25 мая 2019 г.

Cirque du Soleil представляет: “VOLTA”. Новое шоу Цирка Солнца в Чикаго


Блистательная канадская труппа Cirque du Soleil (Цирк Солнца) вновь в Чикаго! На этот раз - с последней премьерой, спектаклем VOLTA. Автор сценария и режиссер - Бастьен Александр. Креативный директор - Жан Гибер. Хореограф - Жюли Перрон.



VOLTA” - настоящее шоу XXI века: яркое, современное, энергичное, полное увлекательных фокусов, впечатляющих спецэффектов и настоящих открытий! Слово “volta” имеет несколько значений. Дословный перевод с итальянского языка - “поворот”. Слово это многозначное: в музыке оно употребляется для обозначения повторяющейся с некоторыми изменениями темы, в физике - как единица измерения электрического напряжения. В спектакле толкование названия тоже многозначно. Это и внезапный поворот лица, движения; это и толчок, выброс энергии. Создатели спектакля говорят нам: будьте верными себе, реализовывайте свой истинный потенциал, показывайте собственную силу, освободитесь от постороннего влияния и станьте свободными! Вот такой неожиданный призыв к свободе и либеральным ценностям от самого популярного цирка мира.


Создатели спектакля говорят, что черпали вдохновение в уличной акробатике. Любители городских видов спорта постоянно бросают вызов самим себе, устраивая гонки на велосипедах, лазание по канатам, прыжки с крыши на крышу и прочие экстремальные развлечения. Все это будет в спектакле в исполнении лучших акробатов, велосипедистов, гимнастов, жонглеров.

Как всегда, Cirque du Soleil соединяет все лучшее, что есть в канадском, американском и европейском цирках. Живая музыка, вовлечение зрителя в представление, остроумные сценки с участием клоунов соседствуют с жонглерами, трюками со скакалкой, прыжками на трапеции и батуте. И как всегда, клоунские репризы, а также игра со зрителями служат необходимым дополнением к главному “блюду” - сложнейшим акробатическим номерам.

Костюмы к спектаклю разработаны фирмой Zaldy Goco, известной своим сотрудничеством с артистами уровня Леди Гага и Бритни Спирс.



Особенность чикагских гастролей шоу VOLTAв том, что знаменитый цирковой шатер впервые будет возведен не на арене United Center, как это было раньше, а на новом месте - на территории футбольного стадиона Soldier Field.

Еще одна отличительная особенность Cirque du Soleil - никаких фонограмм! Вся музыка исполняется только вживую. В шоу VOLTA звучит музыка французского композитора Энтони Гонсалеса, руководителя электронного музыкального проекта M83.



VOLTA” - сорок первое представление в истории цирка и восемнадцатое, которое  увидят зрители большого Чикаго. Премьера шоу состоялась 20 апреля 2017 году в Монреале. Потом были выступления в Торонто, Майами, Тампе, Сан-Франциско, Сан-Хосе, Сан-Диего. После Чикаго шоу увидят в Вашингтоне, Атланте и Лос-Анджелесе.



Немного истории. Cirque du Soleil был основан в 1984 году канадским артистом и музыкантом Ги Лалиберте. В первый год в составе труппы было семьдесят три человека, включая двадцать цирковых артистов. Сам Лалиберте участвовал в представлениях на ходулях и был глотателем огня. С 1984 года спектакли цирка посмотрели более ста девяноста миллионов зрителей в более чем пятидесяти городах мира на всех континентах. Труппа славится своими яркими, красочными постановками и охотно показывает их в разных странах. Есть шоу, которые сделаны специально для определенного зала или находят постоянный “приют” в конкретном месте. Шесть представлений цирка уже многие годы являются “невыездными”, их можно увидеть только в Лас-Вегасе: “Mystere” в гостинице-казино “Treasure Island”, “О” в “Bellagio”, “Zumanity, The Sensual Side of Cirque du Soleil” в “New York-New York”, KÀ” в MGM, “The Beatles LOVE” в “The Mirage”, “CRISS ANGEL Believe” в “Luxor. С 1 ноября 2012 года их число пополнилось шоу “ZARKANA”, получившим постоянную прописку в гостинице-казино “Aria”.



В Cirque du Soleil работают около четырех тысяч человек. Членами труппы являются более тысячи четырехсот артистов, представляющих около шестидесяти стран мира и говорящих на двадцати пяти языках. Среди них много русскоязычных артистов, но в шоу “VOLTA” занят только один. В роли Клоуна - Андрей Кислицин.


Приглашаю вас в шатер на новое шоу Цирка Солнца!



Nota bene! Шоу “VOLTA” идет до 6 июля по адресу: Big Top at the Soldier Field South Lot, 1410 Museum Campus Drive, Chicago, IL 60605. Заказ билетов на сайте cirquedusoleil.com/volta или по телефону 1-877-924-7783 (1-877-9CIRQUE). Действуют скидки для членов Клуба любителей Цирка (Cirque Club members). Стать членом клуба можно, зарегистрировавшись на сайте www.cirqueclub.com. Подробную информацию о Cirque du Soleil можно найти на сайте www.cirquedusoleil.com.



Фотографии к статье:

Фото 1. Фото - Мэтт Берд. Костюмы - Zaldy

Фото 2. Фото - Патрис Ламоре. Костюмы - Zaldy

Фото 3. Фото - Мэтт Берд. Костюмы - Zaldy

Фото 4. Фото - Мэтт Берд. Костюмы - Zaldy

Фото 5. Фото - Майкл Касс. Костюмы - Zaldy

Фото 6. Фото - Мэтт Берд. Костюмы - Zaldy

Фото 7. Фото - Мэтт Берд. Костюмы - Zaldy

Фото 8. Фото - Патрис Ламоре. Костюмы - Zaldy

22 мая 2019 г.

Чикагский симфонический центр представляет... Концерты 23 - 26 мая 2019 года


23 и 25 мая, 8.00 pm; 24 мая, 1.30 pm; 26 мая, 3.00 pm. Страстная и зажигательная южноамериканская и испанская музыка прозвучит в эти дни в исполнении Чикагского симфонического оркестра (далее - ЧСО). В программе: Четыре танца из балета “Эстансия” А.Хинастеры, Аранхуэсский концерт для классической гитары и оркестра Х.Родриго (солист - Пабло Сайнс Вильегас), рапсодия для оркестра “Испания” А.-Э.Шабрие, симфония “Буэнос-Айрес” А.Пьяццоллы (соло на бандонеоне - Дэниэль Бинелли). За дирижерским пультом - маэстро из Коста-Рики Джанкарло Герреро.

Отец Альберто Хинастеры (1916-1983) был каталонцем, мать - итальянкой. Будущий композитор родился и вырос в Буэнос-Айресе, окончил там консерваторию, занимался у Аарона Копланда в США и большую часть жизни провел в Женеве. В историю музыки вошел как аргентинский композитор, хотя сам всегда подчеркивал свое каталонское происхождение и хотел, чтобы его фамилию произносили по-каталонски - Жинастера.

Балет “Эстансия” (“Estancia”, 1941) относится к раннему периоду творчества композитора, когда он увлекался народными мелодиями и танцевальной музыкой. Впоследствии Хинастера стал сочинять усложненные композиции и оперы. В нью-йоркской постановке его первой оперы “Дон Родриго” (1964) главную партию исполнил Пласидо Доминго. Было это в 1966 году, и Доминго тогда никто не знал.

Аранхуэсский концерт для классической гитары и оркестра (Concierto de Aranjuez) - самое известное сочинение испанского композитора Хоакина Родриго (1901-1999). Он сочинил его в Париже весной 1939 года и посвятил гитаристу Рехино Сайнсу де ла Маса. Первое исполнение состоялось в Барселоне осенью 1940 года. Название концерта отсылает нас к загородной резиденции испанских королей в Аранхуэсе, где раскинулся прекрасный цветочный сад.

Рапсодия для оркестра Алексиса-Эммануэля Шабрие (1841-1894) - романтическое объяснение в любви Испании со стороны французского композитора-аристократа.

Симфонию “Буэнос-Айрес” аргентинский композитор Астор Пьяццолла (1921-1992) сочинил в Париже, во время учебы у педагога и композитора Нади Буланже. А начинал свой творческий путь Пьяццолла, занимаясь у Альберто Хинастеры. Круг замкнулся...

Сорокадвухлетний Пабло Сайнс Вильегас - испанский гитарист-виртуоз, лауреат многочисленных международных премий и конкурсов, один из лучших классических гитаристов нашего времени. Критики называют Вильегаса душой испанской гитары, а зрители любят за романтическую составляющую его игры. Вильегас выступает в крупнейших залах мира, работает с камерными и симфоническими оркестрами. На фирме NAXOS выпустил альбомы с музыкой Л.Берио и испанскими мелодиями. Его дебют в Чикаго состоялся летом 2017 года на Grant Park Music Festival. Вильегас солировал в еще одном концерте Хоакино Родриго Fantasía para un gentilhombre для гитары с оркестром. Оркестром Грант-парка дирижировал Карлос Кальмар.

Из давнего интервью музыканта Гитарному журналу я выбрал фрагмент, касающийся гитары и ее звука: Я играю на гитаре, сделанной в 1992 году Маттиасом Дамманом. Верхняя дека из кедра, обечайки из бразильского Palo Santo... Как правило, чем лучше гитара, тем больше требований она предъявляет к исполнителю... Самый лучший звук гитары - ее собственный. Но когда играешь с оркестром или в большом зале, подзвучку надо использовать обязательно. Я так и делаю. В этом случае аудитории не приходится прислушиваться, чтобы разобрать, что играет гитара, а я могу показать все динамические оттенки инструмента и точнее передать музыку.

С ЧСО Вильегас выступает впервые.


Дирижер Джанкарло Герреро родился в Никарагуа. В ранние годы с родителями эмигрировал в Коста-Рику, где присоединился к молодежному симфоническому оркестру. Он начинал карьеру в качестве перкуссиониста, а потом перешел на дирижирование. Учился в Baylor University (штат Техас) и Северо-Западном университете (Эванстон, штат Иллинойс). Музыкальный руководитель Вроцлавского филармонического оркестра, главный приглашенный дирижер оркестра Гульбенкяна в Лиссабоне и с 2009 года седьмой музыкальный руководитель Симфонического оркестра Нэшвилла (штат Теннесси), Герреро является лауреатом шести (!) премий “Грэмми”, в том числе - за лучший концерт оркестра (Daugherty: Metropolis Symphony; Deus Ex Machina) в 2011 году и лучшее инструментальное соло (Schwantner: Concerto for Percussion & Orchestra) в 2012 году (Герреро дирижировал оркестром Нэшвилла, солист - Кристофер Лэмб). Благодаря усилиям Герреро Нэшвилл превратился в американскую столицу современной академической музыки. Вместе с композитором Аароном Джей Кернисом он создал при Симфоническом оркестре Нэшвилла Лабораторию по производству музыки (Composer Lab & Workshop). Результаты не заставили себя долго ждать. Только за последние годы Симфонический оркестр Нэшвилла исполнил премьеры девяти симфонических произведений, включая “All Things Majestic” Дженнифер Хигдон (премия “Грэмми” за лучшую запись) и Четвертую (Heichalos”) симфонию Джонатана Лешноффа. Это сочинение создано специально для группы Violins of Hopeinitiative, которая использует инструменты, чудом сохранившиеся в нацистских концлагерях. Всего с Оркестром Нэшвилла Герреро выпустил семнадцать дисков!

Дирижерский дебют Герреро в Чикаго состоялся летом 2014 года на Grant Park Music Festival. С ЧСО выступает впервые.

Перед началом концертов на втором этаже Симфонического центра (23 и 25 мая, 6.45 pm; 24 мая, 12.15 pn; 26 мая, 1.45 pm, Armour Stage) состоятся тридцатиминутные беседы музыковеда Лауры Причард об исполняемых произведениях.



24 мая, 8.00 pm. Джазовый вечерTwo Wings: The Music of Black America in Migration. Пианист Джейсон Моран (2010 MacArthur Fellow), его жена, певица Алисия Холл Моран и Kenwood Academy Jazz Band под управлением Джеральда Пауэлла рассказывают музыкальную историю миллионов афроамериканцев, покинувших в начале XX века сельские южные штаты и в поисках лучшей жизни отправившихся на промышленный север США. Первая мировая война дала мощный импульс развитию промышленности, и в индустриальных центрах (таких, как Детройт и Чикаго) был колоссальный спрос на рабочие руки. В сороковые годы люди тысячами закрывали свои лачуги, снимались с места, садились на иллинойский скорый поезд, который выезжал из Нового Орлеана, проезжал по реке Миссисипи, подбирая таких же искателей приключений, а потом шел на Сент-Луис, Мемфис, Чикаго... Благодаря Великой миграции афроамериканские музыканты вышли на лучшие сцены крупнейших американских городов, а мир получил джаз, блюз, свинг...

Перед началом концерта на втором этаже Симфонического центра (7.00 pm, Grainger Ballroom) состоится тридцатиминутная беседа чикагского историка Тимуэля Блека о влиянии Великой миграции на развитие музыкальной культуры в США.



Nota bene! Билеты на концерты Чикагского симфонического центра сезона 2018-19 годов и абонементы на сезон 2019-20 годов можно приобрести на сайте www.cso.org, по телефону 312-294-3000, по почте или в кассе по адресу: 220 South Michigan Avenue, Chicago, Il 60604. Одиночные билеты на концерты сезона 2019-20 годов появятся в продаже 9 августа 2019 года.



Фотографии к статье:
Фото 1. Джанкарло Герреро. Фото - Ma2la 

Фото 2. Пабло Сайнс Вильегас. Фото - Лиза Маццуко 
Фото 3. Джейсон и Алисия Холл Моран. Фото – Дэвид Бей

13 мая 2019 г.

Олег Габышев: “Я всегда жду сюрпризов!” Интервью с ведущим солистом Театра балета Эйфмана


С 17 по 19 мая в Чикаго состоятся гастроли Санкт-Петербургского государственного академического театра балета Бориса Эйфмана. Мы увидим североамериканскую премьеру балета “Эффект Пигмалиона”. Главную мужскую партию исполняет ведущий солист труппы Олег Габышев. В эксклюзивном интервью вашему корреспонденту Олег рассказывает о новом балете, особенностях творческого метода Бориса Эйфмана и о том, что ему больше всего нравится в Чикаго.



Кто есть кто в современном балете. Олег Габышев. Родился 10 августа 1985 года в Волгограде. В 2003 году окончил Новосибирский государственный хореографический колледж. С 2004 года - солист балета Санкт-Петербургского государственного академического театра балета Бориса Эйфмана. За время работы в театре исполнил партии Базиля (“Я - Дон Кихот), Партнера (“Красная Жизель), Наследника (“Русский Гамлет), Дон Жуана (“Дон Жуан, или Страсти по Мольеру), Вронского (“Анна Каренина), Треплева (“Чайка), Онегина (“Евгений Онегин), Родена (“Роден, ее вечный идол), Дмитрия Карамазова (“По ту сторону греха), Мужа и Мужчины (“Реквием), Дика Дайвера (“Up & Down), Чайковского (“Чайковский. PRO et CONTRA). Заслуженный артист России. Лауреат премий “Золотая маска” и “Золотой cофит”.



-          Олег, любое классическое произведение становится для Бориса Эйфмана лишь отправной точкой для создания балета. Начиная работу над “Пигмалионом”, вы предполагали, что это будет нечто особенное, не повторяющее сюжет пьесы Бернарда Шоу?

-          Конечно. Борис Яковлевич берет за основу произведение, а потом начинает переосмысливать его. В любом источнике он находит для себя “междустрочье”. Сам миф о Пигмалионе очень востребован в мировой культуре, и каждый художник интерпретирует его по-своему. Борис Яковлевич “разделил” главную героиню Галатею на два персонажа: Галу и Тею. Одна - Гала, девушка из трущоб - живет в мире нищеты; другая - Тея, звездная танцовщица, - в мире богатства. У Эйфмана есть интересная находка: царство роскоши, снобизма, элиты соотнесено с эстетикой бальных танцев с их яркими, вычурными костюмами и прическами. Встретившись с чемпионом по бальным танцам Лионом (я исполняю эту партию), Гала начинает тренироваться под его руководством и входит в новый для себя мир. Однако стать в нем своей героиня в итоге не сможет... Балет у нас получился и комедийный, и социальный одновременно.


-          Комедийный балет – это так непривычно для Эйфмана!

-          Для нас, артистов, после всех последних психодрам, выпущенных театром, это тоже необычно. Возможно, воздушная музыка Иоганна Штрауса-сына навеяла соответствующую хореографию, лишенную внутреннего надлома и депрессивных оттенков. Ощущение легкости не проходило в течение всего постановочного периода. Было приятно наблюдать, как артисты веселились. Борис Яковлевич даже в какой-то степени провоцировал нас на импровизацию, художественное хулиганство, чтобы получились забавные эпизоды. Кстати, работая над новым спектаклем, Эйфман пересматривал фильмы с Чаплиным. У великого комика ведь настоящий балет в кино...

-          Сумасшествие и трагизм в балете передать легче, чем комедию, правда?

-          Вы правы, рассмешить зрителя, не используя избитые приемы, очень сложно. Поворот головы, взгляд, небольшое утрирование в движении - мы передавали именно тонкие нюансы поведения, заставляющие публику не хохотать, но внутренне улыбаться.

-          Кто ваши прекрасные дамы?

-          Моя партнерша по бальным танцам - Тея. Это собирательный образ светской львицы, которая всегда недовольна своим партнером. Она хочет быть в центре внимания и в итоге проигрывает – и в жизни, и в бальном зале. В этой партии вы увидите новую солистку балета нашего театра Алину Петровскую. Любовь Андреева исполняет роль Галы. В начале спектакля ее героиня манерами и пластикой напоминает, скорее, мальчишку-хулигана, но по мере развития сюжета происходит трансформация образа. Мне кажется, зрителю всегда интересно наблюдать за метаморфозами персонажа. Следить, как он развивается - растет или, наоборот, деградирует, какие обстоятельства на него воздействуют... Во время работы над “Пигмалионом” Бернард Шоу увлекался английской фонетикой. Он полагал, что красивый, чистый, английский язык без вульгарщины и приторно аристократичной манеры способен повлиять на поведение человека, его силу воли. Писатель был убежден: грамотная речь может духовно преобразить личность. А Борис Яковлевич, в свою очередь, считает, что танец меняет человека и делает его чище. Девочка с грубыми, неотесанными движениями превращается в настоящую звезду. Другое дело – это не приносит героине счастья. Она выигрывает чемпионат по бальным танцам, выходит на иной уровень, но понимает, что чужеродна новому миру. Гала не может остаться в нем, но и назад пути уже нет.


-          Ваш герой тоже меняется к финалу спектакля?

-          Лион достаточно консервативен и остается самовлюбленным и эгоистичным человеком на протяжении всего спектакля. Он работает с Галой, прежде всего, потому, что хочет выиграть спор и продемонстрировать окружающим: его педагогический талант позволит превратить эту грубоватую девушку в артистку. Но при всех отрицательных качествах образ Лиона не вызывает негативную реакцию. Скорее, улыбку. Может быть, в этом персонаже мы обнаруживаем свои черты. Мы ведь тоже иногда смеемся над собой, собственным самомнением и эгоцентризмом.

-          Расскажите, пожалуйста, о музыкальном оформлении спектакля.

-          Как всегда, Борис Яковлевич обращается к разной музыке. В основном, “Эффект Пигмалион” поставлен на произведения Иоганна Штрауса-сына (использованы, в том числе, фрагменты из оперетт). А в финале - эмоциональный всплеск: звучит музыка Моцарта с его гениальной простотой и тонкостью, трогающей до глубины души.

-          В этом году исполняется пятнадцать лет вашей работы в театре Эйфмана. Каковы особенности творческого метода Бориса Яковлевича?

-          Борис Яковлевич идет самым тяжелым путем - ежеминутного, ежесекундного поиска. Каждый день - репетиции, эксперименты, пробы... Сначала эти “пазлы” не собираются, но потом благодаря его режиссерскому таланту выстраивается четкая линия спектакля. Хореограф должен, прежде всего, быть хорошим режиссером. Не просто постановщиком движений, а создателем особого художественного мира, который заставляет зрителей оставаться в напряжении на протяжении всего спектакля. Я вижу, как благодаря ежедневным пробам и ошибкам выстраивается режиссура Эйфмана. Мы ставим дуэт, а потом хореограф может его сократить или полностью убрать и сделать совершенно другую картину, не жалея потраченных дней и недель. Борис Эйфман не боится рисковать.


-          Эйфман в работе диктатор?

-          На восемьдесят процентов - диктатор, на двадцать - отталкивается от предложений артистов. Но мы - не марионетки, делающие все, что скажет Мастер. Артисты - помощники хореографа. Мы чувствуем особую ответственность. На нас строится роль, от нас многое зависит... Это - приятная и почетная миссия.

-          Как происходит у Эйфмана подготовка к спектаклю?

-          Где-то на протяжении года готовится музыкальная партитура, разрабатываются сюжетные линии, хореографические приемы, сценический дизайн... Готовясь к очередной постановке, Борис Яковлевич уже представляет, кто какую роль будет исполнять. Но случаются и сюрпризы. В балете “Евгений Онегин” я изначально репетировал Ленского. Первый акт был поставлен, а во втором меня “повысили” до Онегина, и на премьере я танцевал эту партию. Борис Яковлевич понял, что я способен лучше показать уставшего от жизни циника Онегина, нежели романтика Ленского... Эйфман ориентируется на особенности артиста и предлагает ему разные варианты. Самое интересное, когда артист разрушает барьеры и ломает стереотипы. В этом и есть развитие. Когда я прихожу на спектакль и вижу знакомого актера в одних и тех же ролях, мне становится скучно. Интересней видеть исполнителей в разных амплуа. Я всегда жду сюрпризов! Мне в этом плане повезло - у меня все роли разноплановые. Сравните Родена и Онегина, Дмитрия Карамазова и Чайковского. Кардинально разные характеры.

-          Была ли у вас роль, которая идеально совпала с вашим характером?

-          Очень трудно сказать. Все мои герои в итоге становятся близкими мне. Столько времени, энергии ты вкладываешь в роль во время постановочного процесса! Некоторые работы готовятся в течение года. Кроме того, роль может влиять на мою собственную жизнь и тогда начинают происходить ситуации, повторяющие события спектаклей. Меня это даже пугает: надо разграничивать сцену и жизнь. Но, наверно, подобное естественно, если ты семь часов в день посвящаешь одной партии. Поэтому надо быть аккуратным в выборе ролей.

-          Хороший совет начинающим артистам… Олег, вы танцуете в балетах Эйфмана пятнадцать лет. Не устали от работы с ним? Не кажется ли вам, что работа только с одним - пусть и великим - балетмейстером сужает диапазон творчества? Не возникало ли у вас желания поработать с другими мастерами?

-          Конечно, возникало. Думаю, это нормальный процесс. Я понимаю: если хочу развиваться, нужно обращаться к разным стилистикам танца. Я также учусь на спектаклях великих балетмейстеров Ролана Пети, Джона Ноймайера, многих других. А еще работаю со своим материалом. Если я хочу немного “отдохнуть” от хореографии Эйфмана, то сочиняю сам. В прошлом году Борис Яковлевич предоставил мне возможность создать одноактный балет к гала-концерту в честь сорокалетия театра. Я сочинил спектакль “Метель” на музыку Свиридова и Чайковского. Мне кажется, большое везение для артиста - найти своего хореографа и установить с ним творческий контакт. Зигфриды и Альберты есть в каждом театре. А где еще можно станцевать Чайковского, Родена, царевича Павла? Только в труппе Эйфмана. Так везет единицам. Мои роли - мечта любого артиста.

-          Что вам легче - учиться и выполнять советы Мастера или самому учить студентов?

-          Пока у меня недостаточно опыта хореографической работы. Я сейчас стараюсь “превратиться в губку” и максимально впитывать все то полезное, чему могу научиться у Бориса Яковлевича и других мастеров. Санкт-Петербург - город балетный, так что в этом плане возможностей немало. Борис Эйфман советует мне не спешить становиться хореографом: “Век артиста недолог. Попытайся выжать из него побольше”. Я с ним согласен. Я получаю массу удовольствия от сцены. Пытаюсь поддерживать себя в хорошей физической форме и надеюсь, что как артист сделаю еще немало.

-          В июле этого года Борису Яковлевичу исполнится семьдесят три года. Он в прекрасной форме, но не может не думать о будущем, о преемнике, о человеке, который продолжит его дело и поведет театр вперед. Если он позовет вас возглавить театр, каков будет ваш ответ?

-          Мне сложно ответить на этот вопрос. Я очень мягкий человек. А театр – жесткая структура. В принятии некоторых решений нужна жесткость. Я не чувствую в себе способности к этому. Как художник и педагог, я бы очень хотел поработать с труппой. Как руководитель - не знаю. Боюсь даже задумываться.

-          Тем более, что об этом рано задумываться. Мы хотим еще видеть вас в качестве солиста...

-          Столько времени потрачено в репетиционном зале. Приятно, что не зря. Я получаю живой отклик от публики и знаю: мои сценические образы запоминаются.

-          Вас знают и любят в Чикаго. А как вы относитесь к этому городу?

-          Мне очень нравится Чикаго. В прошлые наши приезды мы гуляли по городу, поднимались на небоскреб... Вид потрясающий. В Чикаго у нас появились друзья. Они показали нам пригороды. Мы побывали в потрясающей красоты Бахайском храме (Храм всех религий), посмотрели местную Пизанскую башню... Мне очень нравится парк “Миллениум”. Благодать! Я сейчас увлекаюсь бегом. Два года назад, когда мы были в Чикаго, в городе проходил знаменитый марафон. Жалко, что я не смог поучаствовать. С удовольствием пробежал бы. Когда вновь приеду в ваш город, буду совершать по утрам пробежки по набережной Мичигана. Так что Чикаго я неплохо знаю и искренне люблю. Уверен, весь наш театр солидарен со мной в этом. Мы всегда возвращаемся в Чикаго с удовольствием.



Мировая премьера балета “Эффект Пигмалиона” состоялась 6 февраля 2019 года на сцене Александринского театра Санкт-Петербурга. Как сказал Олег Габышев, спектакль сыграли всего пять раз, а по балетным меркам премьерой считаются десять первых представлений. Так что мы увидим совсем свежее произведение. Я приглашаю всех на премьеру! 



Nota bene! Гастроли Санкт-Петербургского театра балета Бориса Эйфмана пройдут с 17 по 19 мая 2019 года в помещении театра “Аудиториум” (Auditorium Theatre) по адресу: 50 E W Ida B. Wells Dr, Chicago, IL 60605. Заказ билетов - по телефону 312-341-2300, на сайте http://auditoriumtheatre.org или в кассе театра.


Фотографии к статье:

Фото 1. Олег Габышев. Фото предоставлено пресс-службой театра “Аудиториум”

Фото 2-6. Сцены из спектакля “Эффект Пигмалиона”. Все фото - Майкл Кури

11 мая 2019 г.

Александр Генис. Взгляд из Нью-Йорка. Интервью с писателем перед встречей в Чикаго


19 мая гостем Чикагского русского литературного салона Аллы Дехтяр станет писатель Александр Генис. Встреча с читателями называется “Эмиграция: прилив, три волны и 30 лет”. Перед встречей в Чикаго Александр рассказывает о новых программах на RTVI и радио Свобода, комментирует важнейшие культурные и политические события в мире, делает прогнозы и говорит обо всем, кроме Трампа.



-          Александр, последний раз вы были в Чикаго восемь лет назад, 15 мая 2011 года. За это время изменилась Америка, изменился мир, изменились вы. Вот об этом и поговорим. А начать я бы хотел с последних событий в вашей жизни. В начале апреля у вас были встречи с читателями в Израиле. Как прошли израильские гастроли? Что вас удивило в Израиле?

-          Начну со второго вопроса. Израиль на меня произвел огромное впечатление. Больше всего удивил Тель-Авив. Когда-то это была довольно провинциальная столица. Сейчас Тель-Авив выглядит как Манхеттен у моря: очень красивый, современный город и расслабленная, курортная атмосфера. Лазурный берег на Ближнем Востоке. Меня совершенно потрясает то, что происходит в Израиле, и с каждым разом я влюбляюсь в эту страну все больше и больше. Где еще в мире есть пляж специально для собак? В этом есть столько симпатичного... В Тель-Авиве я прошел четырнадцать километров по побережью Средиземного моря - от Яффо до старого порта. Я нигде не видел столько красивых людей. Девушки, парни, собаки, изумительно ласковые кошки (на иврите - “хатуль”). Мне нравится Израиль все больше и больше, потому что страна умудряется меняться в лучшую сторону - поразительный факт. Я приехал в день выборов, и выборы эти, как и в Америке, были совершенно безумными. У меня все спрашивали, за кого я голосовал, как будто я могу голосовать в Израиле... Политизация в Израиле гигантская. При этом моя школьная подруга и ее муж - израильский политик голосовали за разные партии. Я сказал, что такого в Америке быть не может в принципе. В Америке у демократов и республиканцев не может быть общих детей, а в Израиле - может... Что касается гастролей. Я думал, почему все люди, которые приходят ко мне на вечера, так похожи друг на друга, где бы они ни жили: в Москве, Риге, Таллине, Чикаго или Тель-Авиве. Все время кажется, что это - одна и та же публика, которую я вожу за собой. А потом я понял: приходят те, кто меня читают. Я - тот самый человек, который вызывает такую реакцию у публики. Как всегда, это очень теплая, яркая и приятная компания. Один человек меня просто потряс. Он принес мешок книг и попросил их все подписать.



-          Надеюсь, так же тепло вас встретят и в Чикаго.

-          Я тоже надеюсь. Иначе бы не приезжал.

-          Возвращаемся в Америку. В прошлом году в вашей журналистской работе многое поменялось. С прошлого года в числе ваших СМИ - “Новая газета” и Свобода - появилось новое: телекомпания RTVI. Вы ведете программу “Наши” и выступаете в роли комментатора. Я очень этому рад, мне нравится новая команда RTVI во главе с талантливыми журналистами Алексеем Пивоваровым и Тихоном Дзядко, прекрасной Катей Котрикадзе...

-          Они все талантливые, красивые и молодые, в два раза моложе меня. Я среди них - аксакал. Они стесняются при мне ругаться матом. Однажды они меня спросили: “Скажите, пожалуйста, вот на этом портрете кто изображен: Ленин или Дзержинский?” Я ответил: “Вы что думаете, я застал и того, и другого?”.. RTVI существует пятнадцать лет. Прошлым летом пришла новая команда. Меня пригласили с ними поработать. Я честно предупредил, что у меня есть политические взгляды, есть два человека, которых я категорически не люблю. Они сказали, что это их устраивает. Я думаю, вы догадываетесь, о ком я говорю.

-          Конечно. Я этих двух персонажей тоже не терплю...

-          С тех пор началось наше сотрудничество. Они меня просят комментировать те или иные события, обычно - связанные с политикой. В конце прошлого года телекомпания предложила мне вести программу - цикл бесед с интересными для меня людьми. Трудно отказаться от такого предложения. Если бы в то время, когда я приехал в Америку, была возможность записать всех тех людей, которых я застал... Представляете, получасовая телевизионная передача с редактором “Нового русского слова” Андреем Седых! Все это можно было бы сделать и тогда, но никому не пришло в голову. А сейчас, когда я сам стал ветераном, мне показалось интересным собрать всех людей, которых ценю и люблю. Так получилась программа “Наши”. Она выходит каждую вторую неделю. Я никогда не задаю дежурных вопросов - только то, что мне интересно. Недавно вышла программа с Леной Довлатовой, вдовой Сергея. Я записал беседу с Дмитрием Быковым - человеком, который у всех вызывает огромный интерес. Я почти ни с чем не согласен из того, о чем он говорит, но общаться с ним всегда интересно... Когда мы все уйдем, кто-нибудь к этому прикоснется и сможет найти, что говорили и думали люди из нашей русской Америки. Мне кажется, это важно.

-          Я с огромным интересом смотрю эту программу, но с грустью понимаю, что она недолговечна. Не так много людей, которые попадают под ее критерии. Толстая и Гандельсман уже были. Кто еще в вашем списке?


-          Чем больше проходит, тем больше остается... Наша эмиграция гораздо богаче, чем может показаться. У меня длинный список, но я его не разглашу.

-          Среди “наших“ есть человек, который никогда не дает интервью русским журналистам. Это Михаил Барышников. Мне кажется, вы единственный, для которого он может сделать исключение и побеседовать...

-          Если представится случай, я спрошу. Действительно, Барышников не дает интервью русским журналистам, но рижанам (мы же оба рижанина) он интервью дает. В Риге он дал потрясающе интересное интервью журналу “Ригас лайкс” (“Рижское время”). Пусть вас не обманывает латышское название - это самый интеллигентный журнал на русском языке. Я знаю редактора журнала, давал им интервью и имел честь написать вступительное слово к интервью с Барышниковым.

-          Работа на RTVI - ваш дебют в жанре телевизионной журналистики?

-          Я бы так не сказал. В нулевые мы с замечательным кинорежиссером Андреем Загданским делали цикл передач “Генис: письма из Америки”. Рассказывали о культурной жизни Америки, пока не сменилось телевизионное начальство в России. Тот же Загданский поставил фильм “Оранжевая зима” о первом Майдане, и я писал текст к нему. Какое-то касание к телевидению у меня есть, и это очень любопытная форма. У меня - три вида деятельности: писать на бумаге, говорить по радио и выступать по телевидению. Три совершенно разные профессии.


-          В чем специфика телевизионной журналистики кроме того, что вас не только слышно, но и видно?

-          Я помню, когда начал писать текст для фильма Андрея, он спросил меня: “Зачем ты описываешь картинку? Все же видно”. Но я-то привык к тому, что мой читатель либо читает меня, либо слушает по радио. Он картинку не видит... Меня всегда интересовала техническая сторона нашей писательской работы, и она очень зависит от СМИ. Наверно, совершенно другое дело - изъясняться твитами, как теперь это принято делать. Еще один способ писания, я пока до этого не дошел. Специфика телевизионной журналистики - дело сложное. Что значит видно? Раз тебя видно, то надо думать о том, как ты выглядишь. Я всегда был настолько безразличен к одежде, что галстук надевал два раза в жизни: на свадьбу и когда Бродскому дали Нобелевскую премию. В тот день я пришел на Свободу в галстуке. На вопрос, зачем, ответил: “Это - мой национальный праздник”. Довлатов сказал, что я похож на комсомольского руководителя среднего звена. Больше я галстук не надевал. Но потом появилось телевидение, и я почувствовал, что неловко без галстука появляться перед публикой. Пришлось обновить гардероб. Это было очень забавно - на старости лет покупать галстуки, пиджаки... Смешно, конечно, но работа требует.

-          Поскольку ваша новая должность - комментатор, я хочу попросить вас прокомментировать три важных события в политической и культурной жизни последнего времени. Начнем с культуры. Сегодня все только и говорят о сериале “Игра престолов”. Как вы к нему относитесь?

-          Я сериалы люблю, но к “Игре престолов” довольно равнодушен, потому что он смешивает историю с фантастикой, а я предпочитаю эти жанры по отдельности. Я очень люблю исторические сериалы “Борджиа”, “Тюдоры”, “Марко Поло“ и очень люблю фантастику. Зачем нужны драконы, если история сама по себе безумно интересна?.. В России жанр “фэнтези“ появился намного раньше. Просто слова такого не было. “Понедельник начинается в субботу” братьев Стругацких - фэнтези, как Гарри Поттер. “Сказка для младших научных сотрудников”, как там написано. Есть “фэнтези“, которые мне чрезвычайно нравятся. Лучший образец жанра - роман Сюзанны Кларк “Джонатан Стрендж и мистер Норрилл”. Так мог бы выглядеть “Мастер и Маргарита”, если бы роман написал Диккенс. Но весь ажиотаж в связи с выходом последнего сезона “Игры...” - это хорошо. Мы живем в золотой век телевидения, и телероманы умело заменяют толстые романы XIX века, которыми зачитывались наши прапрадеды. Это освобождает литературу от сюжетности и позволяет наслаждаться теми чистыми жанрами, которые мне так нравятся, а именно - поэзией и эссе.


-          Вы говорите про золотой век телевидения, а мне кажется, что сегодня - время YouTube. Юрий Дудь выпускает фильм “Колыма - родина нашего страха” и за день собирает под два миллиона просмотров. (По состоянию на 5 мая количество просмотров составило почти двенадцать миллионов.) Куда там Шаламову со своими “Колымскими рассказами” и Солженицыну с “Архипелагом...”.

-          Я подозреваю, что те миллионы, которые посмотрели “Колыму...”, читали и Шаламова, и Солженицына. По последнему опросу большинство людей в России считают, что ничего страшного Сталин не совершил, и репрессии - пустяки. Вряд ли они смотрели фильм Дудя... У меня телевидения нет. Есть экран, но я отказался от подписки на кабельные каналы, потому что их не смотрю. Я читаю газеты, пользуюсь интернетом и смотрю сериалы - это совсем не то же самое, что жизнь у телевизора, как это было двадцать-тридцать-сорок лет назад. В этом качестве телевизор уступил интернету. Интернет, YouTube - какая разница, как это называется? Все это видео, которое мы можем смотреть у себя на экране. Эта гигантская революция еще не осмыслена, потому что она продолжается. Сдвиги будут грандиозные. Вспомните, как изменился мир из-за книгопечатания. Вот так меняется мир сегодня из-за интернета.

-          Расследование Мюллера закончено. Каков главный вывод? Есть шансы у представителя Демократической партии победить на выборах 2020 года?

-          Начнем с конца. Я считаю, что это зависит исключительно от Демократической партии. Дело в том, что Демократическая партия сегодня - это “Левый марш леммингов”. Так называется мое эссе, которое недавно появилось в “Новой газете“. То, что происходит в Демократической партии, катастрофически влияет на ее шансы. Программа Сандерса и его соратников никогда не будет воплощена. Америка никогда не станет Данией. Об этом я опять же недавно говорил на радио Свобода в передаче “Почему Америка не Дания”. Я давно знаю очень интересного человека Сэмюэля Рахлина. У него необычная биография: вырос в России, прожил всю жизнь в Дании, стал знаменитым датским журналистом, сейчас живет то в Дании, то в Америке. Я спросил у него, возможно ли превращение Америки в Данию. Он ответил: “Через тысячу лет поговорим”. Радикальный крен Демократической партии безумен. Именно поэтому у Джо Байдена есть шансы во всяком случае выиграть номинацию. Байден – это середина, центр, опыт. Успех Байдена был бы важен для всех... А что касается расследования Мюллера, то оно доказало, что Россия вмешивалась в американские выборы. Трамп пришел к власти с помощью русских разведчиков и русского вмешательства - вот самый важный вывод комиссии Мюллера. Это объявление информационной войны со стороны Путина. И Америка должна относиться к этому именно так... Про самого Трампа я говорить не хочу. На встречах с читателями для меня самое интересное - вопросы и ответы. Я встречаюсь с аудиторией ради беседы с ней. Писательство - одинокая работа. Увидеть своих читателей живьем - огромный стимул. Я это высоко ценю. Но для того, чтобы не превращать встречу в перебранку, я отвечу на все вопросы, кроме тех, что про Трампа. Давайте Трампа оставим в стороне. Представьте себе: вы приходите к кому-то в гости и вдруг выясняется, что у вас принципиально разные политические взгляды. Что делать? Встать и уйти? Нет, просто замолчать, пить водку и разговаривать о том, что нам приятно слышать.

-          Как будут развиваться события после победы Зеленского на выборах президента Украины? Феномен Зе станет примером для России и Беларуси?

-          В России и Беларуси никаких свободных выборов нет и быть не может. Пока, по крайней мере. Единственный положительный факт украинских выборов в том, что они состоялись и были признаны. Это - победа демократии. Американская революция победила не тогда, когда она освободилась от англичан, а в 1800 году, когда произошла мирная смена власти. Это продолжается до сих пор, и именно поэтому Америка - куда бы она ни шла - идет вперед. России такое не снилось. Что касается самого Зеленского. Я не знаю, каким он будет президентом, но комик он плохой. То, что я видел, вызывает во мне ужас: не смешно. Зеленский пришел из КВН, и это - самое интересное в нем. КВН - феномен именно и собственно советской власти. Нигде в мире не было ничего подобного. КВН был свободой, отдушиной, настоящей оттепелью. КВН пережил советскую власть. Я знал человека, который придумал КВН, - Сергея Муратова. Я знаю знаменитого капитана КВН из Риги Юрия Радзиевского. Он учился у моего отца. КВН всегда славился тонким, интеллигентным юмором. Куда все это делось? Зеленский из какой-то другой планеты КВН. А каким он будет президентом, я не могу сказать. Он сам понятия не имеет, что с ним будет дальше. Может быть, ему пора было сменить профессию комика...

-          Александр, с 1984 года вы были бессменным ведущим программы “Американский час” на радиостанции Свобода. В конце прошлого года программы не стало. Сегодня вы ведете передачу “Генис: Взгляд из Нью-Йорка”. Ваши собеседники те же: Соломон Волков, Борис Парамонов, Андрей Загданский. Но вместо часа – полчаса, вместо нескольких тем – одна тема. Вас сократили, или вы сами решили сократиться?

-          С 1984 года я работаю на Свободе, но в самых разных программах. Вначале была программа “Культура”, которая превратилась в “Поверх барьеров”, круглые столы с Довлатовым, Вайлем… Потом были другие передачи. Много было всего разного. Программа “Американский час” существовала пятнадцать лет. Было сделано более семисот передач. Все они есть в интернете, их можно бесплатно скачать. Казалось бы, кому нужна старая газета? Но эти передачи не устарели, и я этим горжусь... В прошлом году меня попросили переформатировать “Американский час”, сделать программу получасовой, более компактной-однотемной.

-          Наверно, одну тему выбрать труднее, чем три-четыре?

-         Да как сказать. Честно работать всегда можно только одним образом: говорить и писать только о том, что тебе интересно. Если писать на дежурные темы, получаются передовицы из “Правды”, которые не читают даже те, кто их писал. Когда-то Гете спросили, как он выбирает то, о чем пишет. Он ответил: ”То, что диктует сегодняшний день”. Вот то, что мне сегодня интересно, и попадает в радио, газеты, книги... Надо жить сегодняшним днем и смотреть по сторонам. Я привык к переменам и отношусь к ним довольно спокойно. Мне жалко, что многие мои коллеги не попали в новый формат, но я стараюсь сохранить лучшее, что можно было сделать. Так что в принципе все остается по-прежнему. Тридцать пять лет на радио, в сущности, я веду одну и ту же программу. Она называется “Генис у микрофона”.

-          В конце вашей программы следует неизменное - ваш электронный адрес и слова: “Ни одно письмо не останется без ответа”. Это фигура речи, или вы действительно отвечаете на все письма?

-          Всегда отвечаю. Бывают письма наглые, грубые и глупые. Я и на такие отвечаю, и если они продолжаются, пишу, что обещал отвечать на все письма, но не вступать в переписку с идиотами. В доинтернетовское время, когда все было гораздо сложнее, я тоже отвечал на все письма, посылая ответы в самые разные места мира. Помню, у меня были корреспонденты из Северного Казахстана и поселка на Амуре. Отвечать на письма - не просто вежливость, а образ жизни. Каждое неотвеченное письмо - плевок в лицо.

-          Почему “Взгляд из Нью-Йорка”? Потому что вы живете в Нью-Йорке?

-          Потому что у меня есть формула Нью-Йорка. Я точно знаю, что будущее в Нью-Йорке начинается раньше, чем где бы то ни было. В 2000 году весь мир решал, где начнется третье тысячелетие. Договорились, что оно начнется на Таймс-сквер в Нью-Йорке, где в двенадцать часов ночи падает блестящий новогодний шар. Взгляд из Нью-Йорка предполагает дальновидность. Нью-Йорк - космополитическая столица мира.

-          Как изменился Нью-Йорк за сорок один год вашей жизни в нем?

-          Когда я приехал в Нью-Йорк, он был в надире, а сейчас - в зените. (Надир - самая низкая точка в астрономии, зенит - самая высокая.) Но я не знал, что это плохо. Инфляция и безработица были семнадцать процентов. Я понятия не имел - это много или мало. Тем более, что зарплаты у меня не было вовсе. Нью-Йорк был в ужасном состоянии: каждый седьмой - на вэлфере, преступность - чудовищная... Когда в Южном Бронксе обсуждался вопрос о реконструкции района, то в Конгрессе сказали: лучший способ - бомбардировщик Б-52. Вот в какой город я приехал. Я его полюбил грязненьким. Чистеньким его полюбить гораздо проще. После 11 сентября 2011 года город попал в руки Блумберга, и я поражаюсь тому, как быстро и прекрасно он изменился. Никогда за всю свою историю Нью-Йорк не был таким замечательным, как сегодня. Именно поэтому я мечтал, чтобы Блумберг выставил свою кандидатуру на пост президента. Он этого не сделал, уступив место Байдену. Блумберг как-то сказал, что низенький еврей-миллиардер никогда не станет президентом США. А жаль, Блумберг был бы хорошим президентом, потому что он был хорошим мэром. Он глубоко и искренне плевал на политику. Когда спрашивают, кто лучше убирает мусор - демократ или республиканец, ответ один: мусор надо убирать хорошо независимо от партии. Блумбергу было совершенно все равно, кто к какой партии принадлежит... К тому же Блумберг заставил Нью-Йорк бросить курить. Это был первый город, где запретили курить. Я помню, какая паника поднялась, но Блумберг победил.

-          Какое будущее начинается в Нью-Йорке сегодня?

-          Город сегодня выглядит изумительно. Я стараюсь раз в месяц объездить Нью-Йорк на велосипеде. Это - лучший способ узнать Манхеттен. Никогда город не был таким чистым, блестящим, интересным! Раз в несколько месяцев появляется новый объект вроде горизонтального парка High Line. Только что появился огромный торговый комплекс на тридцатых улицах Челси, появились потрясающей красоты скульптуры Калатравы. Он сделал новую станцию метро - мраморную птицу - на месте Башен-близнецов... Нью-Йорк становится все лучше и лучше. Я надеюсь, город не остановит ничто, хотя это возможно. Одни мэры приходят, чтобы сделать Нью-Йорк лучше, другие – потому что хотят сделать, чтобы все были равны. Де Блазио все время пытался как-то улучшить город за счет равноправия. Но чем больше равноправия, тем хуже город.

-          Александр, мы говорили с вами о журналистике, а закончить нашу беседу мне хочется литературой. Над чем работает Генис-писатель?

-          Вот об этом как раз мы поговорим на встрече с читателями. Я представлю свою новую книгу, которая должна появиться в июне. Она составит пятый том в серии под условным названием “Время собирать камни”. Может быть, я почитаю что-нибудь из нее. За то время, пока мы не встречались, я выпустил очень важную для себя книгу “Обратный адрес”. Она мне особенно дорога, потому что в ней очень мало - если есть вообще - цитат. Вместо цитат - люди, которые меня окружали... Мне всегда интересно отвечать на вопросы, потому что раз человек задает вопрос, его интересует ответ. Меня только удивляет, как часто меня спрашивают, что я думаю о том или ином писателе. Я сам писатель. Было бы естественней спросить, что я думаю о чем-то сам, чем о ком-то другом. Но я с удовольствием отвечу и на такие вопросы, и на неизбежное: “Что вы думаете о Быкове?”

-          Примите от меня одну просьбу-пожелание. Я, как и вы, старый кошатник и обожатель котов. Я с нетерпением жду вашего эссе “Путь кота”, которое будет опубликовано в сборнике “Птичий рынок“. Может быть, вы прочтете фрагмент из этого эссе?

-          Хорошо, так и сделаю. Эти сборники - изобретение моей старинной приятельницы-издателя Елены Шубиной. Она собирает своих любимых писателей и просит их писать на разные темы. Получаются антологии о садах, животных, счастье, футболе... А по поводу предстоящей встречи я хочу добавить, что все они происходят по одной-единственной причине. Причина эта - Алла Дехтяр. Я никогда в жизни не видел такой энергичной дамы и такого обаятельного продюсера. Пожалуйста, передайте это вашим читателям и скажите, чтобы они приходили не только ради меня, но и ради Аллы.

-          С удовольствием передам! Тем более, что 19 мая исполнится тридцать лет со дня приезда Аллы в Америку. Мы знаем, как она любит отмечать юбилеи и праздники с интересными гостями Салона. Этот юбилей она отметит с вами. До встречи в Чикаго!



Nota bene! Вечер Александра Гениса “Эмиграция: прилив, три волны и 30 лет” состоится 19 мая в 6 часов вечера в помещении центра “KRUG - Community Circle” по адресу: 1400 S Wolf Road, Ste 100, Wheeling, IL 60090. $30. Телефоны для справок: 773-682-6486 или 224-423-5784.



Фотографии к статье:

Фото 1-5. Александр Генис. Автор всех фотографий - Ирина Генис