22 нояб. 2009 г.

В ожидании “Кати Кабановой”...

Пятьдесят пятый сезон чикагской Лирик-оперы в самом разгаре. Сезон интересный и неоднозначный. С первым составом исполнителей уже прошла опера Дж.Пуччини “Тоска”. Как всегда, великолепен был тенор из России Владимир Галузин. Каварадосси – пятая роль певца в Чикаго, и каждый раз поражаешься вокальным данным, мощному темпераменту, выразительным актерским способностям этого выдающегося мастера. Присутствие Галузина на сцене автоматически поднимает уровень всего спектакля, придает ему особую энергетику. Так было в дебюте певца в Чикаго в партии Германа в “Пиковой даме” П.Чайковского, так продолжалось в его пуччиниевских ролях и в партии Канио в “Паяцах” Р.Леонкавалло. Даже статичную роль Калафа в “Турандот” Галузин умудрился не просто спеть, но и сыграть. Что уж говорить о художнике Каварадосси! В этой роли есть где разгуляться, и Галузин полностью использует богатейший вокальный и артистический диапазон для передачи всех оттенков настроения своего героя. На фоне такого эмоционального Каварадосси Тоска в исполнении Деборы Войт показалась несколько заторможенной, в ней нет-нет, да и угадывались следы статичных вагнеровских героинь. Наверно, американская певица правильно делала, что с опаской относилась к партии Тоски: певица была слишком тяжеловесна для подобных оперных экзерсисов. Особенно это было видно в финале спектакля, когда Тоска, по либретто, взлетает на мост и бросается со скалы в пропасть. Полета у Деборы Войт явно не получилось...
Мы увидели постановку Франко Дзефирелли сорокапятилетней давности, созданную им для лондонского “Ковент-Гарден”. В том спектакле свои лучшие партии исполнили Мария Каллас и Тито Гобби. После трех лет уединения Дзефирелли вернул на сцену великую Каллас, встреча с режиссером стала событием в жизни певицы. Чикагский театр выкупил права на постановку Дзефирелли, и теперь этот спектакль принадлежит Лирик-опере... При всем моем уважении к творчеству замечательного итальянского режиссера надо сказать, что его “Тоска” смотрится на сегодняшней оперной сцене архаично. То, что было хорошо для Каллас в далеком 1964 году, требует изменений в 2009. Мне хочется видеть в Опере все-таки живое искусство, а не музей старательно оберегаемых древностей.
Так получилось, что одновременно с Лирик-оперой шедевром Джакомо Пуччини “Тоска” открылся новый сезон Метрополитен-оперы. Нью-Йоркский оперный театр не пошел по пути возобновления старых постановок, а решил создать что-то новое и оригинальное. МЕТ пригласил для постановки известного швейцарского театрального режиссера Люка Бонди. Я видел “Тоску” Бонди в кино и готов поспорить со зрителями, его освиставшими, и уважаемыми критиками, дружно его разругавшими. В погоне за сенсацией критики явно приписали спектаклю то, чего в нем нет. Вот лишь один пример. В первом акте Тоска (блистательное исполнение этой партии финской певицей Каритой Маттилой) хватает нож и разрезает картину, на которой изображена Мария Магдалена. “Святотатство!” – закричали критики. Почему? Это же не икона, а всего лишь картина, которую нарисовал художник Каварадосси. Безумно ревнивая Тоска, увидев этот рисунок, бросается на него с ножом. По-моему, как раз все очень логично. Люку Бонди ставят в вину странное поведение Тоски во втором акте. Убив Скарпиа (в этой роли на сцене МЕТ выступил грузинский бас Григорий Гогнадзе), она не уходит, как того требует либретто, а взбирается на подоконник и несколько секунд неподвижно смотрит вниз. Мне кажется, такое поведение героини тоже вполне оправданно. Тоска понимает, что убийство будет раскрыто и ей придется бежать. Она как бы предчувствует будущую трагедию и готова погибнуть во имя любви... Спектакль Люка Бонди получился живым и очень динамичным. Швейцарский режиссер заявил, что “шокирован поднятым скандалом”. Он сказал: “Я не подозревал, что в Нью-Йорке опера “Тоска” является священной библией”. В тон ему выступил генеральный директор Метрополитен-оперы Питер Гелб: “Опера - это не религиозный манускрипт. В постановке “Тоски” Бонди руководствовался исключительно намерением сделать оперу живой и энергичной”. Гелб явно дал понять, что и впредь рассчитывает делать упор на новаторские постановки, привлекая в театр молодую аудиторию.
Очень жаль, что прекрасную финскую певицу Кариту Маттилу мы не видели в роли Тоски в Чикаго. Вот у кого хватает и темперамента, и вокальных возможностей! Никогда не забуду замечательного дуэта Маттилы с Галузиным в “Манон Леско”. Такому кавалеру Де Грие можно только позавидовать!.. К Карите Маттиле я еще вернусь в этой статье, а пока – анонс новой старой чикагской “Тоски”. На подмостки Лирик-оперы пуччиниевская трагедия вернется в январе с другими солистами в той же самой постановке Дзефирелли. Чуда от нее ждать не приходится – разве что солисты заставят нас забыть обо всем остальном. В партии Тоски на сцене Лирик-оперы дебютирует литовская певица Виолетта Урмана, ее партнером станет итальянский тенор Марко Берти. Соотечественник Берти, итальянский бас Лючио Галло исполнит партию Скарпиа.
В отличие от “Тоски” второй спектакль Лирик-оперы произвел на меня огромное впечатление. Я говорю о шедевре Шарля Гуно “Фауст” в постановке Франка Корсаро. Оперы подобного уровня давно не было в Чикаго. “Фауст” в Лирик-опере – настоящий драматический спектакль с великолепными солистами, хором и оркестром. Этим спектаклем Лирик-опера показала, как современно можно ставить классические оперы с традиционными декорациями и костюмами. Такова природа театра: в одном случае это выглядит скучно и старо, в другом – современно и свежо! Оказывается, не надо современных костюмов и пустой сцены, чтобы показать персонажей, не зависящих от времени и эпохи. Это можно сделать всего лишь с помощью музыки, игры и пения актеров.
В партии Фауста на сцене чикагского театра дебютировал польский тенор Петр Бечала. После блестящего исполнения партии Эдгара в опере Доницетти “Лючия ди Ламмермур” о нем узнал весь мир. 7 февраля 2009 года в прямой трансляции из МЕТа зрители увидели новый дуэт: Анна Нетребко и Петр Бечала. После триумфа певцу посыпался град предложений, так что можно только порадоваться, что контракт с Лирик-оперой был подписан несколько лет назад. У Петра Бечалы – красивый, мягкий, лирический тенор. Он великолепно владеет голосом, у него хорошая школа. На сегодняшний день он является одним из лучших исполнителей партии Фауста.
Второй раз на сцене Лирик-оперы мы увидели пуэрториканскую певицу Анну Марию Мартинес. В прошлом сезоне она не столь удачно исполнила партию Недды в “Паяцах” Леонкавалло. Ее Маргарита в “Фаусте” гораздо интереснее - Мартинес как будто создана для этой партии. В лучших традициях французской вокальной школы певице удалось создать невероятно нежный и трогательный образ Маргариты, образ, завораживающий своей простотой, естественностью и вместе с тем удивительной женственностью и грациозностью.
Первые пять спектаклей партию Мефистофеля пел немецкий бас Рене Папе, и это, пожалуй, единственный исполнитель, про которого можно сказать, что он явно не дотягивает до своего героя. От Мефистофеля ждешь гораздо большей мощи и энергетики в голосе и в игре. К сожалению, на мой взгляд, Папе этими качествами не обладает. Дьявольщины было явно маловато, и образ Сатаны в его исполнении получился пресным.
Великолепен хор Лирик-оперы (хормейстер – Дональд Налли), полноправный участник спектакля. Забываешь, что перед нами хор: так естественно хористы держатся на сцене, так непринужденно играют и при этом еще поют и танцуют! Хор Лирик-оперы был выше всяких похвал в каждом спектакле, в том числе в третьей постановке сезона – ранней опере Джузеппе Верди “Эрнани”. Эта опера была поставлена в Чикаго лишь однажды – в сезоне 1984-85 годов. Сейчас на сцене Лирик-оперы идет новый спектакль. Впрочем, если бы об этом не было написано в программке, вполне можно было предположить, что перед нами – возобновление спектакля, причем, образца шестидесятых-семидесятых годов. Та же стилистика, те же колонны – непременные атрибуты королевских покоев, те же неподвижно стоящие герои… Отсутствие оригинальных идей в постановке можно было не заметить, если бы на сцене царили выдающиеся солисты. Увы, таковых в “Эрнани” не оказалось, хотя в главных партиях мы услышали, как сказано в аннотации, “признанные вердиевские голоса”: Эрнани – итальянский тенор Сальваторе Лиситра (мы его слышали в партии Радамеса в “Аиде”), Эльвира – американская певица Сондра Радвановски. Голоса были хоть и “признанные”, но звучали они очень неровно, явно не дотягивая до лучших итальянских образцов. К тому же Сондра Радвановски была так далека от страданий своей героини, а на ее холодном лице не отражалось ничего, кроме желания поскорее закончить пение, что когда Эрнани заколол себя, никакой скорби ни у кого не было. Самое приятное впечатление оставил исполнитель партии Дона Карло, красивый израильский баритон Боаз Даниэль. Местами был хорош итальянский бас Джакомо Престиа в партии Дона Руи Гомеса де Сильвы. Это был дебют певца в Чикаго.
Впереди еще два представления “Эрнани” (20 и 23 ноября), а Лирик-опера живет ожиданием новой премьеры. На сцене театра идут последние репетиции оперы Леоша Яначека “Катя Кабанова”. Эта постановка была сделана режиссером Джонатаном Миллером специально для Метрополитен-оперы.

Сочетание мелодичности и драматизма, страстности и лиризма – вот что отличает музыку Яначека. Не случайно его часто называют “чешским Пуччини”. Действительно, взволнованный характер музыки, эмоциональные переживания, драматический сюжет роднят героев Яначека с лучшими пуччиниевскими творениями. В основе опер Яначека всегда лежит мощная драматургия, и это связывает его уже с русскими композиторами. Трагедия “Енуфа”, опера по прозе Ф.Достоевского “Из мертвого дома”, “Средство Макропулоса” по К.Чапеку – эти оперы явились новым словом в развитии оперного искусства XX века.
Опера “Катя Кабанова” создана по классической, знакомой каждому по школьной программе пьесе Александра Николаевича Островского “Гроза”. Мы помним грозную Кабаниху, самодура Дикого, бесхарактерного Тихона и, конечно, Катерину – “луч света в темном царстве”. Полюбила Бориса вольная птица Катерина, “в себе не вольна была”, обманывать не умела и скрыть не могла. Кабаниха злорадствует, Тихон печалится, Катерина страдает. Долго так продолжаться не может, тем более, что Борис уезжает в Сибирь. Она просит взять ее с собой, но он отказывается. Катерина прощается с любимым, в ужасе восклицает: “Опять жить?” и бросается с обрыва. “Хорошо тебе, Катя! А я-то зачем остался жить на свете да мучиться!” - этими словами Тихона завершается пьеса Островского и опера Яначека. Абсолютно веристский сюжет, не правда ли? А если вспомнить, что Яначек заинтересовался “Грозой” в 1919 году, когда уже были написаны оперы Пуччини, Масканьи, Леонкавалло, то сравнение с веризмом выглядит вполне обоснованным. Почему вдруг Островский? Дело в том, что какое-то время Яначек жил в Нижнем Новгороде. Он полюбил Россию и Волгу, гладь которой, как он писал, “столь же светла в лунном свете, как и Катина душа”.”Моя Катя”, - так говорил о героине Леош Яначек и пытался найти в музыке такую же глубокую выразительность, как и чувства самой Кати. Он почти наполовину сократил текст пьесы, убрал из нее длинноты, второстепенные диалоги и то, что композитор называл “документами эпохи”. В итоге получилась пронзительная история любви, одиночества и смерти. Катя Кабанова, ее любовь, страсть, переживания – вот что составляет основу оперы. Все вертится вокруг Кати, все персонажи рассматриваются композитором с точки зрения их взаимоотношений с главной героиней. Поэтому ключевое значение приобретает исполнительница главной партии. Сразу скажу: нам повезло! С ролью Кати Кабановой в Чикаго возвращается Карита Маттила - “величайшая поющая актриса нашего времени”, как назвала ее недавно лондонская газета “The Observer”.
Ничто не предвещало, что родившаяся на ферме в деревушке Самеро вблизи маленького городка Турку девочка по имени Карита станет певицей. Ее родители были весьма консервативны, и дети (Карита и три брата) получили строгое воспитание. Маттила рассказывает: “Мои родители - простые люди. Я – человек из финской глубинки, из очень маленькой деревни, из большой фермерской семьи. Я похожа на Енуфу – героиню оперы Яначека. Я помню “жемчужные драгоценности”, которые я носила в юности. Я сделала их сама из сухих макарон и потом покрасила”.
Маттиле было двадцать лет, когда она выиграла национальный конкурс вокалистов. Вскоре пришла победа на другом - международном. Тогда она еще не была уверена, хочет ли быть оперной певицей, а когда занялась оперным пением всерьез, перестала участвовать в конкурсах. Объясняла она это просто: “Это было для меня несерьезно. Моя цель была стать профессиональной певицей. Не сенсацией на год, чтобы потом быть забытой, а профессиональной певицей. Поэтому я сказала себе: “Больше - никаких конкурсов! Если я недостаточно хороша для этой роли, я просто не буду петь””. В начале восьмидесятых Маттила занималась на оперном отделении в Академии имени Сибелиуса в Хельсинки у Лизы Линко-Мальмио. С 1984 года у нее появился постоянный педагог - Вера Роза. Она стала петь в родных местах: в Савонлинне, Хельсинки. Даже после ее вашингтонского дебюта 1983 года (это была партия Донны Эльвиры в “Дон Жуане” Моцарта) никто не мог предположить, что певицу ждет столь головокружительная карьера. Но вслед за Вашингтоном последовали “Ковент-гарден”, Венская опера, театры Италии и Германии, далее – везде... На сцене Метрополитен-опера Маттила дебютировала в партии Эльзы в опере Вагнера “Лоэнгрин” в постановке Роберта Уилсона. Репетиции шли мучительно: Уилсон требовал от нее балетного танца. Маттила занималась балетом три раза в неделю, делала специальные массажи. Пригодилась спортивная закалка – она с детства играла в волейбол, занималась плаванием. В результате она осилила балетный танец, и на премьере певицу ждал оглушительный успех.
В марте 2007 года Маттила исполнила партию Саломеи в одноименной опере Штрауса на сцене Метрополитен-оперы, продемонстрировав в этой роли удивительный синтез вокала, хореографии и чувственности. Партию Саломеи она завершила эффектным “танцем семи покрывал”.
Сегодня Карита Маттила находится в прекрасной творческой форме. В ее репертуаре – партии в операх Моцарта и Верди, Вагнера и Штрауса, Чайковского и Пуччини. Это сложные, противоречивые женские характеры, вызывающие неоднозначные оценки у публики и пишущей братии: Донна Анна и Леонора, Манон Леско и Саломея, Электра и Амелия. В 2003 году певица с большим успехом исполнила главную партию в “Енуфе” Яначека в постановках “Метрополитен-оперы” и парижской “Опера Де Бастиль”. Партию Кати Кабановой Маттила пела в оперном театре Сан-Франциско и у себя на родине, в Хельсинки.
Путь от финской деревушки Самеро до лучших сцен мира Маттила прошла, как по терниям к звездам, и добилась триумфа! Ну а в родной зал Тампере певица всегда возвращается с особым чувством. Кажется, что все новые роли она пробует у себя на родине. Так было с ролью Лизы в “Пиковой даме” Чайковского, с пуччиниевской Манон Леско, так было и с Катей Кабановой. Она говорит о Кате: “Много людей из тех, которым я доверяю, сказали мне: “Ты звучала не по-скандинавски, ты звучала не холодно”. Я была счастлива. Для меня эта роль стала взятием новой высоты в опере”.
Чикаго давно стоит в списке любимейших городов Маттилы. В 1995 году она записала здесь “Майстерзингеров” с Георгом Шолти. Эта запись была удостоена премии “Грэмми”. Неоднократно выступала она и на сцене Лирик-оперы. Впервые она выступила на сцене театра в сезоне 1988-89 годов в партии Донны Эльвиры в “Дон Жуане” в статусе молодой, подающей надежды певицы. В следующем сезоне - партия Памины в моцартовской “Волшебной флейте”. Казалось, Маттила станет постоянной солисткой театра. Но потом наступил необъяснимо долгий перерыв длиной в пятнадцать (!) лет, в течение которых она покоряла лучшие оперные сцены мира. Возвращение Маттилы в Лирик-оперу состоялось в сезоне 2004-05 годов сразу в двух партиях: Донны Анны в “Дон Жуане” Моцарта и Леоноры в опере Бетховена “Фиделио”. Спустя год певица вновь выступила в Чикаго в партии Манон Леско в одноименной опере Пуччини. О ее дуэте с Галузиным я упоминал уже в этой статье. Русский тенор высоко ценит Маттилу, ее вокальные способности и желание работать. Маттилла и Галузин понимают друг друга и любят работать вместе. Кроме “Манон Леско” они пели вместе “Пиковую даму” на сцене “Опера Де Бастиль” и в Метрополитен-опере. Галузин называет Маттилу “трудягой”, и в его устах это звучит высочайшим комплиментом.
У певицы дом во Флориде и квартира в Лондоне. Первое, что она купила в эту квартиру, был розовый рояль. Ее муж – Тапио Кунейнен, бывший продавец автомобилей. Она его встретила, покупая “Мицубиси Сигма”. На пятую годовщину свадьбы он подарил ей белый рояль, так что теперь у певицы в каждом доме по музыкальному инструменту. Но, вообще, в быту она скромна и непритязательна. Живет только сценой, проживая свои роли, как настоящая драматическая актриса. На сцене ей одинаково доступны и трагедия, и фарс, она умеет играть и простую женщину, и королеву...
В этом месяце Карита Маттила – гостья Чикаго. Кстати, может быть, кто-то из вас, уважаемые читатели, встретит ее на чикагской улице: она катается на велосипеде во всех местах, где выступает, в том числе в Чикаго.

После дебюта в партии Иродиады в “Саломее” Р.Штрауса сезона 2006-07 годов в Лирик-опере снова поет канадская певица Джудит Форст. На этот раз – в партии Кабанихи. В “Кате Кабановой” мы услышим сразу четырех новых солистов. Среди дебютантов – лауреат премии Ричарда Такера 2007 года, американский тенор Брендон Йованович и литовская меццо-сопрано, выпускница Литовской академии музыки и Оберлинской консерватории Лиора Гродникайте.

Ну а тем, кто по каким-либо причинам не сможет посмотреть оперу в театре, предлагаю альтернативу – оперы в кино! Растет и ширится инициатива Метрополитен-оперы в деле популяризации жанра; четвертый год лучшие оперные спектакли театра можно увидеть в кинотеатрах по всему миру, в том числе в Чикаго и пригородах. В показе спектаклей Метрополитен-оперы участвуют девятнадцать кинотеатров Иллинойса. Подробную информацию, а также адреса кинотеатров вы найдете на Интернет-сайте http://www.metoperafamily.org/metopera/broadcast/hd_events_current.aspx.

Но и это еще не все. Примеру лучшего оперного театра Америки последовали ведущие европейские театры. Оперные и балетные спектакли показывают Большой и Мариинский театры, “Ла Скала”, “Ковент-гарден”, Зальцбургский оперный фестиваль, оперные театры Мадрида, Флоренции и других городов. В Иллинойсе пока шесть кинотеатров участвуют в этих показах. Адреса кинотеатров вы найдете на Интернет-сайте http://www.operaincinema.com/
Так что опер в Чикаго и пригородах в этом сезоне будет много. Не пропустите!

Комментариев нет: