Фестиваль театров кукол в Чикаго (4th Chicago International Puppet Theater Festival)

На десять дней Чикаго становится кукольной столицей мира. С 20 по 30 января в городе пройдет Четвертый международный фестиваль театров кукол (The Chicago International Puppet Theater Festival). Несмотря на то, что фестиваль проходит только четвертый раз, он уже является крупнейшим смотром достижений кукольного искусства в США. В этот раз в нем примут участие театральные компании из Нью-Йорка, Лос-Анджелеса, Висконсина, Северной Каролины, Вермонта, труппа из Южной Африки, ведущие кукольные коллективы из Чикаго. В программе фестиваля: театры марионеток в натуральный рост и крошечных кукол, театры кукольной пантомимы и анимации, песочных картинок и объектов, постановки с элементами драматического и кукольного театров, многие-многие другие. Всего на разных площадках Чикаго будут сыграны более ста представлений. Перед вами - краткий путеводитель по фестивалю. Вначале - о гастролерах.

“Bill’s 44th” - спектакль кукольников из Нью-Йорка Энди Манджака и Дороти Джеймс, комическая история о герое, ожидающем прибытия гостей на его день рождения. 25-27 января, Chopin Theatre.

“The Bluest Eye” - спектакль Маргарет Лорены Кемп (Калифорния) и Джанни Йонг (Южная Африка) по книге Тони Моррисон (адаптация Лидии Даймонд). 28-30 января, The DuSable Museum of African American History.

“Chimpanzee” Ника Леана (Нью-Йорк) - история об экспериментальных исследованиях о повадках шимпанзе. 22-24 января, Instituto Cervantes of Chicago.

“New Mony!” Марии Камиа (Нью-Йорк) - научно-фантастическое кукольное представление. 21-22 января, Chopin Theatre.

“Object of Her Affection” Марсиана Де Леллиса (Лос-Анджелес) - отчасти кукольный спектакль, отчасти перформанс о сексуальных объектах и людях, вступающих в интимные отношения с неодушевленными предметами. 27-29 января, Links Hall.

“The Persians” - спектакль Элки и Питера Шуманов (труппа Bread & Puppet Theater, Вермонт), знаменитых создателей масштабных театрализованных представлений марионеток в США в шестидесятых годах. 28-29 января, Epiphany Center for the Arts.

“Skeleton Canoe” Тая Дефоя (Нью-Йорк-Висконсин) - новая работа одного из создателей спектакля “Аджаак на Черепашьем острове” (“Ajijaak on Turtle Island”), которым открывался Международный фестиваль театров кукол в 2019 году. 29-30 января, American Indian Center. Вход свободный.

От гостей - к хозяевам. Чикагские мастера кукольного театра подготовили к фестивалю немало сюрпризов.

“I OBJECT!” Представление театра The Neo-Futurists, в котором за один час мы увидим тридцать кукольных пьес. 22-23 и 29-30 января, The Neo-Futurarium.

“Invitation to a Beheading” по роману В.Набокова “Приглашение на казнь”. Спектакль Rough House Theater Co., в котором герои великого писателя оживают на сцене с помощью кукол и масок. 27-29 января, Chopin Theatre.

Как и на прошлых фестивалях, поздно вечером по выходным работает популярнейшее кукольное кабаре “Nasty, Brutish & Short: A Puppet Cabaret”. Артисты разных школ и направлений собираются после спектаклей, чтобы встретиться друг с другом, подурачиться, поэкспериментировать. Они исполняют скетчи, импровизируют и наслаждаются жизнью, а мы смотрим и радуемся вместе с ними...

21-22 и 28-29 января, Links Hall. Вход только для взрослых.

“Sea Change” - спектакль театра Cabinet of Curiosity о силе моря и божественном женском начале. 20-22 января, MCA Chicago.

“TIMBER!” - представление Rootstock Puppet Co. о снежном человеке и непостижимо огромном лесе. Режиссер - художественный руководитель театра Марк Блашфорд.

29-30 января, Instituto Cervantes de Chicago.

На протяжении всего фестиваля на Великолепной миле (Chicago’s Magnificent Mile) будет работать “ода вечности” - иммерсивная инсталляция “The Plastic Bag Store” нью-йоркского художника Робина Фрохардта. Перед нами - продуктовый магазин, заполненный сотнями предметов ручной работы из пластика: фруктами, овощами, суши, мясными деликатесами... Несколько раз в день инсталляция превращается в микрокинотеатр, где показывают кукольные фильмы, переносящие зрителей из сегодняшнего дня в далекое прошлое или не менее далекое будущее. Робин Фрохардт заставляет нас задуматься о том, как будущие поколения будут судить о нас по тому, что мы оставляем после себя.

В рамках серии “Festival Neighborhood Tour” в пяти районах города (Segundo Ruiz Belvis Cultural Center, Art on Sedgwick, Navy Pier, the National Museum of Mexican Art, 345 Art Gallery) пройдут бесплатные и открытые для всех представления известных кукольных артистов Тая Дефоя, Джеррелла Л.Хендерсона и Джошуа Холдена.

В рамках фестиваля в Школе при Арт-институте (the School of the Art Institute) состоится кукольный симпозиум (Volkenburg Puppetry Symposium) о планах и направлениях развития кукольного театра. Билеты на симпозиум не требуются, вход свободный. 

Начинающие артисты смогут принять участие в программе “Catapult Artist Intensive”. Предусмотрены семинары, обмен опытом с артистами, возможность побывать за кулисами и  многое другое.

Шесть лет назад перед Первым фестивалем его основатель и бессменный художественный руководитель Блэр Томас (Blair Thomas & Company) говорил: “Мне бы хотелось видеть Чикаго в качестве лидера возрождения древнего искусства кукольного театра. Наш город хорошо известен особым интересом публики к театру. Зрители не только посещают спектакли, но и поддерживают новые формы развития театрального искусства. Надеюсь, они не останутся в стороне и от кукольных театров”.

В прошлом уже предпринимались попытки создания такого рода фестиваля. С 1986 по 1994 годы кукольные спектакли были частью Международного театрального фестиваля. В 2000 году Арт-институт провел четырехдневный Международный фестиваль кукольных театров. Наконец, в 2001 году под эгидой департамента по делам культуры мэрии Чикаго состоялся десятидневный фестиваль “Puppetropolis”. К сожалению, все эти фестивали не имели продолжения, поэтому я очень рад, что новая попытка оказалась успешной! Инаугурационный фестиваль 2015 года прошел при переполненных залах с огромным успехом. На восьмидесяти трех спектаклях, в которых участвовали более пятидесяти артистов из разных стран мира, побывали более четырнадцати тысяч зрителей. Еще больший успех сопутствовал фестивалям 2017 и 2019 годов. Сто девять спектаклей, почти пятнадцать тысяч зрителей, гости из Гонконга, Чили, Италии, Австралии, Швеции, Израиля, Польши. Мексики, Канады... С 2022 года фестиваль станет проходить в ежегодном формате.

Блэр Томас любит кукольный театр с детства. В десять лет он создал в своем родном Джексонвилле (штат Алабама) первую кукольную труппу The Palace Puppeteers и на протяжении трех лет выступал с ней в церквах и школах. С 1989 до 1998 годы он был художественным руководителем чикагского Redmoon Theater, а в 2002 году основал собственную фирму “Blair Thomas & Co.”. Томас преподает кукольное искусство в Школе при Арт-институте Чикаго. Он участвовал в создании кукол для спектаклей Lookingglass Theatre “Mr. and Mrs. Pennyworth” и “The Steadfast Tin Soldier”, для предыдущей постановки оперы “Волшебная флейта” в Лирик-опере Чикаго (симпатичный дракон - его рук дело).

В Америке многие считают Чикаго родиной современного кукольного театра. В самом деле, до 1912 года в английском языке даже не существовало такого термина - “кукловод”. В том году в историческом Fine Arts Building на Мичиган авеню (410 South Michigan Avenue) открылся Маленький театр (Little Theater of Chicago). Для спектакля “Сон в летнюю ночь” режиссер Эллен Ван Волкенбург хотела использовать кукол-марионеток. Тут-то и выяснилось, что никто из актеров не знает, что такое марионетка. Тогда кукольных артистов называли “шоуменами”, их работа была связана, в основном, с цирковыми аттракционами. Именно Ван Волкенбург впервые использовала слово “кукловод” применительно к театру кукол.

Сегодня Чикаго может похвастаться разнообразием передовых театральных форм, в том числе в кукольном театре. В рамках фестиваля, как и в прошлые годы, запланированы семинары, мастер-классы, беседы об истории кукол, секретах их изготовления и много других интересных мероприятий. Не пропустите уникальную возможность увидеть все лучшее, что есть в кукольных театрах. Встретимся на фестивале, штаб-квартира которого находится в том самом Fine Arts Building на Мичиган авеню, где больше ста лет назад началась история кукольного театра в Америке.

Nota bene! Подробная информация и билеты на спектакли Международного фестиваля театров кукол - на сайте chicagopuppetfest.org.

Фотографии к статье:

Фото 1. Сцена из спектакля “Bill’s 44th”. Фото - Ричард Термин

Фото 2. Сцена из спектакля “The Bluest Eye”. Фото - Люк Янг

Фото 3. Сцена из спектакля “Invitation to a Beheading”. Фото - Rough House Theater Co.

Фото 4. Сцена из спектакля “Sea Change”. Фото - Cabinet of Curiosity

Фото 5. Сцена из спектакля “TIMBER!”. Фото - Rootstock Puppet Co.

Фото 6. Блэр Томас. Фото - Саверио Трулья

“Смелость”: премьера в Чикаго. “Людзьмi звацца”

16 января в 1.00 pm в помещении Украинского института современного искусства (Ukrainian Institute Of Modern Art, 2320 West Chicago Avenue, Chicago, IL 60622) состоится чикагская премьера документального фильма

“Смелость” (“Courage”, Германия, 2021, 90 мин., на белорусском и русском языках с английскими субтитрами). Режиссер - Алексей Полуян.

Важная картина для тех, кто пытается разобраться в перипетиях белорусской политики, хотя политики как таковой в фильме нет. Есть люди, которые в августе 2020 года вышли на улицы Минска и других городов Беларуси в знак протеста против массовых фальсификаций во время президентских выборов. Название фильма обращено к ним. Кураж, смелость, отвага - это о них, о тысячах и тысячах молодых, красивых людей, отстаивающих свое право, как писал великий белорусский поэт Янка Купала, “людзьмi звацца”. Среди них - герои фильма, мои хорошие друзья, актеры Марина Якубович (Юревич), Павел Городницкий, Денис Тарасенко. В Чикаго мы видели их трижды во время гастролей Белорусского свободного театра. Они играли в спектаклях “Быть Гарольдом Пинтером” (январь-февраль 2011 года), “Минск 2011. Письмо для Кэти Акер” (январь-февраль 2013 года), “Король Лир” (февраль 2016 года, все спектакли в постановке Владимира Щербаня). В фильме использованы фрагменты других спектаклей Свободного театра - “Зона молчания” (режиссер - В.Щербань) и “Постигая любовь” (режиссер - арт-директор театра Николай Халезин).

В фильме наши герои не только на сцене, но и в домашней обстановке. Марина с мужем кормят ребенка, разговаривают с ним (“О чем ты мечтаешь?”); Денис играет на гитаре (звучит тема одной из лучших белорусских песен последних лет “Давай разрушим эту тюрьму, Здесь этих стен стоять не должно”); Павел импровизирует на фортепиано и ловит осу (“Если я выпаду из форточки, это будет моя предсмертная запись”, одна из самых пронзительных сцен картины). Конечно, они репетируют. По скайпу, как это происходит уже почти десять лет. Как известно, руководители театра Николай Халезин и Наталья Коляда вынуждены были остаться в Лондоне (на родине им “светило” уголовное дело).

Марина, Павел, Денис - обычные люди, которые хотят жить в нормальной свободной стране. Не получается. Оттого так горько звучат их слова о связи искусстве и жизни, о том, что происходит в их родной стране. Снова и снова вспоминается цитата из Пабло Неруды: “Вы спрашиваете, почему я не говорю о мечтах, О листьях, о больших вулканах моей земли? Смотрите: на улице кровь. Смотрите: кровь на улице!”

Вечером 9 августа 2020 года Марина, Павел и Денис вместе с другими актерами Свободного театра вышли на улицы Минска. Вместе с ними были операторы фильма “Смелость” Таня Гаврильчик и Ессэ Мазух. Благодаря их отважной работе мы вместе с протестующими прошлись по центральным улицам, постояли у здания КГБ и тюрьмы на улице Окрестина, аплодировали выходящим из изолятора, сопереживали родителям и друзьям тех, кто пытались узнать, где их близкие. Это рядом с нами стоял тот самый растерянный омоновец, прикрепивший к своему щиту белую розу и тем самым вошедший в историю.

Героям фильма повезло, их не арестовали. Другим повезло меньше. В застенках оказались менеджеры театра Светлана Сугако и Надежда Бродская... Дальше - больше. Сегодняшняя Беларусь превращена в концлагерь, людей арестовывают за цветок на балконе, за бело-красно-белую коробку, за любое неправильное с точки зрения властей мнение. Шаг влево, шаг вправо, и ты рискуешь оказаться в тюрьме, быть избитым, получить реальный срок.

В картине нет закадрового авторского текста, нет поясняющих титров. Авторы не навязывают нам свое мнение, а предлагают задуматься. Что может сделать человек в тоталитарной системе? Есть ли и каково чувство ответственности отдельного гражданина? Когда-то Александр Солженицын ответил на эти вопросы так: “Пусть ложь все покрыла, пусть ложь всем владеет, но в самом малом упремся: пусть владеет не через меня!.. Когда люди отшатываются от лжи - она просто перестает существовать”.

Мне было трудно смотреть этот фильм. Он для меня слишком личный. Я люблю Свободный театр, давно слежу за ним, хорошо знаю его спектакли. Впервые я побывал в театре в феврале 2007 года в моем родном Минске. Помог режиссер Юрий Хащеватский, который на мой вопрос: “Что вы посоветуете посмотреть в эти дни в Минске?” ответил: “Свободный театр”. К счастью, на следующий день готовился их спектакль “Быть Гарольдом Пинтером”. Инструкции Хащеватского звучали так: “Подходите к зданию. В главный вход идти не надо. Ни в коем случае не произносите слова “Свободный театр”. Если стоите лицом к главному входу, подойдите направо и зайдите в здание через боковой вход. Поднимитесь на второй этаж, скажите, от кого пришли”. Следуя указаниям бывалого конспиратора, я попал в маленький клуб. Все пространство было занято стульями. Среди зрителей преобладала молодежь, хотя было несколько человек среднего и старшего возраста. Когда все стулья оказались заняты, люди стали располагаться на полу перед импровизированной сценой...

Потом были встречи в Чикаго, Нью-Йорке, Лондоне. Я неоднократно брал интервью у руководителей театра Николая Халезина и Натальи Коляды, многолетнего режиссера театра Владимира Щербаня, актера Олега Сидорчика. Беседовал я и с Мариной, Павлом, Денисом. Мне нравятся они как актеры, я солидарен с их гражданской позицией, я от души желаю им успеха на сцене и в жизни.

После выхода на экраны фильма в жизни героев произошли изменения. На состоявшейся 14 декабря 2021 года пресс-конференции в Варшаве было объявлено, что Белорусский свободный театр переезжает в Польшу. В Варшаве начнет действовать театральная лаборатория, которая занималась профессиональной подготовкой кадров для театра. Ее перепрофилируют под творческое образование детей белорусских беженцев.

Для режиссера Алексея Полуяна фильм “Смелость” стал дебютом в большом кино. Он родился на западе Беларуси, в городе Барановичи. Учился в Минском БГУИРе (бывший Радиотехнический институт). Работал в IT-компании, но по словам Алексея, это не было его призванием. В программе “Берлинские окна” (телекомпания OstWest) он сказал: “Это был хороший самообман, который приносил хорошие деньги. Витрина, в которой нет гармонии”. Алексей понял, что его призвание - быть режиссером. Он учился в университете Касселя (Германия) в классе профессора Яны Друзь. После документального дебюта Алексей работает над первым игровым фильмом.

Мировая премьера фильма “Смелость” состоялась в феврале 2021 года на Берлинском МКФ при участии демократически избранного президента Республики Беларусь Светланы Тихановской. После просмотра создателей и госпожу Тихановскую встретили стоячей овацией.

Показ фильма в Чикаго состоится благодаря поддержки организации “Беларусы в Чикаго”, Украинского института современного искусства и организации “Ukrainian Congress in America, Illinois Division”. Вход свободный. Пожертвования приветствуются. Все собранные деньги будут отправлены в Беларусь семьям политических заключенных. Подробности о фильме - на сайте courage-film.com/.

Подробности предстоящего показа - на странице в фейсбуке

www.facebook.com/events/1587471428276145/?ref=newsfeed. Приятного просмотра!

Фотографии к статье:

Фото 1. Постер к фильму “Кураж”

Фото 2. Алексей Полуян, Марина Якубович, Павел Городницкий на премьере фильма в Берлине. Фото - euroradio.fm

Чикагский симфонический центр представляет. Концерты 13-23 января 2022 года

13 января, 7.30 pm; 15 января, 8.00 pm. За пульт Чикагского симфонического оркестра (далее - ЧСО) возвращается его музыкальный руководитель Риккардо Мути. В первой январской программе маэстро - музыка Л.ван Бетховена: увертюра “Кориолан”, Восьмая и Пятая симфонии. Напомню, в этом сезоне Риккардо Мути исполняет с ЧСО все симфонии Бетховена. В первой программе сезона мы услышали Третью (“Героическую”), во второй - Седьмую симфонии. В планах на зиму-весну 2022 года - Четвертая, Шестая и Девятая симфонии.

Обратите внимание! 14 января в 7.00 pm программа будет исполнена в помещении Chodl Auditorium at Morton East High School по адресу: 2423 S. Austin Blvd., Cicero, IL 60804. Вход свободный, требуется предварительная регистрация. Последний раз в этом зале Риккардо Мути и ЧСО выступали в 2013 году.

16 января, 3.00 pm. Сольный концерт немецкого пианиста российского происхождения Игоря Левита. В программе: Шесть хоральных прелюдий И.Брамса (аранжировка Ф.Бузони), Вариации на народную песню американского пианиста и педагога Фреда Херша, увертюра к опере “Тристан и Изольда” Р.Вагнера (аранжировка З.Кочиша), Соната си минор Ф.Листа.

Игорь Левит родился в 1987 году в Нижнем Новгороде. Начал заниматься на фортепиано в возрасте трех лет. В 1995 году, когда мальчику было девять, семья эмигрировала в Ганновер. Занятия музыкой Игорь продолжил в Германии и Австрии. Учился в Высшей школе музыки и театра - Ганноверской консерватории (на выпускном экзамене получил наивысший бал за всю историю этого высшего учебного заведения) и университете Моцартеум в Зальцбурге. Лауреат четырех премий на Международном фортепианном конкурсе имени А.Рубинштейна (Тель-Авив, 2005 год). В октябре 2014 год журнал “Граммофон” назвал альбом Левита с Партитами Баха лучшей записью месяца. В Равинии пианист дебютировал летом 2015 года. Летом 2018 года в исполнении пианиста мы слышали Фортепианный концерт М.Равеля. В 2018 году Левит был назван Gilmore Artist and Royal Philharmonic Society’s Instrumentalist of the Year, в 2020 году - номинирован на премию “Грэмми” в категории “Лучший классический инструментальный соло-альбом”. С весны 2019 года является профессором Ганноверской консерватории. Лауреат Международной премии Бетховена (2019 год). В сезоне 2020-21 годов - артист-резидент Баварского симфонического оркестра радио. Живет в Берлине. Эксклюзивный артист студии Sony Classical.

17 января, 7.30 pm. Оркестр Chicago Sinfonietta представляет традиционный ежегодный концерт-посвящение Мартину Лютеру Кингу. В программе: “Ethiopia's Shadow in America” Ф.Прайс (солист - Уилл Ливерман, баритон), фрагменты из оратории “Илия” Ф.Мендельсона, “Soul Force (The Dream Unfinished)” Дж.Монтгомери (премьера в Чикаго), “The Great Migration” Кэтрин Бостич (чтец - Уилл Ливерман). Дирижер - музыкальный руководитель Мей-Анн Чен. В концерте принимает участие приглашенный дирижер Кайл Диксон.

Известный кинокомпозитор Кэтрин Бостич является артистом-резидентом оркестра Chicago Sinfonietta.

Оркестр Chicago Sinfonietta, конечно, находится в тени Чикагского симфонического (на это обречены все оркестры “большого” Чикаго), но это крепкий профессиональный коллектив, существующий с 1987 года. Оркестр активно выступает по всей стране.

Обратите внимание! Билеты на этот концерт - на сайте www.chicagosinfonietta.org/ или по телефону 312-284-1554.

16 января, 3.00 pm; 18 января, 8.00 pm. Концерт Civic Orchestra of Chicago называется “Resilience and Defiance”. В программе: пьеса “Something for the Dark” С.Снайдер и Десятая симфония Д.Шостаковича. За дирижерским пультом - американский дирижер болгарского происхождения Россен Миланов.

Мировая премьера пьесы “Something for the Dark” американского композитора Сары Киркланд Снайдер состоялась в 2015 году в исполнении Детройтского симфонического оркестра.

После разноса, учиненного Шостаковичу в 1948 году, композитор ушел в тень. Он писал музыку к кинофильмам и подумывал о том, чтобы закончить сочинение симфоний на магической для многих композиторов цифре 9. Но оказалось, что без большой формы Шостакович жить не мог. Судя по письмам композитора, Десятая симфония была написана между июлем и октябрем 1953 года. Премьера состоялась 17 декабря 1953 года в Ленинграде. Ленинградским филармоническим оркестром дирижировал Евгений Мравинский.

В настоящее время Россен Миланов возглавляет четыре оркестра: Columbus Symphony Orchestra, Chautauqua Symphony Orchestra, Princeton Symphony Orchestra, Словенский симфонический оркестр радио и телевидения (Любляна). Он окончил Институт Кертиса и Джульярдскую школу.

Обратите внимание! Концерт 16 января состоится в помещении South Shore Cultural Center по адресу: 7059 S South Shore Dr, Chicago, IL 60649. Билеты бесплатные, требуется предварительное резервирование.

20 января, 7.30 pm; 23 января, 3.00 pm. Во второй январской программе маэстро Мути и ЧСО: увертюра к комической опере “Донна Диана” Э.Резничека, сюиты из балетов “Спящая красавица” и “Лебединое озеро” П.Чайковского, Императорский вальс И.Штрауса-сына.

Празднование Нового года продолжается - говорит нам этой программой Риккардо Мути. Судите сами: яркая искристая музыка Эмиля Резничека, бессмертные балетные сюиты Петра Ильича и тот самый вальс Иоганна Штрауса, который непременно звучит в Новогоднем концерте Венского филармонического оркестра и в тысячах подобных концертах по всему миру.

Скажу несколько слов о бароне Эмиле Николаусе Йозефе фон Резничеке (1860-1945) - таково полное имя популярного в конце XIX века австрийского композитора чешского происхождения. Прежде чем заняться музыкой, барон, как и положено сыну генерала, получил серьезное юридическое образование. Однако музыка победила. После учебы в Лейпцигской консерватории он жил в Праге и Берлине. В 1909-11 годах служил капельмейстером Берлинской комической оперы, с 1920 года преподавал в Берлинской музыкальной школе. Комическую оперу “Донна Диана” Резничек сочинил в 1894 году. В середине XX века творчество композитора было забыто, но в восьмидесятые годы о нем вспомнили снова. В Вене я гулял по улице, названной в его честь Reznicekgasse.

Nota bene! Билеты на концерты Чикагского симфонического центра сезона 2021-22 годов - на сайте cso.org или в кассе Симфонического центра: 220 South Michigan Avenue, Chicago, Il 60604.

Фотографии к статье:

Фото 1. Риккардо Мути дирижирует ЧСО (Чикаго, 26 сентября 2019 года). Фото - Тодд Розенберг

Фото 2. Игорь Левит. Фото - Ravinia Festival

Фото 3. Мей-Анн Чен. Фото - Розали О'Коннор

Владимир Кузнецов: “Демократичность, открытость, свобода”. Беседа с режиссером

В январе в рамках проекта “Stage Russia HD” состоится международная премьера киноверсии спектакля “Иранская конференция”. Инсценировка пьесы Ивана Вырыпаева сделана режиссерами Игорем Сергеевым и Владимиром Кузнецовым в Санкт-Петербургском Таком театре. В эксклюзивном интервью вашему корреспонденту Владимир Кузнецов рассказывает о выборе актеров, Таком театре, арт-площадке “Скороход” и о том, почему предпочел бы не говорить ничего зрителям перед премьерой “Иранской конференции”.

Кто есть кто в современном театре. Владимир Кузнецов - российский актер, режиссер, арт-директор площадки “Скороход” (Санкт-Петербург). Выпускник Российского государственного института сценических искусств (РГИСИ, в прошлом - ЛГИТМиК, курс В.Фильштинского) и магистерской программы “Методология преподавания актерского мастерства”. Снялся в более чем семидесяти фильмах и сериалах. Лауреат международных кинофестивалей “Киношок” (2009 год) и International Random Film Festival (2014 год). С 2015 года - актер и режиссер Такого театра (Санкт-Петербург). С апреля 2021 года - куратор факультета актерского мастерства в Академии перформативных искусств (Санкт-Петербург).

- Чем заинтересовала вас пьеса Ивана Вырыпаева?

- Пьеса настолько многогранна, она поднимает столько тем, что отвечать на этот вопрос невероятно сложно. Сейчас все более и более привычной для нас формой существования становится полярность мнений и

не только. Полярность всего достигает невероятных масштабов. Пьеса ценна для нас тем, что заставляет задуматься над сложностью и многозначностью мира.

- Пьеса затрагивает гораздо больше тем, чем просто конференция по иранской проблеме. Помните, у Высоцкого: “Да это ж про меня! Про нас про всех - какие, к черту, волки!” Конечно, это про нас про всех, какая, к черту, иранская конференция. Как вам кажется, вам удалось “достучаться” до зрителей?

- Судя по общественной реакции и тому, что пишут СМИ, - кажется, да. Очевидно, не до всех, бывают разные отзывы, но мне будет страшно, если все в один голос будут говорить о спектакле одно и то же. Для меня очень ценно, когда я слышу, как зрители спорят о том, кто что на самом деле имел в виду. Наверно, это уже какая-то избитая и отчасти пошлая мысль, что важно задать вопрос, а не получить ответ, но так и есть. То, что люди выходят после спектакля и думают о нем, значит для нас очень много.

- В спектакле царит эзопов язык, от которого мы, кажется, давно отвыкли, а теперь снова привыкаем. “Неладно что-то в датском королевстве.” Почему не сказать об этом прямо, почему надо так все усложнять?

- Я не вижу ничего плохого в эзоповом языке. Если все говорится прямо, то это выходит за грань искусства и становится новостной сводкой. Эзопов язык в пьесе и спектакле - скорее, художественный прием, чем самоцензура, если вы об этом.

- Конечно, говоря об Иване, нельзя говорить о самоцензуре. Он - автор бесстрашный... Забегая вперед, как вы думаете, какой будет реакция американского зрителя?

- Я, к сожалению, пока еще ни разу в Америке не был и довольно плохо представляю себе публику, которая увидит этот спектакль. Для меня их реакция - абсолютная загадка. Смею надеяться, что спектакль довольно широк в культурном плане. Интересно было бы услышать мнение американца. Я бы с ним поговорил.

- Вы помните первую реакцию Ивана, когда обратились к нему с предложением постановки спектакля? Он сразу согласился?

- Я лично не участвовал в этих переговорах, но, насколько я знаю подробности той встречи, Иван чуть ли не сам предложил нам это сделать.

- Когда вы ставили спектакль, в Москве уже гремела постановка Виктора Рыжакова в Театре Наций. Вы не боялись неминуемого в таких случаях сравнения?

- Благо, у нас два режиссера. Мы разделили ответственность. Игорь съездил в Москву и посмотрел спектакль, чтобы избежать повторений. Я специально его не смотрел, чтобы иметь чистый взгляд. Мы, как мне кажется, адекватно восприняли то, что в Москве спектакль вышел раньше. Петербург и Москва не совсем еще слились в единое культурное пространство. Разрыв все равно есть. Если бы Виктор выпустил свой спектакль в БДТ или Александринском театре, было бы, конечно, сложнее.

- После премьеры вы посмотрели спектакль Рыжакова?

- Так и нет, к сожалению. Но Виктор к нам пришел и скупо похвалил. Мне было интересно за ним наблюдать. Во время спектакля он что-то записывал в блокноте.

- Мне очень понравилось, как сделана киноверсия спектакля. По-моему, вы очень бережно обошлись с текстом Вырыпаева. Автору понравилось, как все получилось?

- Насколько я знаю, да. Когда мы были на гастролях в Москве, он несколько раз звонил и на громкой связи со всеми нами общался перед спектаклями. Мы позволили себе некоторые вольности с его пьесой. В собственном спектакле он тоже позволил себе некоторые вольности, но ему больше позволено. Он - автор.

- Как проходил выбор актеров?

- Процесс работы в нашем театре в девяносто девяти процентах случаев происходит так. Мы набираем команду, с которой нам интересно работать. Изначально никакого распределения ролей нет, все проясняется в процессе репетиций. Так было и в случае с “Иранской конференцией”. Репетиции длились почти год. Постепенно выкристаллизовывалось, кто к чему больше склонен, кого какие темы больше затрагивают, у кого в каком из монологов есть что сказать. Нам это было важно. Мы старались избежать насильственных действий и дать возможность всем попробовать все. Все актеры действительно перепробовали почти все роли. Постепенно, шаг за шагом, пришли к тому, что составы именно такие. Такая традиция работы с актерами переходит не только от спектакля к спектаклю, но и от режиссера к режиссеру.

- Как ставить спектакли вдвоем? Как это возможно?

- Для нас с Игорем это не первый и не последний опыт. Игорь - уникальный в этом смысле человек, у него уже довольно много спектаклей, и еще ни один он не выпустил в одиночестве. Мы с Игорем выпустили три спектакля. До этого он выпустил три спектакля с нашей актрисой Варей Светловой, сейчас работает с другим нашим артистом... Каждый проект - некое налаживание отношений и распределение обязанностей. Нам работалось довольно легко и комфортно. Это все про договор между людьми и способность открытой коммуникации.

- Извините за глупый вопрос. А зачем вдвоем ставить один спектакль? Не проще ли каждому поставить что-то свое?

- Я абсолютно убежден, что это дает определенный объем. Когда ты ставишь спектакль в одиночестве, можно не заметить собственных недочетов, уйти в какую-то вкусовщину. Когда есть второй человек с другой точкой зрения, “продукт” получается более качественным и понятным большему числу зрителей. Мы ведь оба с Игорем не имеем фундаментального режиссерского образования - только актерское. У нас совершенно разный опыт жизни после института. Эти различия позволяют нам видеть все немного по-разному и находить общие решения.

- Кто главный в вашем дуэте?

- Игорь. Я это признаю, мне так комфортно. В кино есть такое понятие - “второй режиссер”. Ну вот я, пожалуй, театральный режиссер второго плана.

- Жалко, что такой номинации нет в истории театральных премий... Что вы делаете, если не согласны друг с другом?

- Пробуем разные варианты. Мы готовы идти навстречу друг другу и признавать свои ошибки. Если мы видим сцену по-разному, прорабатываем ее отдельно и смотрим, какой вариант точнее. Мы стараемся быть довольно “горизонтальными” по отношению к артистам. Каждый артист тоже имеет свой взгляд. А тут девять артистов, каждый со своим взглядом. Приходится договариваться...

- Какие ваши спектакли вы бы хотели сегодня выделить?

- Первый успех, после которого меня начали воспринимать как режиссера, пришел ко мне в 2016 году со спектаклем “Разговоры беженцев” по Бертольту Брехту. Мы играли его на вокзалах. В Петербурге - на Финляндском. С этим спектаклем мы объездили много городов: от Новосибирска до Берлина. В 2017 году спектакль вошел в число номинантов на премию “Золотая маска”. Наш последний с Игорем спектакль - “Бумерит” по книге американского философа Кена Уилбера. И, конечно, “Иранская конференция”. Это основные три работы, которые я могу выделить.

- Последние четыре года вы являетесь арт-директором площадки “Скороход”. Расскажите, пожалуйста, что это такое.

- В 2012 году в бывшем здании завода “Скороход” (в прошлом - советская обувная фабрика) открылась театральная площадка, которая так и была названа - “Скороход”. Это открытая площадка, на которой практически нет собственной продукции. Афиша собирается из спектаклей разных театров, которым нужна площадка для воплощения своих самых безумных идей и экспериментов. Такой театр является нашим главным резидентом, я сотрудничаю с ним еще раньше, чем с площадкой “Скороход”.

- Такой театр впервые участвует в проекте “Stage Russia” и впервые в истории спектакль Такого театра выходит на широкую международную аудиторию. Я понимаю, что вас среди отцов-основателей не было, но что вы знаете об истории создания? Как это было?

- В этом году Такому театру исполнилось 20 лет. Он существует с 2001 года, мы праздновали двадцатилетие театра в начале декабря. Мне тридцать один год. Когда создавался театр, мне было десять лет, через пять дней после образования театра исполнилось одиннадцать. Поэтому я довольно умозрительно могу об этом рассказать. Создателями театра являются Александр Баргман, Александр Лушин, Ирина Полянская и Наталья Пивоварова. В 2000 году совместно они поставили спектакль “Черствые именины” по пьесе Галины Соколовой, а спустя год решили, что можно расти дальше и создавать театр. Я занимался тем, что для двадцатилетия театра готовил подборку всех спектаклей. Их было невероятное количество. Всех упомнить невозможно. Театр очень активно существует все эти годы.

- Чтобы создать новый театр в Питере, надо обладать изрядной смелостью при том обилии великих режиссеров, которые были и есть в городе... Опять же, может быть, вопрос не к вам. Зачем надо было создавать новый театр?

- Сложный вопрос, всегда вспоминается “Славянский базар”. Новый театр создается именно потому, что нет подходящего, того, который устраивает, в котором хотелось бы работать. Уже тогда все перечисленные мною создатели имели работу в разных местах, и им было при этом интересно работать вместе. А когда все хотят работать вместе, единственный способ - создать свой отдельный коллектив.

- Кто придумал название театра?

- Не знаю, сами создатели не могут найти ответ на этот вопрос. Забыли.

- Они не боялись каламбуров типа “такой-сякой”, и так далее?

- Каламбуры нас преследуют все шесть лет, и до нас были бесконечные каламбуры. Что поделать...

- Сегодня, по прошествии двадцати лет существования театра и шести лет вашей работы в нем, что нового, что ДРУГОГО предложил питерцам Такой театр?

- Нас отличает демократичность, незашоренность, открытость к не всегда понятному эксперименту и риску. Такой атмосферы, как у нас, нигде нет. Охарактеризовать словами атмосферу невозможно. Мне кажется, мы живее многих, мы не такие самоуверенные, мы готовы к диалогу, мы хотим, чтобы наш зритель имел право голоса. Наш плюс - то, что у нас нет труппы. В каждом проекте у нас именно те артисты, которые нужны, а не те, которых надо занять. У нас, в отличие от многих театров, полная свобода в выборе репертуара. Мы не закованы ни в какие рамки. Мы - открытый театр, активно работающий со своим зрителем.

- То, что вы говорите, напоминает мне “Седьмую студию” и “Гоголь-центр” Кирилла Серебренникова. Даже год создания “Скорохода” и “Седьмой студии” один и тот же - 2012. Демократичность, открытость, свобода выбора репертуара - это же все присуще московскому “Гоголь-центру”...

- Наверно, это будет смело, но если искать какое-то сравнение, наверно, это самое похожее, как бы нагло ни звучало. Но при этом у нас безумно много различий.

- Кого из ваших предшественников вы считаете самым значимым для себя? На чей опыт опирались, делая первые шаги в искусстве?

- Если говорить про первые шаги, то это классическая база. Я являюсь учеником Вениамина Михайловича Фильштинского. Он в меня плотно “вбил” и Станиславского, и Товстоногова. Но если перемещаться ближе к сегодняшней реальности, правильней говорить про поиск своего пути. Я не могу назвать кумира, которому следую. Мы - современные молодые режиссеры - собираем некую мозаику из того, что было до нас. Я закольцовываю наш разговор к сложности сегодняшнего мира. Уже невозможно просто “работать по Станиславскому”. Только из комбинаций рождается что-то живое.

- Есть ли такое понятие - питерский спектакль? Мои приятели, например, считают, что ничего лучше БДТ времен Товстоногова и Лебедева в театре не существует, и лучше ничего не смотреть, чем смотреть спектакли хуже. Как объяснить им, что Такой театр - это нечто новое и интересное?

- Для меня эта позиция странная. Значит, таким людям не очень-то нужен театр и убеждать их совсем не хочется. Я смотрю записи спектаклей Товстоногова, и мне скучно оттого, что все невероятно наигрывают. Я могу сказать, что наши артисты существуют гораздо жизненнее и честнее, чем тот же Лебедев, который играет на зал в тысячу человек и ему надо докричаться до пятого яруса... Мне кажется, сейчас нет особого питерского стиля. Такое было в восьмидесятые. Товстоногов еще был жив, в БДТ был один театр, а в “Современнике”, где все “шептали”, - другой. Я не думаю, что сегодня даже хорошо образованный в театральной среде человек, если его посадить в какой-то незнакомый зал и показать спектакль, сможет определить, где он находится: в Москве или Петербурге. Мне кажется, сейчас этой разницы нет.

- Что вас заинтересовало больше всего у коллег-режиссеров?

- Мы с Игорем в какой-то момент открыли для себя европейский театр. Это было года за два до начала нашей работы в Таком театре. Мы очень увлеклись немецким, польским, британским театрами. Мне кажется, я посмотрел все, что можно было посмотреть в интернете на этот счет. Тальхаймер и Остермайер были для нас первооткрывателями в плане нового европейского театра. Безусловно, на нас влияют спектакли Варликовски, Кастеллуччи. Я стараюсь следить за тем, что происходит в Европе, открывать для себя новые имена.

- В этом смысле “Иранская конференция” - спектакль очень стильный, европейский.

- Мы смотрим в Европу и пытаемся брать у нее все лучшее.

- Каким был для вас 2021 год, и каковы планы на будущий год?

- В мае мы выпустили премьеру - спектакль “Бумерит”, и с тех пор я ничего нового не репетирую. В апреле началась моя работа в качестве куратора факультета актерского мастерства в Академии перформативных искусств, которую мы открыли в этом году. Это захватило меня полностью: составление учебных программ, поиск педагогов, коммуникация со студентами... В феврале со студентами я выпускаю дипломный спектакль, после которого есть очень большой и важный план - отдохнуть.

- Мой традиционный финальный вопрос всем участникам проекта Stage Russia. Представьте, что вы выходите к зрителям в Чикаго перед премьерой киноверсии вашего спектакля. С какими словами вы обратитесь к аудитории?

- Я бы сделал все возможное, чтобы ничего не говорить, тем более в формате нашего конкретного спектакля. Выходит режиссер, что-то говорит, потом люди каким-то образом должны попасть в пространство конференции, где есть ведущий и определенные правила... Но если бы мне поставили условие, что это необходимо, тогда я бы, наверно, говорил про возможность не “выключать” своего внутреннего критика, а в конце пожелал бы всем приятного просмотра!

Nota bene! В “большом” Чикаго киноверсия спектакля “Иранская конференция” демонстрируется 16 января в 2.00 pm в кинотеатре The Wilmette Theatre (1122 Central Avenue, Wilmette, IL 60091). Все новости о проекте Stage Russia - на сайте www.stagerussia.com/.

Фотографии к статье:

Фото 1-6. Сцены из спектакля “Иранская конференция”. Фото - Андрей Сухинин