31 мар. 2013 г.

Лондон. Февраль тринадцатого. Робер Лепаж. Впечатления


После Королевских театров – Национального и Оперного – я приглашаю вас в совершенно другой мир – мир канадского режиссера Робера Лепажа. В дни моего пребывания в Лондоне в Roundhouse Theatre шел его новый спектакль “Игральные карты: пики” (“Playing Cards 1: SPADES”) – первая часть будущей тетралогии. О режиссере и его спектакле – в этой статье.

Робер Лепаж – одна из определяющих фигур современного театра. Его каждая новая постановка вызывает бурю разнообразных эмоций: от полного неприятия до безоговорочного поклонения. Он работает в драматическом театре и цирке, с театром кабуки и китайской оперой, театром теней и вьетнамским кукольным театром на воде, играет в кино, ставит оперы, пишет сценарии, танцует с Сильви Гиллем, фонтанирует идеями и дразнит критиков своей полной непредсказуемостью. Уже в 1984 году первый спектакль Лепажа “Круговорот” (“Circulations”) получил престижную награду в Канаде, а следующий –  “Трилогия Дракона” (“The DragonsTrilogy”) сделал его известным во всем мире. С 1989 по 1993 годы он был художественным руководителем Национального центра искусств в Оттаве, в 1997 году создал в Квебеке культурный центр La Caserne Dalhousie.

В 1992 году Лепаж стал первым представителем Северной Америки, кому доверили поставить Шекспира (“Сон в летнюю ночь”) на сцене Королевского национального театра Лондона. Не обошлось без скандала: режиссер покрыл сцену театра таким количеством грязи, что зрителям первых рядов выдавали специальные пластиковые плащи, чтобы они не запачкались. После Шекспира Лепажу захотелось поработать в совершенно другом жанре, и в 1993 году он поставил объехавшее весь мир эстрадное шоу Питера Габриэля “Секретный мировой тур”. Преклоняющийся перед Лепажем певец описывает его как создателя “театра для людей, которые не любят театр”.

Лепаж – основатель (1994 год) и бессменный руководитель театра Ex Machina в Квебеке. (Это название происходит от выражения “deus ex machina”. В античном театре выражение обозначало бога, появляющегося в развязке спектакля при помощи специальных механизмов (например, “спускающегося с небес”) и решающего проблемы героев. Это будет иметь отношение к спектаклю “Играющие карты: пики”, но об этом - ниже.)

Имеющий свой театр Лепаж всегда с удовольствием откликается на предложения со стороны. Так, в 2005 году, оставив на время драматический театр, он отправился в Cirque du Soleil и создал, как говорят критики, лучшее цирковое шоу всех времен и народов “KÀ”. Спустя пять лет он сделал с этой цирковой компанией еще один спектакль “TOTEM”.

Лепаж чувствует себя комфортно и в оперном мире. Последними оперными спектаклями режиссера стали тетралогия Р.Вагнера “Кольцо нибелунгов” (2011 год) – самая дорогостоящая постановка в истории Метрополитен-оперы - и опера английского композитора Томаса Адеса “Буря” (2012 год) там же, в МЕТе.

Каждая новая работа Лепажа привлекает к себе огромное внимание, будь то восьмичасовой эпос “Липсинк” (“Lipsynch”, 2007), драма о противостоянии Запада и Востока “Голубой дракон” (“The Blue Dragon”, 2008) или танцевальная сага “Эонагата” (“Eonnagata”, 2009). Не стал исключением и новый спектакль мастера “Игральные карты: пики”.

Пустая и круглая, как в цирке, сцена. Когда гаснет свет, в центре возникают два светящихся табло с изображениями карт: пикового и бубнового тузов. Потом вместо них появляется надпись “Joker”, и начинается спектакль. Добро пожаловать в столицу Игры и Порока Лас-Вегас. Все готово к “параду” героев.

Уверенный в себе бизнесмен Марк. Приехал на пресс-конференцию. Игрок.

Красотка Габриэла. Приехала из Парижа по делам.

Пара французов-молодоженов из Квебека. Приехали в Лас-Вегас на свадебную церемонию. Церемонию проводит двойник Элвиса Пресли. Все происходящее их явно раздражает, но они терпят.

Элегантный мужчина. Живет в Лас-Вегасе.

Действие спектакля происходит в 2003 году. В одном из эпизодов Джордж Буш по телевидению объявляет о начале войны в Ираке. Телевизор установлен в служебном помещении одного из казино, где работают иммигранты (нелегальные – как мы потом узнаем) из Мексики. Речь Буша проходит на фоне их жаркого спора. Одна горничная все время падает в обморок и подозревает у себя что-то нехорошее, но на предложение вызвать врача приходит в ужас: “Только не это, я прошу вас!” Лучше умереть, чем вызвать врача, - ведь она нелегалка, и официальный вызов врача грозит ей депортацией.

Пока в Лас-Вегасе проигрывают деньги, в невадской пустыне новобранцев готовят к вторжению в Ирак. Мы знакомимся замкнутым датчанином Хоглером и жизнерадостным испанцем Риккардо. Садист-сержант, муштра, нелепые приказы... – все как в обычной армии. Только нам всячески подчеркивают, что это учебка перед боем и скоро этих солдат пошлют в Ирак убивать людей...

Вскоре сюжетные линии основных героев спектакля пересекутся. Габриэла встретится с Марком, пара французов после свадьбы, которую провел двойник Элвиса Пресли (все, как они хотели!), познакомится с тем самым элегантным мужчиной, и новобрачная изменит с ним скучному мужу-математику, горничная, украв деньги, сходит, наконец, к врачу и узнает, что ничего страшного с ней не происходит... Герои спектакля отчаянно сопротивляются невзгодам, но силы неравны, и хэппи-энда ни у кого не случается. 

Лепаж говорит: “Начиная игру, артист должен забыть предвзятые представления о своем ремесле. Так же, как и акробаты должны быть открыты сценическому искусству, актеры должны быть готовы к новому и выводить игру на совершенно иной уровень”. И еще одна цитата из Лепажа: “Говорят, что актерские эмоции на сцене должны быть подлинными. Это не так: эмоции должны быть в зале, среди зрителей. Потому что часто эмоции, которые с лихвой присутствуют на сцене, отсутствуют в зрительном зале. В результате актеры страдают, а публике скучно. Мне хотелось бы, чтобы было наоборот”.

Актеры Лепажа хорошо усвоили уроки мастера. В “...пиках” заняты шесть актеров: Сильвио Арриола, Нурия Гарсия, Тони Гуйлфойл, Мартин Хаберстро, Софи Мартин, Роберто Мори. Каждый играет по несколько ролей и делает это превосходно. Актеры вместе с режиссером являются соавторами спектакля.

Процесс создания “Игральных карт” начинался так. Лепаж попросил актеров выйти на сцену, сесть за стол и... сыграть в карты. А дальше пошла импровизация. В качестве сцены сразу было выбрано казино. Режиссер рассказывает: “Лас-Вегас – это ведь модель мира в миниатюре, своего рода огромный парк, выросший на основных культурных достижениях человечества: подделка Эйфелевой башни и египетских пирамид, симулякр Парижа, имитация гондолы и итальянской деревни. А еще Лас-Вегас – город-оазис, город в центре пустыни”. Лепаж с актерами продолжали импровизировать. “Вокруг города американские вооруженные силы создали много военных баз и подобие иракской деревни. В ней солдаты коалиции тренируются во время войны в Персидском заливе, а на выходные ездят отдыхать в Лас-Вегас.” Постепенно стали оживать другие характеры: работники отелей (часто – нелегальные иммигранты), люди, живущие в городе, и те, кто приезжают в город, чтобы сходить на шоу или провести время в бассейне, люди, которые участвуют в конференциях, влюбляются или платят двадцать пять долларов, чтобы пройти бракосочетание с ведущим – двойником Пресли. Постепенно вырисовались контуры спектакля...

Робер Лепаж всегда славился умением рассказать Историю. В данном случае, как мне кажется, его подвела излишняя политизированность. Спектакль этот не просто антивоенный или антиамериканский – я бы назвал его антибуржуазным и насквозь идеологичным. При этом герои, говорящие на испанском и французском языках, должны, по мысли режиссера, вызывать симпатию и сочувствие. А англоязычные персонажи (в основном, американцы) все как один погрязли в пороке.

Вынужденная пойти на кражу денег горничная говорит в свое оправдание: “Есть такая болезнь: “Нужда”. Она страшнее, чем рак, страшнее всего”. А в следующей сцене нам  опять показывают Лас-Вегас. Cash out”, “Win”, бегающие знаки долларов, “Super Jackpot”, “777”, “Insert Coin”. Вот он, дикий мир капитала, вот он - исчадие ада Лас-Вегас. Мелькают цифры выигрышей, люди просаживают состояния, а где-то рядом рушатся судьбы и гибнут люди. Об этом же слоган спектакля: “Пока на Багдад падают бомбы, Лас-Вегас играет”.

От режиссера уровня Лепажа ожидаешь большего, чем банальностей типа “война - это плохо” и “отсутствие социальных гарантий - это плохо”. В качестве большего в “...картах” предлагается круговая сцена и, как следствие, иной способ сценического пространства. Вот это становится наиболее притягивающим звеном спектакля. Вот об этом стоит поговорить.

Итак, пустая и круглая сцена. Нет ни кулис, ни занавеса, ни декораций. Неожиданно, из-под сцены, из люков и отверстий, как deus ex machina, возникают не только актеры, но и реквизит, декорации: двери, кресла, солдатские кровати, диван в гостиничном номере, барная стойка, бассейн. Робер Лепаж говорит: “Я хочу рассказать историю мира – универсальную историю, и для этого мне нужно пространство не просто круговое, но сферическое. Вы знаете, что меняется, когда думаешь о сферическом пространстве? Начинаешь думать, как включить в действие потолок! Все жесты, движения, объекты требуют образов в трех измерениях. В этом плане мне ближе цирковое пространство, где истории рассказаны в вертикальной плоскости: человечество плетет свою историю в середине, его мечты находятся наверху, демоны и страхи – внизу. Вместо использования одной комнаты, в которой герои говорят банальности в одном измерении (горизонтальный стиль), я вывожу их из рая и ада и представляю их жизнь физически через направление их выхода к зрителям. Работая с мифами, ты получаешь целый новый словарь, близкий к миру Таро (“тайному знанию”) и миру грез. Это заставляет вас придумывать ситуации, где люди и объекты прилетают сверху и приземляются на сцене или выпрыгивают из-под пола. Параметры сцены заставляют работать другой тип поэтического воображения, выраженный другим сценическим языком”.

Дизайнеру сцены Джину Хэзелу Лепаж поставил задачу разработать схему приспособлений под сценой. В итоге получилась сложная конструкция с тридцатью шестью люками и общим весом в шесть тонн: платформа с люками, движущиеся лестницы, по которым актеры выходят и уходят, поднимающиеся и опускающиеся двери, коридоры, где актеры сидят на низких стульях. У каждого актера – своя небольшая зона, “кусок пирога”, как говорит Лепаж, где он может скрыться в ожидании следующего выхода. Лепаж говорит, что давно хотел сделать подобного рода спектакль: “В XX веке театры подражали кинотеатрам, используя горизонтальный способ рассказа истории. В результате мы оказались в ловушке заданного формата. Обычное театральное пространство имеет некоторые достоинства, но я чувствую, что оно сковывает ощущения зрителя как части более широкого целого. В кино зритель чувствует свою сопричастность только с героями на экране. В театре ощущение аудитории меняет все. Я начал интересоваться, может ли круговая сцена заставить зрителя по-новому взглянуть на происходящие на ней события”.

Лепаж всегда находится в авангарде мирового театрального процесса, жадно впитывая новейшие технологии и используя их в своих спектаклях. Художественная концепция “Игральных карт” придумывалась Лепажем исходя из возможностей сцены. В Лондоне этим требованиям удовлетворяет Roundhouse Theatre. В мире таких театров пока девять. Кроме лондонского, это - La Comete (Шалон-ан-Шампань, Франция), Teatro Circo Price (Мадрид, Испания), Ostre Gasvark Teater (Копенгаген, Дания), Хорватская ассоциация артистов (Загреб, Хорватия), La Tohu (Монреаль, Канада), Cirque Jules Verne (Амьен, Франция), Cirque-Theatre (Эльбеф, Франция), La Coupole (Париж), Piccolo Teatro (Милан, Италия), Gasklockorna (Гавле, Швеция), Westergasfabriek (Амстердам, Нидерланды). Американских театров пока в этом списке нет, хотя некоторые сценические площадки при необходимости вполне могут быть перестроены и превращены в круговые. В Чикаго такими возможностями обладает зал Lookingglass Theatre.

Год назад десять “круглых” театров объединились в единую сеть “360 Network” с таким расчетом, чтобы спектакли, сделанные для любого из них, могли играться на остальных сценах. Первым опытом подобного рода и стал спектакль Лепажа.

Идеи Лепажа, безусловно, интересны, но на практике все оказывается не так красиво, как на словах. Объемная конструкция под сценой работает своей жизнью, а сидящий сверху зритель видит героев, высовывающихся по пояс из своих люков, произносящих монологи и исчезающих куда-то вниз. Это любопытно первые пятнадцать минут – потом это надоедает. К тому же, не могу сказать, что мне нравится, когда целая сцена играется спиной ко мне, а поскольку сцена круглая, актеры неминуемо оказываются к кому-то спиной. И в этот момент для меня слабым утешением является мысль о том, что в следующую минуту круг сцены повернется и я увижу лица актеров.

Конструктивистские игры Лепажа интересны, в основном, ему самому и его актерам. То, что замечательно работает в цирке, утомляет и несколько раздражает в драматическом театре.

Первая часть тетралогии была посвящена войне. Само слово “SPADES” - “пика” или “меч” - относится к оружию войны. Впереди нас ждут три части, и, как обещал режиссер, в каждой будут свои особенности. Уже начата работа над второй частью “Сердца” (“HEARTS”). Тема будущего спектакля – любовь, действие будет происходить в Париже. Остальные две части – “Алмазы” (“DIAMONDS”) и “Трефы” (“CLUBS”). Посмотрим, куда двинется Лепаж дальше и какими новыми открытиями он захочет с нами поделиться.

Драматург спектакля “Игральные карты: пики” – Питер Бурман. Композитор – Филипп Бахман. Он является директором театра La Comete в городе Шалон-ан-Шампань и инициатором союза “360 Network”. Спектакль “Игральные карты: пики” идет на английском, французском, испанском языках с английскими субтитрами.

Nota bene! До 14 апреля 2013 года спектакль Робера Лепажа “Игральные карты: пики” можно увидеть в Париже в театре “OdeonTheatre de lEurope”. Заказ билетов на сайте www.theatre-odeon.eu/. Российская премьера спектакля состоится летом 2013 года в Москве в рамках XI Международного театрального фестиваля имени А.Чехова. Спектакль будет сыгран в помещении Цирка Юрия Никулина на Цветном бульваре. 

Фотографии к статье:

Фото 1. Робер Лепаж. Фото Джули Перре

Фото 2. Сцена из спектакля “Игральные карты: пики”. Фото Дэвида Левена

Фото 3. Нурия Гарсия и Мартин Хаберстро в спектакле “Игральные карты: пики”. Фото Дэвида Левена

Фото 4. Нурия Гарсия и Тони Гуйлфойл в спектакле “Игральные карты: пики”. Фото Дэвида Левена

Фото 5. Тони Гуйлфойл и Мартин Хаберстро в спектакле “Игральные карты: пики”. Фото Дэвида Левена

 

 

Комментариев нет: