23 июл. 2015 г.

Равиния-2015 (Ravinia Festival, пригород Чикаго Хайленд-парк, концерты 26-31 июля)



26 июля, 5.00 pm. Павильон. Концерт “Play it Again, Marvin!” Чикагский симфонический оркестр (далее - ЧСО) отдает дань памяти американскому композитору и дирижеру Марвину Хэмлишу. Он умер в августе 2012 года в возрасте шестидесяти восьми лет. Хэмлиш - один из двенадцати человек в истории, кому удалось стать лауреатом четырех крупнейших музыкальных и театральных премий: “Эмми” (трижды), “Грэмми”, “Оскар” (трижды), “Тони”. Кроме того, в его активе - Пулитцеровская премия и премия “Золотой глобус” (дважды). В концерте прозвучит музыка Хэмлиша к фильмам “Сладкий запах успеха” (“Sweet Smell of Success”, 1957), “Кордебалет” (“A Chorus Line”, 1985), “Девушка для прощания” (“The Goodbye Girl”, 1977), “Пловец” (“The Swimmer”, 1968), “Выбор Софи” (“Sophies Choice”, 1982) и многих других. Солисты: Сильвия Макнайр и Мария Фридман. Ведущий вечера - пианист и вокалист Кевин Коул.
 
Дирижер - Дэвид Аллан Миллер.

 

26 июля, 6.00 pm. Беннетт Гордон холл. Сольный концерт пианиста Станислава Христенко. В программе собраны произведения американских композиторов Луи Моро Готшалка (1829-1869, композитор-романтик, родился в Новом Орлеане, большую часть жизни прожил в Европе, его сочинения сегодня исполняются редко), Джорджа Гершвина (1898-1937), Сэмюэла Барбера (1910-1981), Филипа Гласса.

Станислав Христенко родился в Харькове. Выпускник Московской консерватории (класс Веры Горностаевой) и Кливлендского института музыки (класс Сергея Бабаяна). Лауреат более двадцати пяти международных конкурсов пианистов, в том числе – победитель конкурса в Кливленде. Лауреат премии имени Э.Гилельса фонда М.Ростроповича. Предстоящий концерт станет дебютом пианиста в Равинии.


27 июля, 6.00 pm. Беннетт Гордон холл. Серию сольных концертов продолжает виолончелистка Алиса Вайлерштайн. В ее исполнении прозвучат “TemaSacher” Б.Бриттена (это сочинение английский композитор посвятил Мстиславу Ростроповичу), “Omaramor” О.Голихова, Первая и Третья сюиты для виолончели И.С.Баха, Соната для виолончели соло З.Кодая.

Алиса Вайлерштайн родилась в 1982 году в Нью-Йорке в музыкальной семье. С четырех лет начала обучаться музыке. Ее карьера развивалась стремительно. Уже в тринадцать лет Алиса играла Вариации на тему рококо П.Чайковского с Кливлендским симфоническим оркестром, спустя некоторое время состоялись дебютные выступления виолончелистки с оркестрами Филадельфии, Питтсбурга, Балтимора, Сан-Франциско, Нью-Йорка. Алиса Вайлерштайн – выпускница Колумбийского университета по специальности “История России”. Дебют Вайлерштайн в Чикагском симфоническом центре состоялся на фестивале А.Дворжака в 2009 году. В марте 2011 года она выступала в Чикаго с Академическим симфоническим оркестром Санкт-Петербургской филармонии (дирижер – Ю.Темирканов), солировала в Первом виолончельном концерте Д.Д.Шостаковича.


28 июля, 6.00 pm. Театр “Мартин”. Один из лучших баритонов мира Томас Хэмпсон исполняет песни Ф.Шуберта и Г.Малера. За роялем - программный директор вокального отделения Ravinias Steans Music Institute Кевин Мерфи.

Хэмпсон редко выступает в камерных концертах. Его контракты расписаны до 2020 года, он регулярно поет на крупнейших оперных сценах мира. В Лирик-опере он выступал пять раз. Я беседовал с ним в сентябре 2010 года, перед премьерой “Макбета” Дж.Верди. Встреча с Хэмпсоном произвела на меня огромное впечатление. Певец-интеллектуал, он глубоко разбирается в истории музыки и замечательно рассказывает о ней. Я спросил у него о сходствах и различиях в восприятии искусства в Европе и Америке. Томас Хэмпсон ответил: “Различия фундаментальные. Европейские страны, европейские театры имеют концептуальный план сохранения искусства. Особенно я имею в виду немецкоязычные театры. Немецкий и французский менталитеты внушают благоговение. Немного по-другому в Англии и совсем все по-другому в Америке. Если солист поет про “крытый фургон”, американец хочет видеть крытый фургон. Американцы хотят на сцене видеть музей. Им можно сказать: сегодня у нас вечер абстрактного искусства. Тогда американцы скажут - прекрасно. Раз это вечер абстрактного искусства, покажите нам абстрактную музыку и абстрактную живопись. Но тогда не давайте нам Моцарта и не говорите, что покажете его в абстрактном стиле. Это не значит, что американцы примитивны и наивны. В Америке просто особенное отношение к вершинам искусства...”.
 

29 июля, 8.00 pm. Павильон. ЧСО под управлением Джеймса Конлона исполняет Первый фортепианный концерт И.Брамса (солист – Хорхе Федерико Осорио) и музыкальную поэму А.Землинского “Русалка”.

Одной из важнейших инициатив Конлона в Равинии стала программа “Воскрешение из небытия”, в которой дирижер заново открыл миру музыку композиторов, погибших или пострадавших от фашизма. В беседе со мной Джеймс Конлон рассказал, с чего все началось: “Около пятнадцати лет назад я заинтересовался музыкой Александра Землинского, стал изучать его биографию и через нее открыл для себя много новых имен. Я понял, что нами потерян огромный пласт музыки. Не один, не два композитора, а двадцать, двадцать пять, может быть, больше... Целый пласт музыки был объявлен дегенеративным искусством и подлежал уничтожению. Мы восхищаемся творчеством Шенберга, но не знаем, что его учителем был Землинский. Именно Землинский и композиторы его круга были связующим звеном между Малером и послевоенной музыкой. То, что эта музыка остается неизвестной, - величайшая несправедливость и огромная потеря для нашей цивилизации. Я начал предпринимать попытку вернуть сочинения забытых композиторов в историю культуры XX века. В Парижской опере я впервые поставил первую оперу Землинского, в “Ла Скала” – его “Флорентийскую трагедию”... Я делаю все, что могу, и понимаю, что должны пройти годы, прежде чем эта музыка займет свое достойное место в истории мировой культуры. Эта музыка разная. Кому-то она нравится, кому-то - нет. Это совершенно нормально. Не обязательно ее любить. Единственное, чего я хочу, - чтобы она была доступна широкому слушателю”. Конлон создал специальный фонд “OREL”, посвященный памяти композиторов, пострадавших от фашизма. Среди них – Виктор Ульман, Эрих Вольфганг Корнгольд, Павел Хаас, Франц Шрекер, Эрвин Шульхоф и многие другие. (Информацию о задачах и направлениях деятельности фонда можно найти на сайте http://orelfoundation.org/.) В Германии Конлон получил доступ к немецким архивам. Он занимается, в основном, немецкой музыкой “детей” Брамса, Вагнера, Малера, но не только. Например, в 2005 году Конлон дирижировал в Нью-Йорке оперой Вениамина Флейшмана “Скрипка Ротшильда”. Флейшман погиб во время Великой отечественной войны: ушел в ополчение и не вернулся. Опера осталась незавершенной, ее закончил Шостакович. Конлон открыл ее для западного слушателя.

А теперь несколько слов об австрийском композиторе и дирижере Александре Землинском. Выпускник Венской консерватории, композитор, чью музыку высоко ценили Брамс и Малер, основоположник новой венской школы, оказавший влияние на Шенберга, Берга, Веберна, Александр Землинский был широко известен в музыкальных кругах Европы начала XX века. В 1906 году он стал главным дирижером Венской народной оперы, с 1911 по 1927 годы - руководил Немецким оперным театром в Праге. После прихода нацистов к власти композитор уехал сначала в Вену, а потом – в возрасте шестидесяти семи лет - в Нью-Йорк. Вынужденная эмиграция подорвала здоровье Землинского. В отличие от своего друга Шенберга творческий путь Землинского в Америке не сложился. Композитор тяжело переживал свои неудачи, заболел, пережил несколько микроинсультов и умер в безвестности от воспаления легких в 1942 году. Его поэма “Русалка”, созданная по сказке Г.Х.Андерсена, – музыкальная история страстной любви Землинского к первой красавице Вены, дочери художника Оскара Шиндлера Альме. Увы, эта любовь принесла композитору горечь разочарования - Альма Шиндлер предпочла композитора Малеру. Музыкальный руководитель Равинии Джеймс Конлон восстановил партитуру поэмы и после долгого перерыва исполнил “Русалку” в 1999 году, дав этому произведению второе рождение. Кстати, именно в 1999 году Конлон получил приз имени Землинского за достижения в деле привлечения внимания мировой общественности к музыке композитора. В Равинии “Русалка” была впервые исполнена в 2007 году.


30 июля, 8.00 pm. Театр “Мартин”. Дуэт “Igudesman & Joo” с концертом “Маленькая кошмарная музыка”.

Скрипач и композитор Алексей Игудесман родился в Ленинграде. Выпускник Школы Иегуди Менухина в Лондоне. Учился у Бориса Кушнира в Венской консерватории. В составе дуэта “Igudesman & Joo” гастролирует с концертами по всему миру. Автор трех сонат для скрипки, около пятидесяти дуэтов для скрипки и фортепиано, а также других произведений (публикация - Universal Edition). Участник проекта “Скрипачи мира”. Живет в Вене.

Пианист и композитор Ричард Хьюнг-ки Джу родился в Норидже (Великобритания). Выпускник Школы Иегуди Менухина в Лондоне и Школы музыки Манхэттена (класс Нины Светлановой). В составе дуэта “Igudesman & Joo” и фортепианного трио “Dimensions” гастролирует с концертами по всему миру. Автор аранжировки фортепианных пьес Билли Джоэла для альбома “Фантазии и галлюцинации” и других произведений. Живет в Вене.

Дуэт “Igudesman & Joo” – уникальное явление в современной музыке. Талантливые музыканты Алексей Игудесман и Ричард Хьюнг-ки Джу объединились в дуэте для того, чтобы показать, что музыка может быть яркой, смешной, забавной, остроумной – какой угодно, но никак не скучной. Произведения Баха и Моцарта они исполняют так, как будто это сегодняшние эстрадные шлягеры. Аранжировки дуэта “Igudesman & Joo” искрятся юмором, и каждый их номер превращается в незабываемый спектакль. Знаменитым дуэт Игудесмана-Джу сделал Интернет. Их миниатюры на YouTube бьют все рекорды популярности. Миллион, полтора, два миллиона – заоблачные цифры зрителей продолжают расти...

Как назвать выступления этого дуэта? Концертом, набором скетчей, клоунадой, спектаклем, шоу? С этого вопроса началась моя беседа с Алексеем Игудесманом.

-        Мне кажется, мы взяли от каждого жанра понемножку. Это и концерт, и шоу, и спектакль. Серьезными концерты классической музыки стали недавно. Раньше так не было. В XIX веке концерты проходили в гораздо более открытом формате. Ференц Лист, например, считал совершенно нормальным явлением спуститься в зал и побеседовать с публикой, а на премьере одного из концертов Бетховена скрипачи играли, держа инструменты на вытянутой руке... Так что мы играем в стиле ретро. (Смеется.)

Алексей Игудесман родился в музыкальной семье. Отец - скрипач Квартета имени Н.Римского-Корсакова и концертмейстер оперного театра, мать - пианистка и музыкальный педагог. Когда мальчику было шесть лет, семья эмигрировала в Германию. Поступив в Школу Иегуди Менухина, Алексей пошел по стандартному пути будущего исполнителя классической музыки, но вскоре свернул на другую дорогу.

-        Мы с моим коллегой Ричардом учились вместе в Школе Иегуди Менухина. В этой же школе учился, кстати, Найджел Кеннеди – еще один lenfante terrible классической музыки. Менухин был очень открытый человек и музыкант, и мы слушали разную музыку – не только классическую. Ведь нет разницы между серьезной и популярной музыкой. Есть музыка хорошая и плохая, все определяется талантом композитора и исполнителя. Мы слушали “Queen”, “Pink Floyd”, индийскую музыку Рави Шанкара... В школе мы начали импровизировать, смешивая разные жанры и виды музыки. Одну пьесу, которую мы сейчас играем, я написал в четырнадцать лет. Она уже была с юмористическим оттенком. Для нас всегда был интересен театр. В школе я увлекся пьесами Чехова, Бернарда Шоу. Очень важным автором был для меня Оскар Уайльд. Мы смотрели миниатюры комиков, например, номера английской комик-группы “Монти Пайтон”. Все это вместе наложило отпечаток на наше творчество.

-        Как сложился ваш дуэт с Ричардом Хьюнг-ки Джу?

-        С самого начала мы невзлюбили друг друга. В школе мы дрались, а потом выяснилось, что у нас много общего. Мы оба очень любим классическую музыку, но не понимаем, почему атмосфера на классических концертах часто бывает, как на кладбище. У классиков ведь музыка совсем не скучная! Мы стали задумываться о том, как можно исполнять те или иные произведения, и начали вместе работать в этом направлении. С самого начала для меня была интересна музыка разных жанров, стилей, стран. Я месяц жил в Индии и учил индийскую классическую музыку, ездил в Ирландию. Из каждой страны я увозил музыкальные впечатления. Вся классическая музыка – это смешение стилей. У классических композиторов можно часто встретить заимствования народной музыки: у Чайковского - много русских народных мелодий, у Малера и Шостаковича – еврейских, у Густава Холста – ирландских, у Бартока - венгерских. Нечто подобное есть в клезмерской музыке, ведущей свое начало от еврейских, молдавских и восточно-европейских народных мелодий... В английском языке есть такое слово - “crossover”. Оно наилучшим образом отражает наше понимание музыки.

-        Для серьезных музыкантов юмор всегда был добавлением к “основному блюду”. Можно подурачиться и пошутить “на бис”, но только после серьезного концерта. А вы совершили революцию в музыке. Шутить и дурачиться вы начинаете сразу. Как вам это удается?

-        Невозможно сказать, что в классической музыке есть много смешного. Мы стараемся найти и выделить как раз несерьезные моменты, хотим показать, что музыка разнообразна, что в музыке есть все, в том числе - юмор. Приведу в пример пьесу “I will survive”, которую мы играем немного в русском стиле. В этой пьесе вы найдете параллели с произведениями Баха, Рахманинова, Чайковского. Все виды музыки имеют право на существование. “I will survive” для нас – “Music will survive”.

-        Вам не кажется, что, развлекая публику, вы тем самым упрощаете музыку. Есть целый ряд серьезных, философских, трагических произведений. Например, как можно с юмором сыграть “Реквием” Моцарта?

-        На наших концертах мы играем несколько серьезных пьес. Совсем недавно я исполнял программу из произведений Шуберта и Шостаковича. Облекая наши этюды в шуточную форму, мы стараемся сказать о вещах вполне серьезных, и публика получает удовольствие от того, что мы делаем.

-        Вы не боитесь, что после ваших концертов зрители не придут на обычный концерт, потому что испугаются, что им станет скучно?

-        Наоборот. После популярного скетча “Rachmaninoff had big hands” нам писали многие зрители, что заинтересовались другими произведениями Рахманинова. Мне кажется, что когда человек смеется, у него “открываются уши” и потом он слушает музыку с еще большим интересом. Нам писали родители, чьи дети не хотели заниматься музыкой, что после наших концертов они стали проявлять интерес к занятиям. Для нас это самый большой комплимент.

-        Интересно, что бы сказали Бах, Моцарт, Бетховен, увидев вас на сцене?

-        Я думаю, им бы понравилось, и они бы посмеялись вместе со всеми. У них было все нормально с чувством юмора. Композиторы любят пошутить. В музыке есть много интеллектуальных шуток, которые многие люди просто не понимают. А композиторы ведь сразу поймут цитаты, заимствования, контекст... Вместе со струнным трио мы сделали диск с музыкой Эннио Морриконе. Он так полюбил наши аранжировки, что однажды на концерте встал и сказал, что для него это такая же честь, как для Диабелли, на основе вальса которого Бетховен написал свои знаменитые вариации. Композитор всегда доволен обработкой своей музыки, когда эта обработка сделана хорошо. Это только показывает разные возможности, заложенные в музыке.

-        Как ваши коллеги-музыканты относятся к вашему творчеству?

-        Для нас всегда интересно получить отзыв коллег. Однажды к нам обратился Гидон Кремер и предложил поработать вместе. Мы пару лет работали с ним. На новом диске у нас совместный номер со скрипачом Джошуа Беллом. Мы сделали целую совместную программу с пианистом Эмануэлем Эксом, скрипачкой Викторией Мулловой. Эти люди только выглядят серьезными. Они замечательные, остроумные, смешливые... Многие прекрасные музыканты просили нас поработать с ними! В серьезном мире классической музыки солисты рады открыться с неожиданной стороны, пошутить, посмеяться, похулиганить...

В октябре 2013 года Игудесман и Джу впервые выступили в Чикаго и впервые сыграли с прославленным ЧСО. Предстоящее выступление станет их дебютом в Равинии.

На этом концерте на лужайке будет установлен большой экран.

27 июля в 7.00 pm Игудесман и Джу будут гостями пианистки Яны Резник и ее серии “Playful Talk”. Оригинальность серии заключается в том, что в ходе концертов музыку не только исполняют, но и обсуждают. Музыканты на сцене рассказывают о себе и исполняемой музыке, а зрители (как в зале, так и по радио во время прямой трансляции) вступают в диалог с музыкантами и таким образом становятся полноправными участниками концерта. Выражаясь словами Алексея Игудесмана, от вечера можно ожидать “открытий с неожиданной стороны”. Будет интересно!

Концерт пройдет в помещении Pianoforte Studios по адресу: 1335 South Michigan Avenue, Chicago, IL 60605.


31 июля, 7.00 pm. Павильон. Совместный концерт исполнительницы в стиле кантри, альтернативного рока и фолк-рока, певицы из Вашингтона Брэнди Карлайл и струнной группы из Нэшвилла “Old Crow Medicine Show”.
На этом концерте на лужайке будет установлен большой экран.

Nota bene! Билеты на все концерты Музыкального фестиваля в Равинии можно заказать по телефону 847-266-5100, на сайте http://ravinia.org/ или приобрести в кассе по адресу: 200 Ravinia Park Rd, Highland Park, IL 60035. Билеты в павильон на большинство концертов ЧСО продаются по цене $25, билеты на лужайку стоят $10. Для детей до пятнадцати лет и студентов проход на лужайку на все концерты классической музыки бесплатный. С собой необходимо иметь удостоверение личности. На все концерты в Беннетт Гордон холл цена билета - $10.

Фотографии к статье:
Фото 1. ЛОГО Равинии
Фото 2. Дэвид Аллан Миллер
Фото 3. Станислав Христенко
Фото 4. Алиса Вайлерштайн
Фото 5. Томас Хэмпсон
Фото 6. Джеймс Конлон
Фото 7. Igudesman & Joo
Фото 8. Old Crow Medicine Show
(Все фотографии предоставлены пресс-службой фестиваля)

Комментариев нет: