефону 312-284-1552 и на сайте http://www.chicagosinfonietta.org/1718season/.

8 ноября, 8.00 pm. В серии “Оркестры мира” - выступление Симфонического оркестра Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева. В программе: Девятая симфония Д.Шостаковича, Второй фортепианный концерт С.Прокофьева (солист - Денис Мацуев), Симфоническая поэма Р.Штрауса “Жизнь героя”.

Последний раз Мариинский оркестр с Гергиевым гастролировал в Чикаго в сезоне 2012-13 годов. Тогда их концерт был посвящен балетной музыке Игоря Стравинского. А мне запомнился концерт 21 октября 2012 года. В день столетия со дня рождения сэра Георга Шолти Гергиев стоял за пультом Международного оркестра мира. Я тогда спросил дирижера об уроках Шолти. Гергиев ответил: “Нужно всегда концентрироваться на главном, и если берешься за дело, доводить его до конца. В жизни Шолти было четыре этапа. Он проделал огромную работу в Баварской опере, во Франкфурте, в театре Ковент-Гарден. С этими разными коллективами он добился невероятных результатов как в концертах, так и в своих многочисленных записях, которые и сегодня считаются эталонными. И, конечно, самое большое достижение Шолти – работа с Чикагским симфоническим оркестром. Он оставил после себя великое наследие: концерты, легендарные записи...“.

Следующий концерт из серии “Оркестры мира” пройдет 28 января 2018 года с участием Симфонического оркестра Миннесоты под управлением финского дирижера Осмо Вянскя.

9 и 11 ноября, 8.00 pm. В эти дни ЧСО дирижирует дирижер Манфред Хонек. В программе: Фуга N2 из “Музыкального приношения” И.С.Баха (аранжировка А.Веберна), Скрипичный концерт А.Берга (солистка - Арабелла Штейнбахер), Девятая (Большая) симфония Ф.Шуберта.

С Концертом Берга в Чикаго дебютирует немецкая скрипачка Арабелла Штейнбахер. Она родилась в Мюнхене в музыкальной семье. Музыкой стала заниматься с трех лет, в девять поступила в Мюнхенскую высшую школу музыки (класс Анны Чумаченко). Европейский дебют Арабеллы состоялся в 2004 году в Париже с Филармоническим оркестром Радио Франции под управлением сэра Невилла Марринера. В последние годы Арабелла приобрела невиданную популярность в Европе. Она играет на скрипке Booth 1716 года работы Страдивари. 

Маэстро Манфред Хонек родился в Австрии. Дирижерскую карьеру начал в Вене с создания нового оркестра - Vienna's Jeunesse Orchestra. Одновременно ассистировал Клаудио Аббадо в Молодежном оркестре Малера в Вене. Работал в Швейцарии, Норвегии, Чехии, Германии. С сезона 2008-09 годов является музыкальным руководителем Питтсбургского симфонического оркестра. Он будет работать с этим оркестром до окончания сезона 2019-20 годов. Подобно маэстро Риккардо Мути, Хонек выступает за расширение международных культурных связей. Под его руководством Питтсбургский оркестр практически каждый год выступает в Европе, включая недельные гастроли в легендарном венском зале Musikverein. В сентябре этого года оркестр снова побывал в Европе, где, в частности, выступил с концертами в Лондоне и Люцерне.

Обратите внимание! С той же программой 10 ноября в 7.30 pm ЧСО под управлением Манфреда Хонека выступит в помещении Wheaton College по адресу: Edman Memorial Chapel, 401 East Franklin Street, Wheaton, IL 60187.

За час перед началом концертов 9 и 11 ноября на втором этаже Симфонического центра (Grainger Ballroom) состоятся тридцатиминутные беседы музыковеда Ларри Рапчака об исполняемых произведениях.

10 ноября, 8.00 pm. Камерный концерт скрипача Джошуа Белла. За роялем - Алессио Бакс. В программе: Итальянская сюита И.Стравинского из балета “Пульчинелла”, Вторая скрипичная соната Э.Грига, Первая скрипичная соната И.Брамса.

Nota bene! Абонементы и одиночные билеты на все концерты Чикагского симфонического центра сезона 2017-18 годов можно приобрести на сайте www.cso.org, по телефону 312-294-3000, по почте или в кассе по адресу: 220 South Michigan Ave., Chicago, Il 60604.

Фотографии к статье:
Фото 1. Андраш Шифф

Фото 2. Валерий Гергиев. Фото - Decca/Марко Борггрев
Фото 3. Манфред Хонек. Фото – Феликс Броде

Фото 4. Арабелла Штейнбахер 

Фото 5. Джошуа Белл