31 мар. 2014 г.

Риккардо Мути и Чикагский симфонический оркестр


На прошлой неделе закончились весенние концерты Чикагского симфонического оркестра (далее - ЧСО) под управлением музыкального руководителя Риккардо Мути. Следующий раз он появится за дирижерским пультом оркестра в середине июня. А мартовские дни Мути в Чикаго запомнились поистине выдающимся исполнением Большой, Неоконченной и Второй симфониями Ф.Шуберта, совместным музицированием с замечательной японской пианисткой Митсуко Учида и концертмейстером группы виолончелей ЧСО Джоном Шарпом, блистательной репетицией с Civic Orchestra of Chicago. На этот раз маэстро нашел время и для вашего корреспондента. Сейчас я готовлю для печати полную версию нашей беседы. А пока – несколько известных и малоизвестных фактов из его биографии.

Гордость Италии, один из самых выдающихся дирижеров современности Риккардо Мути родился в Неаполе 28 июля 1941 года. Отец – врач и музыкант-любитель. В семье рождались только мальчики: Риккардо был одним из пяти, и только он стал профессиональным музыкантом. (Остальные братья получили “нормальные” специальности: экономист, инженер, социолог, психиатр. Все братья живут в Италии.) Музыкальные способности проявились у Риккардо рано. Он легко поступил и с отличием окончил консерваторию Сан Пьетро а Маелла по классу фортепиано, дирижирования и композиции. Размышляя над тем, стоит ли ему становиться музыкантом-профессионалом, Мути изучал философию в университете Неаполя. Отдав предпочтение музыке, он решил, что одной консерватории ему недостаточно. Мути переезжает в Милан и поступает в консерваторию имени Джузеппе Верди, где учится под руководством Бруно Беттинелли по классу композиции и Антонино Вотто по классу дирижирования. Кроме них, своим учителем Мути называет друга и соратника Федерико Феллини, композитора Нино Роту. 
Впервые Мути привлек внимание критиков и публики в 1967 году, когда жюри дирижерского конкурса Гвидо Кантелли в Милане единодушно присудило ему первую премию. С этого момента карьера молодого музыканта стремительно пошла вверх. На следующий год он был назначен главным дирижером оркестра “
Maggio Musicale Fiorentino” (этот пост дирижер занимал до 1980 года). В 1971 году Герберт фон Караян пригласил маэстро на Зальцбургский музыкальный фестиваль. Это выступление положило начало постоянному сотрудничеству Мути с этим фестивалем, которое продолжается и сегодня.

Для Америки дирижера открыл великий Юджин Орманди. Побывав на репетиции молодого итальянца, мэтр пригласил его отобедать с ним, а позднее предложил выступить с Филадельфийским симфоническим оркестром в качестве приглашенного дирижера. Американский дебют Риккардо Мути состоялся 27 октября 1972 года. Дебют Мути в качестве дирижера ЧСО прошел на фестивале в Равинии летом 1973 года. Потом, в марте 1975 года, он всего один раз появился на сцене Чикагского симфонического центра. После этого – перерыв длиной в тридцать два года! Так что теперь, оглядываясь назад, можно сказать, что любовь у ЧСО с Мути стала возможной “со второго взгляда”.

Впечатляет список оркестров, которыми руководил Риккардо Мути: Оркестр "Филармония" (Philharmonia Orchestra, Лондон, 1972-1982 годы; итальянский виртуоз сменил на этом посту Отто Клемперера), Филадельфийский симфонический оркестр (1980-1992 годы; этот оркестр достался ему из рук Юджина Орманди), оркестр “Filarmonica della Scala” театра Ла Скала (1986-2005 годы).

Когда 7 декабря 1986 года Мути впервые появился за дирижерским пультом миланского оперного театра (это была опера Дж.Верди “Набукко”), успех был так велик, что публика заставила повторить на бис знаменитый хор “Va, pensiero”, почитаемый в Италии как неофициальный гимн страны. Подобного не случалось в Ла Скала со времен Артуро Тосканини, полвека назад строго запретившего бисы. Казалось, Мути ждет в Ла Скала безоблачная жизнь. Он принялся последовательно преобразовывать репертуар, вернул в театр самые популярные оперы Верди: “Риголетто”, “Травиата”, “Сила судьбы”. Одновременно с ними в Ла Скала шли оперы Моцарта, Бетховена, Глюка, до сих пор не приживавшиеся в итальянских театрах. Мути совершил настоящую революцию, открыв миланской публике оперы Вагнера, считавшегося ранее чуть ли не антагонистом итальянской музыки. Мути познакомил аудиторию со многими редко исполняемыми шедеврами, среди которых оперы К.Ф.Глюка, Луиджи Керубини, Гаспаре Спонтини. За постановку “Диалогов кармелиток” Ф.Пуленка дирижер был удостоен престижной итальянской музыкальной премии “Abbiati”.

Однако годы, проведенные в миланском театре, не были легкими для дирижера. То и дело вспыхивали разногласия между ним и политиками, между ним и профсоюзом оркестра. На открытии сезона 1999-2000 годов в Ла Скала Мути отказался играть гимн Италии, справедливо посчитав премьеру оперы “Фиделио” Л. ван Бетховена более значимым событием, чем присутствие президента страны, которого по протоколу полагается встречать национальным гимном. И ничего, президент Италии пережил нарушение протокола. В другой раз Мути пожурил министра культуры за то, что он не пришел на премьеру “Гибели богов” Вагнера: “Посещение театра, который открывает сезон оперой Вагнера, могло бы помочь министру многое понять в работе и проблемах такого сложного организма, как оперный театр. Культуру не делают, ограничиваясь разговором в офисе”. И ничего, министр культуры “проглотил” эти слова.

В 1998 году оркестр взял да и забастовал на премьере “Травиаты”, и бедному Мути ничего не оставалось, как, извинившись перед публикой, самому сесть к роялю. Певцы допевали оперу под аккомпанемент рояля. В 2001 году ситуация повторилась на премьере “Фальстафа”. Спектакль был в последний момент отменен.

На посту музыкального руководителя Ла Скалы Мути провел девятнадцать лет – самый большой срок в истории легендарного миланского оперного театра. Однако обстоятельства сложились так, что дирижер вынужден был уйти. “Чтобы рассказать об этой истории, не хватит и трех часов, - смеется Мути. – Причина моего ухода не была связана с музыкой и творчеством, конфликт лежал не в сфере искусства. Для меня стало невозможно продолжать работать в театре. Я провел там девятнадцать прекрасных лет, но потом наши пути разошлись.”

Скандальная отставка дирижера с поста руководителя Ла Скала в 2005 году лишь добавила популярности Мути. За ним стояли в очереди менеджеры крупнейших оркестров, а сам маэстро, упиваясь славой, наслаждался свободой. Так было почти три года. Все это время Мути категорически опровергал любые предположения о возможности его назначения на пост музыкального руководителя не только Чикагского, но и любого другого американского оркестра. Он гордо заявлял журналистам: “Я на ноль процентов американец, на сто процентов европеец и на тысячу процентов итальянец”. Его тон изменился после месяца, проведенного с Чикагским оркестром. Уже первая репетиция показала, что между дирижером и оркестром установились дружеские взаимоотношения. На первой встрече с ЧСО он сказал: “Тридцать лет назад вы видели энергию молодого человека. Я надеюсь, сегодня вы не увидите руин”. (Позднее он добавил: “Я, конечно, шутил. Я, как отборное итальянское вино, с каждым годом становлюсь лучше”.) Мути пел отрывки из музыкальных произведений, чтобы показать музыкантам, как они должны звучать, а музыканты, смеясь, аплодировали теплому, южно-итальянскому баритональному голосу дирижера. “Весь мир знает, что вы – самый мощный оркестр в мире. Теперь давайте покажем миру, что вы можете звучать мягче всех”, - говорил дирижер оркестру на репетиции увертюры из “Силы судьбы” Дж.Верди. А в начальных тактах Второй сюиты из балета Мануэля де Фальи “Треуголка” дирижер остановил оркестр со словами: “Вы звучите так, как будто слишком плотно пообедали. Даже для испанской музыки это слишком. Испанцы, конечно, ленивый народ, но не до такой же степени?!” После репетиции ассистент концертмейстера Дэвид Тейлор сказал: “У меня было такое чувство, что я знал Риккардо Мути всю жизнь. Он четко знает, чего он хочет добиться от оркестра, и не тратит время впустую”. Две недели Мути дирижировал концертами в Симфоническом центре и две недели провел с оркестром в Европе.

Уже потом президент ЧСО Дебора Раттер рассказала журналистам, что, оказывается, она впервые встретилась с маэстро в начале 2005 года. Речь тогда шла о появлении дирижера на подиуме Чикагского оркестра в качестве гостя. “Мы не можем говорить ни о чем, прежде чем маэстро не поработает с оркестром”, - сказала тогда Раттер. После этого переговоры, которые гобоист Майкл Хенок назвал “соблазнением маэстро”, продолжались еще в нескольких городах, куда упрямая и настырная президентша приезжала встречаться с Мути. Когда в сентябре 2006 года итальянский дирижер отменил запланированные концерты с ЧСО, согласившись в это же время продолжить свое сотрудничество с Нью-Йорком, стало казаться, что из затеи “соблазнения” ничего не выйдет. Но Раттер не оставляла своих попыток и сумела убедить дирижера приехать в начале следующего сезона. И тут возникла, как говорят все музыканты в один голос, “любовь со второго взгляда”. Президент ЧСО сказала, что все разговоры о высокомерии Мути и его нежелании занимать какой-либо пост оказались не соответствующими действительности. Приехав в Чикаго, Мути был очарован радушным приемом, который ему устроили музыканты, члены администрации и спонсоры оркестра. Но и тогда многие в коллективе не верили, что Мути согласится возглавить ЧСО. Сам дирижер признается: “Мое согласие возглавить оркестр пришло не сразу. Но Чикаго смог растопить мое черствое сердце”.

Контракт с Мути был подписан в Зальцбурге во второй половине дня 5 мая 2008 года. Дебора Кард со смехом рассказывала музыкантам оркестра, как она не могла дождаться окончания обеда. Пока не принесли счет, Мути отказывался даже смотреть на контракт. Вот уж точно – итальянец на тысячу процентов! Ужин в Италии – дело серьезное, серьезнее любого контракта будет! (Кстати, Мути предпочитает итальянскую кухню любой другой, а в числе любимых ресторанов называет “Сан Пьетро” в Нью-Йорке и “Spiaggia” в Чикаго. То же и с машинами. Самые любимые – итальянские спортивные. Ну а про футбольный клуб и говорить не приходится – конечно, итальянский: “Наполи”.)

Мути назвал ЧСО “идеальной машиной, с одинаковым мастерством исполняющей масштабные произведения, такие, как Третья симфония Прокофьева или “Поэма экстаза” Скрябина, и камерные интимные сочинения Шуберта”. “Когда я покинул Ла Скала, - говорит дирижер, - я думал, что для меня настало время абсолютной свободы. Как птица, я наслаждался этим чувством и был счастлив. Но и птица, бывает, после полета находит дерево и задерживается на нем, не думая об остальных деревьях. Это не значит, что одно дерево лучше другого. Просто так получилось.” А одно из интервью после подписания контракта он заключил шуткой: “Вы знаете, что означает мой приход в Чикаго? Неожиданный брак!”

Музыканты ЧСО узнали о назначении Мути в тот же день. Их собрали в актовом зале Симфонического центра и объявили о подписанном накануне в Зальцбурге контракте. “Аплодисменты были бурными”, - поделился с корреспондентом “Нью-Йорк таймс” Евгений Изотов. Контрабасист Роб Кэссинджер добавил: “Всего несколько человек на планете можно назвать гигантами дирижирования. Риккардо Мути – один из них. Для меня будет огромной радостью работа с ним”.

В своем выступлении Риккардо Мути сказал: “Я уверен, что мы сможем работать вместе и сделать музыкальную жизнь Чикаго интереснее и разнообразнее... Мне не надо делать карьеру. Мне не надо никому доказывать, кто такой Мути. Я хочу посвятить себя музицированию с ЧСО и открыть глаза на музыку новому поколению слушателей. Имея за плечами сорокалетний опыт дирижирования, я знаю, что важно не количество проведенного с оркестром времени, а качество. Чикаго станет моей второй родиной. Мне бы очень хотелось, чтобы последняя в моей жизни “помолвка” с оркестром надолго запомнилась людям”.

Так в великий оркестр пришел великий дирижер. А 3 февраля 2014 года в Чикагском симфоническом центре состоялась пресс-конференция, посвященная объявлению нового (2014-15 годов), сто двадцать четвертого сезона ЧСО. За несколько часов до начала встречи с журналистами Мути подписал новый контракт с администрацией оркестра. Он остается руководить оркестром до 2020 года. Эта новость вызвала небывалый ажиотаж журналистов. Таких бурных продолжительных аплодисментов я здесь еще не встречал.

Это действительно любовь. ЧСО влюблен в Мути, и дирижер отвечает оркестру взаимностью. С каждым годом он говорит о нем во все более возвышенных тонах, называя его “национальным сокровищем” и “послом США в мире”. Любовь к оркестру Мути перенес на любовь к Чикаго. Сейчас он часто называет его своим “вторым родным городом”.

Риккардо Мути придирчив, требователен и строг во всем, что касается работы. Он готов часами сидеть над одной музыкальной фразой, добиваясь совершенства. Иногда его называют тираном, но это не так. “В моем возрасте мне не нужно уже бороться за власть или успех. Я просто хочу профессионально заниматься любимым делом,” - подчеркивает дирижер. А вот что говорит о нем Мария Гулегина: “Мути для меня - идеальный маэстро. Он не только разбирает с певцами партию, но и учит жизни. Он никогда не выпячивает себя - просто делает все для музыки и для композитора. Я ему верю”.

Риккардо Мути дирижирует по-разному: иногда довольствуясь лаконичными жестами, иногда широко, энергично, танцуя и приседая за пультом. Риккардо Мути - не только прекрасный дирижер, но и актер. За ним интересно наблюдать: позы, жесты, театральные движения – все тщательно отрепетировано и великолепно сыграно. И сам он – артистичный, изысканный, аристократичный...

Мути сам готовит партии с солистами, не жалея времени на отделку мельчайших фраз, пока не добьется стилистической точности. Он является одним из главных популяризаторов музыки, часто выступает в университетах и по телевидению с лекциями. Он доводит публику до гомерического хохота ироничными пересказами и комментариями старинных либретто, а попутно в доступной форме разъясняет проблемы стиля и драматургии классических произведений.

Риккардо Мути - очень самокритичный человек. Он говорит: “Я всегда себя критикую и всегда недоволен своей работой. Меня удивляют ответы моих коллег на вопрос: “Что вы чувствуете на подиуме?” Они отвечают: “Счастье”. Для меня всю жизнь дирижирование было огромной ответственностью. Одно дело - думать и планировать что-то, и совсем другое – реализовывать свои замыслы и планы... Каждый раз, когда заканчивается концерт, я знаю все, что не было сделано. Но в целом, несмотря на мое отношение к себе, я стараюсь быть открытым и щедрым. Я всегда готов похвалить коллег, певцов, но не себя. Когда Сару Бернар спросили, каких артистов она ищет для своей труппы, она ответила: “Людей, которые никогда не удовлетворены”. И еще одна цитата из Мути: Рутина всегда злит. Когда на репетициях с некоторыми оркестрами все превращается в рутину, у меня кровь начинает кипеть. Я чувствую это на физическом уровне. Нельзя мириться с рутиной”.

Жена Мути Кристина Маццавилани – певица, создатель и руководитель музыкального фестиваля в Равенне (Италия). У них трое детей. Сыновья не пошли по стопам родителей: Франческо стал архитектором, Доменико – юристом. Зато дочь – красавица Чара - актриса и певица. Пять лет назад Мути стал дедушкой – у Франческо и Сюзанны появился первенец. В честь деда его назвали Риккардо. Мути с женой живут в Равенне и на вилле в Анифе – маленьком австрийском городке недалеко от Зальцбурга.

С Риккардо Мути я не прощаюсь. На следующей неделе читайте эксклюзивное интервью с дирижером. Не уходите!

Фотографии к статье:
Фото 1-5. Риккардо Мути дирижирует Чикагским симфоническим оркестром. Фото – Тодд Розенберг

Комментариев нет: